Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

освоили, и в Ментовке. А еще мне нравятся рулеты варено-копченые из куропатки, их тоже приспособились в Ментовке крутить, там на дальних полях сотенные стада «недокур» порхают. В поселке своя коптильня. Рулеты сорта «толстый мент» – просто объеденье, с прослойками копченого кабаньего шпига, с чесночком.

Куропаток и в окрестностях замка немало, дети их силками ловят. В столовой – куропачье мясо часто бывает, ешь не хочу. И пирожки как таковые не редкость.

А все едино, берут люди – на рынке все домашнее, особое. Очень вкусное. На один топливный талон-«литрик» можно отхватить до десяти штук, в зависимости от начинки.

После праздников вводим «хиты» – деньги-талоны на приобретение товаров «канальной поставки». Помещения уже отремонтированы, плотники колотят мебель, торговое оборудование. Все-таки решили сделать два магазина: «универсал» и «оружейный», спаренный с мастерской. Оба магазина, в силу своего статуса и специфики товара, будут находиться в замке. В честь этого всю технику из периметра крепости изгнали окончательно, гаражик забрали под магазины.

Кстати, в замке объявили конкурс на названия этих двух, победителям – килограмм «приза на выбор». В Посаде же владельцы решат.

Поставить на оружейный, кроме Гонты, некого, это всем понятно, – а ему нельзя. И со службы не отпущу. Вот и бегал Гриша две недели как заведенный, жену себе искал – чтобы пригожая да деловая. Весь анклав за этим сериалом смотрит, каждый день в столовой обсуждается новая серия «И Гриша тоже плачет». Претенденток на верную руку прапорщика, надо сказать, немало. Мужик-то из лучших, каменная стена, авторитет. Теперь все ждут второго января: Гриша что-то решил, результат объявит именно этого числа.

Но все ждут Нового года, появления «Его Звезды» на балу…

Третьи деньги в оборот вводим в последнюю очередь, одновременно с открытием магазина и таверны в Посаде. Тут объем работы по контролю и регулированию пугает: будем косячить и исправлять. Правда, меня успокаивают, а больше всего – старшины и старосты:

– Не грей голову, Александрович. Все эти твои «курсы» и «эмиссии» сами собой устаканятся. Люди тебе быстро напишут, что делать, в жалобах и ходатайствах. Там и разберешь, какие кому «обменки», какие и за что зарплаты положить и какие соотношения быть должны.

Наверное, так оно и будет.

А деньги эти по-моему сделаны будут. Таки так.

Чеканить начинаем не серебряные да золотые монеты.

Раз уж придется таскать дурные тяжести по каналу, то в качестве материала для монет лучше использовать благородные металлы платиновой группы. То есть саму платину, рутений, родий, палладий, осмий, иридий и так далее, – что медики разрешат использовать: тут за ними последнее слово. В случае изменения платежной системы монеты всегда можно будет изъять из обращения и пустить на промышленные катализаторы и легирующие добавки. А вообще по закрытии канала может так случиться, что четыреста кило дневной поставки вольфрама, годного на нити накаливания, будут стоить дороже, чем несколько тонн золота. Золото и намыть можно, а попробуй вольфрам…

Казначея комиссией определили, матрицу с пуансоном выбрали – и притащили каналом, вместе с ручным прессом. Вообще-то мы можем что угодно сваять, сами понимаете, хоть серебряный доллар – подайте, мол, нам матрицу из Казначейства США. Тут хитрость вот в чем. Скан Смотрящим не покажешь. Инета для комфортного поиска нет. Заказывай, если сможешь точно сказать и указать что. Потому мы выбрали монету-прикол, по редкому частному каталогу. Таких готовых выборок у Смотрящих нет – это вам не «монеты мира» или «деньги мира» набрать. А сеанс – сорок минут.

Повезло: у одного из посадских родственник такими монетами в Сочи торгует, поэтому мы точно знали, где и что лежит. Из каталога мастера выбрали такой вариант монеты: на аверсе – цифра и надпись по кругу «Российская Империя», на реверсе – «Глобус России».

По-моему, нормально. Идеологически правильно. И хрен подделаешь.

А уж если чувства юмора у кого нет – таких в урну Истории.

После радиста я зашел в дежурную часть, поздоровался.

Там – предпраздничный шалман. Хотел было просмотреть оперативный журнал, но сразу плюнул. Народ в дежурку идет и идет, постоянно: то наряды служб, то заявки на транспорт, то ищут кого… Доклады, крики, ругань, рация не умолкает.

И запах чая.

Как девчата успевают всю эту мундерацию разгребать, непонятно.

Поэтому сел я тихо в уголок на матерчатое кресло, возле самого настоящего фикуса в кадке, там и притих с кружкой чая в руках. В дежурке всегда хороший чай дают. Вроде как у всех – с травками, как у всех – с особыми. Но тут он реально вкусный. На столе у дежурной постоянно включены три радиостанции, сбоку на массивной приставной тумбе – пять аппаратов проводной телефонии: со мной, с Лагутиной, Бероевым, с караулкой и со старостой Посада. Кроме всего этого технопрогресса перед дежурной стоит и светится экран ноутбука с оперативной информацией дежурной смены, а также дублирующий монитор башенной РЛС. Отдельно лежит, точнее, не лежит прошнурованный журнал, который постоянно в работе, – не возьмешь посмотреть.

Сегодня на смене Инна, жена Руслана Бероева. Уже пришла в себя. Руслана выписали: быстро очухался парень. Ну и Инна ожила, всем на радость. Дома она – спокойная тихая женщина. Здесь – энергичный Регулятор Замковой Движухи.

В дежурке царит многообразие цвета. Ноутбук горит синим. Монитор РЛС светится зеленым. Дисплей можно перевести в несколько гамм, все девчата выбирают свою. У Юльки Пилимонкиной, например, всегда фиолетовая.

Хлоп! Входная дверь махнула тяжелым крылом.

И большие хлопья снега посыпались на теплый пол. Дугин зашел.

– Здрасьте всем. Инна, «газон» где? – нервный какой.

– В Белую Церковь пошел… Так… В тринадцать тридцать две. Трое местных и топливо.

– Когда будет?

– Голову не морочь, Евгений Иванович, сразу задачу давай.

– Генератор с починки закинуть на Кордон, – сообщил Дугин, подходя ко мне и здороваясь.

– Нет машины, – безжалостно сообщила Инна.

– Инна, это не шутки! – завопил главмех, наклонившись к ней и зачем-то указывая в окошко. – Как люди на Новый год без света?

– Женя, не томи меня, я все знаю. Они восемнадцатого еще один получили, новый.

– Одного мало! – замахал руками Дугин. – Там тоже елка!

– В семнадцать ноль-ноль «уазик» на Кордон пойдет, по заявке, – спокойно предложила дежурная. – Выпишу наряд – и иди, хоть сейчас свой генератор грузи.

– Кто заказчик-то? – вздохнул Женя.

– Оргкомитет, кто еще… Ряженый Гонта поедет, Дед Мороз номер два.

– Ох ты. Точно про генератор забудет. А кто первый Дед, кстати?

– Гоблина подрядили, он на «газоне» – сперва в Белую, а потом пароходом в Заостровское.

– Еще хлеще… Живыми не вернутся.

Хлоп опять.

Надо Бероеву сказать, чтобы амортизатор ставил: разобьют дверь.

– Мужчины! – тут же взвилась Инна. – Вы что, веников у дверей