Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

Спустя несколько секунд Мэгги выглянула за край площадки:

— Фрэнк, я что — то слышала, там… — Она махнула рукой на юг. — Там, где остался папа, был шум…

— Оставайся на месте! — Фрэнк выругался про себя и побежал назад, к запасному выходу.

Он давно смирился с болью в затылке и пораненном теле, руки с вывихнутыми пальцами едва удерживали топор, силы Фрэнка были на исходе. Но желание помешать Клейни и спасти миллионы людей заставляло его двигаться, искать на крыше то, о чем говорили конгрессмен с помощником в операционной. То, ради чего отдал свою жизнь тренер, рисковали собой Барни и Мэгги. Нельзя допустить, чтобы Диккенс успел включить транслятор.

Когда Фрэнк оказался рядом с лестницей на площадку, дверь запасного выхода за ней была почему — то открыта. Может, Барни решил подняться и поговорить, сообщить что — нибудь важное?..

Шагнув в проем, Фрэнк заглянул в тамбур — внизу было светло и тихо.

Свет! Откуда взялся свет? Он крепче сжал топор, отступил и посмотрел вверх. На вертолетной площадке раздался сдавленный вскрик. Фрэнк не стал терять времени на раздумья, взбежал по лестнице и остановился, наткнувшись на холодный взгляд блондина.

Диккенс прижимал к себе Мэгги, обхватив ее за шею. Пальцы на одной его руке были неестественно вывернуты, другой он держал пистолет, приставленный к виску девушки. А рядом с ними спокойно стоял Барни, его руки были опущены вдоль тела, голова повернута к Фрэнку. На заплывшем от синяков лице виднелась свежая кровь.

— Убей его, — приказал Диккенс.

И Барни двинулся к Фрэнку.

Глава 23

Вертолет Бада Джессапа пролетал над спящими водами Гарлема, когда на связь вышел Арчер. Агент сообщил, что Клейни задержать не удалось, вместо него в мэрии схватили секретаря, носившего браслет конгрессмена.

— Я вас предупреждал, Арчер, — произнес Бад в микрофон и поправил наушники. — Не надо быть столь наивным. Клейни почуял опасность и пытается покинуть Нью — Йорк.

— Мы контролируем все транспортные артерии…

— У него связи повсюду. Уверен, он знает, как выбраться из города.

Гул двигателя и вибрации в салоне невольно заставляли напрягать голосовые связки.

— Где вы сейчас, Джессап?

— На подлете к Центральному парку. Через несколько минут буду над башней «Мемории».

— Как там дела?

— Салем доложил, что спецназ занял первый этаж. Есть потери. Но служба охраны корпорации продолжает ожесточенно сопротивляться. Штурм может затянуться…

— Чем могу помочь?

— Найдите Клейни, задействуйте всю свою агентуру.

— Уже.

— Конец связи.

Бад посмотрел вперед, туда, где над Манхэттеном светилась огнями башня корпорации. Там находился транслятор, сигнал которого сделает миллионы людей послушными солдатами. Капитан поднял лицо к звездному небу, пытаясь отыскать среди бледно мерцающих огней яркие точки военных спутников, выходящих на геостационарные орбиты над городами. Где — то там, в безвоздушном пространстве, сейчас разворачивались зеркала их приемных антенн. Отраженный от них сигнал, поданный из штаб — квартиры «Мемории», должен поступить на браслеты всех, кто принял участие в «Вакцинации». Всех, кому в отделениях корпорации успели ввести мнемокапсулу, содержащую блокиратор сознания. Включившись, блокиратор парализует волю и способность к размышлению, в мнемокапсуле распакуется отдельная программа, и носитель начнет действовать по заданному алгоритму, повинуясь командам извне. Браслет на его руке будет работать принимающим и передающим устройством, возбуждая слабое электромагнитное поле. Пока оно существует, разум и тело носителя останутся орудием в руках кукловода.

Все это Бад узнал во время просмотра записи, доставленной ему Флойдом. На видео были не только технические подробности планируемой боссами «Мемории» акции — в конце записи покойная Кэтлин Бейкер обращалась к людям с заявлением. Она разоблачала конгрессмена Клейни и его окружение, не желая, чтобы ее открытие стало средством обогащения и нанесло непоправимый вред человечеству. Она вспоминала отца и хотела одного: дать людям право свободно распоряжаться своими знаниями и навыками.

Агент Арчер видел запись и вызвался задержать конгрессмена Клейни. Баду пришлось заняться «Меморией» и одновременно переговорами с переселенцами — к тому времени резервация уже отключила город от своей энергосистемы. Это мало чем помогло, в башне корпорации наверняка имелись резервные источники питания — здание до сих пор возвышалось светящейся иглой над погрузившимся в темноту Манхэттеном.

Счет в голове Бада снова пошел на минуты. Только на этот раз его волновали не расследование и не угроза отстранения от должности, а то, что он может не успеть. У Клейни явно есть сильные союзники в Пентагоне. Задействовать в проекте целую группировку спутников могли только военные. Вывод напрашивался сам: заговор спланировали давно, в него втянули политиков, ученых, генералов. Но сейчас Баду тягаться с ними не имело смысла. Пусть этим занимаются федералы. К тому же времени на то, чтобы привести в действие службы национальной безопасности и контрразведку, у них совсем не осталось. Пока разберутся, Клейни и военные осуществят свой замысел. Послушные солдаты сотрут переселенцев в порошок, возможно счет жертв пойдет на сотни тысяч. Это война. Это хаос в стране! В возникшей свалке никто не успеет понять, кто прав, кто виноват, кукловод по — прежнему будет дергать за нитки, пока есть возможность, и плодить себе новых бойцов.

— Включите прожектор, — приказал капитан пилоту, и мощный луч разрезал темноту перед вертолетом. — Сколько до цели?

— Три минуты, сэр, — прозвучало в наушниках.

Бад оглянулся. За спиной сидели четверо спецназовцев. Капитан показал старшему группы три пальца, тот кивнул. Снайпер начал расчехлять винтовку, положив оружие на колени.

* * *

Фрэнк оставался на месте, надеясь, что Барни сейчас обернется, прыгнет на Диккенса, вскинувшего пистолет в сторону лестницы. Но ветеран приближался к краю площадки, посверкивая одним открытым глазом, не чувствуя боли в простреленной ноге, не замечая взятую блондином в заложницы Мэгги.

Шаг, еще шаг…

— Стой Барни! — крикнул Фрэнк.

Ветеран продолжал идти. Его широкие плечи заслонили сместившуюся ближе к центру площадки пару.

— Стой! — Фрэнк перехватил топор, развернув его лезвием в сторону ветерана. — Это я, Фрэнк Шелби!

Ему показалось, что Барни вздрогнул и на мгновение сбился с шага, когда услышал знакомое имя.

— Меня зовут Шелби! — выкрикнул Фрэнк. — Ты помнишь?!

Сейчас ветеран походил на очнувшегося в реанимации пациента. Тогда он тоже вел себя странно, пока не отключили оборудование и не сняли с него все провода. Говорил так, будто был под гипнозом. А затем у Барни словно раздвоение личности произошло, он ударил Фрэнка в плечо и тут же удивленно уставился на свою руку, узнал Мэгги и попытался встать с полки, но сдавленно охнул и сел обратно, схватившись за простреленную ногу…

Шаг. Еще шаг.

Фрэнк