Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

спросил он, может, в шутку, а может, и все понял из моего разговора с Настей. Особенно после того, как я устроил ей настоящий выговор за то, что она поверила какой-то гребаной СМС. И, насколько я помню, это был первый раз, когда я так жестко ее отчитал. Только наличие этого ухажера в машине остановило меня от перехода на настоящую грубость.

— Может, и похитили. И что с того?

— И вы такой спокойный… Я после этого… — замолчал он на полуслове, видимо, посчитав, что сказал лишнего.

— Кто это был? — спросил я и применил силу. Да, я не хотел этого делать на нем. Только не на нем. Но в этот момент меня накрыло.

— Кабанов. Коммерс из моего родного города, — вроде спокойно ответил он, но в голосе явно чувствовался какой-то страх.

Вот же жирный ублюдок… Нет, зря я тогда тебя не заказал. Но эту оплошность я точно исправлю, только сделаю это собственными руками.

Вот же сука… Только спустя пару минут я смог успокоиться. И понял, что нет — нельзя мне завтра подыхать на встрече с людоедом из Африки. Нельзя. У меня уж слишком много незаконченных дел.

— Босс, можно вопрос? — уже на подъезде к моему скромному жилищу спросил Макс.

— Можно.

— А почему вы живете тут? — обвел взглядом он довольно бедно выглядящий район города. — У вас же деньги есть, почему не переедете в какой-нибудь пентхаус?

— Люблю быть поближе к обычному народу, — соврал я, даже не моргнув и глазом. Ну не говорить же ему, что до сих пор выполняю задание некой Лисы, которая зачем-то хочет, чтобы я присмотрел за одним сутулым парнишкой. Да и, если честно, мне тут было комфортнее. А если что — всегда можно остановиться у Сэйрин… Ну, было можно до недавнего времени. После того как я натянуто улыбался на камерам репортеров во время объявления о помолвке с Хе Рин, думаю, вход мне туда заказан. Да и нож у нее в апартаментах уж больно острый и большой.

— Да вы прям как Чак Фини, — сказал он.

— Это еще кто такой? Актер, что ли, какой-то?

— Это создатель сети дьюти-фри — тех, что в аэропортах. В универе о нем рассказывали: он почти все состояние на благотворительность отдал и жил, как ни в чем не бывало, предельно скромно.

— Прости, но я точно не твой Чак Фини, — усмехнулся я. Да мне даже в голову такая глупость прийти не могла — как все свое состояние пожертвовать куда-то. Хотя, если честно, я частенько участвовал в помощи больным детям. Но это уже вина Насти. Она периодически подсовывала мне папки с фотографиями детей из фонда помощи нашего города. А посмотрев на них… уж не знаю, какой сволочью надо быть, чтобы не помочь. Ну и какие-никакие преференции я от этого получал.

Отправив Макса обратно к офису, я пошел в свою, и правда на редкость скромную квартирку, где меня встретил согнувшийся над ноутбуком силуэт Чон Ука. На экране я заметил изображение какого-то явно буддийского храма. Видимо, подыскивает место, куда сходить со своей Шин Ок. Не думаю, что он в веру решил удариться или просто так достопримечательностями заинтересовался.

— Хен, ты вернулся! Как отдохнул в Финляндии? — спросил он.

— Ага, блин, отдохнул в этой вашей Финляндии, — сказал я. И чего они не могли страну поближе придумать… Судя по всему, и ему пришло сообщение с заветным посланием.

— Я бы тоже хотел отдохнуть в Финляндии… — мечтательно произнес он.

Вот только от чего он отдыхать собрался? Я, конечно, иногда замечал, что его привычного силуэта нет дома, но это было настолько редко, что я уже стал сомневаться, есть ли у него на самом деле какая-то работа, о которой он иногда говорил. Может, он просто ее выдумал, чтобы его больше не трогали, а сам сидит на шее у девушки… Вот черт, не думал, что этот станет альфонсом.

— Чего? Я тоже работаю. И иногда хочу отдохнуть. Да и моя Ок-ним, знаешь, как она устает… — Видимо, прочитал он все на моем лице.

— Твоя Ок-ним устает, а ты, гляжу, и не думаешь, — заметил я, окинув взглядом, если честно, до неприличия загаженную квартиру и плюхнувшись на свою, на удивление удобную, кровать.

— Жизнь — боль… — пробормотал себе под нос Чон Ук, а потом резко поднялся и взял что-то со столика.

— Хен, совсем забыл. Я, когда вернулся, в почтовом ящике нашел вот это письмо. Думаю, оно тебе, — сказал он.

И да, письмо. И я даже догадываюсь, от кого оно. По отпечатку губ и довольно талантливо нарисованному ножу — очень знакомому мне ножу. Видимо, это намек на то, что ждет меня, когда я все же встречусь с Сэйрин. А может, она просто ту роль получила… Буду для душевного спокойствия считать, что именно так.

В конверте оказалось два предмета. Один — тот самый, мною сделанный талисман на удачу с жемчужиной какого-то там журавля. И довольно короткое письмо:

«Максим, поздравляю с официальной помолвкой и желаю тебе короткой и несчастной жизни. Я по просьбе госпожи отправляюсь в Японию. Когда вернусь — не знаю. Поэтому возвращаю тебе этот талисман. Надеюсь, он тебе не особо поможет. С ненавистью, твоя единственная любовь, о которой ты будешь жалеть всю свою недолгую жизнь.»

Вот черт, она точно разозлилась не на шутку, — подумал я, а потом мой взгляд заметил приписку внизу письма:

p.s. Не знаю, что задумала госпожа, отсылая меня именно сейчас, но береги себя. Правда, береги.

Даже без последней части я понял, что не все так плохо. Да, злится, может, даже в бешенстве. Но если бы она просто прислала мне этот талисман без всякого письма, я бы переживал куда сильнее. Думаю, она просто понимает, что я на это пошел не просто так. Правда, все равно придется извиняться и, может, даже подарить ей какое-нибудь здание на окраине Сеула. Думаю, чем-то меньшим я точно не отделаюсь.

Я не стал тянуть и нацепил талисман себе на шею — чтобы вдруг не забыть об этом в самый нужный момент — и просто повалился на кровать.

— Хен, проснись, проснись! — почувствовал, как кто-то меня трясет.

— Что тебе еще… Мне выспаться надо, — отвернулся я, решив, что ничего важнее