Вернуть Боярство 24. Финал - Максим Мамаев

Алая непрозрачная пелена окружила парня, надёжно укрыв чарами восьмого ранга. Сарина же, не отвлекаясь, сплетала одно из сильнейших доступных ей заклинаний. Тьма, Кровь, Малефицизм и сила выученных ей в ином мире рун одного давно вымершего народа сплетались воедино, дополняя и усиливая друг друга. Перед девушкой, на уровне груди, вспыхнуло багровое пламя, язычки которого были словно покрыты чёрной, полупрозрачной краской.

Руки девушки, рисующие прямо в воздухе те самые руны, размывались от скорости, лицо застыло напряжённой маской. Замерев на несколько секунд, осман сплёл мощнейшие из доступных ему чар. Вокруг воина ослепительно вспыхнули сотни небольших символов арабской вязи, чтобы влиться в его ауру… А затем активировались и его артефакты, тщательно подобранные под его способности.

Не было никаких Доспехов Стихии или прочих, свойственных подавляющему большинству волшебников проявлений гигантизма. Получив возможность перестать отвлекаться на отслеживание движения противницы и необходимости в любой момент быть готовым изменить траекторию движения, он отбросил всё и сосредоточился на скорости и выделении максимально доступной, концентрированной силы Света. Он превращал себя в живой таран, что должен был ударить порождение Мрака до того, как та успеет завершить свои приготовления — и был полностью уверен в успехе. Ведь без использования магии Пространства или перемещений через магические планы, по скорости чисто в физическом мире, он был одним из лучших среди османских чародеев!

Разделяющие их полкилометра превратившийся в слепящий комок белоснежного сияния неизвестный Высший Маг Османской Империи преодолел почти мгновенно.

Двое Высших, столь разных во всём, мгновенно пришли к одному и тому же решению — поставить всё на один-единственный удар, который и решит исход их боя. Удар, который, как показалось волшебнику Света, полукровка никак не могла успеть нанести…

Вот только его противница всё же успела. Врагов разделяли всего полсотни метров, когда пришли в движении чары полукровки — причудливо переплетаясь, вперёд рвануло красное и чёрное, образуя нечто совсем неожиданное…

Розу. Алый, стремительно распускающийся бутон из тягучей, тяжёлой жидкости около пяти метров диаметром, что вырастал из метров

— Роза Проклятий! — одновременно прозвучал тонкий, мелодичный голос… Правда, никто из рождённых под этим небом не сумел бы понять смысл раздавшихся слов. Ведь говорила полукровка на том языке, к которому обращалась в минуты величайшего напряжения. На родном языке своего изначального мира, в котором она выросла и который оставила позади века назад…

— К Хасану! — воскликнул парящий в тридцати километрах человек.

Пожилой волшебник, облачённый в традиционные турецкие одежды, с зелёным тюрбаном на голове, из которого щегольски торчало длинное перо неизвестной, но явно могущественной птицы, мысленным усилием направил своё транспортное средство туда, где в одно мгновение завершилось противостояние двух столь непохожих Высших.

Летающий ковёр, являющийся артефактом восьмого ранга, нёсся, презирая все законы аэродинамики. По бокам от чародея, чуть поотстав, стремительно рассекала парочка джиннов. Оба — уровня Магов Заклятий, как и старик… Только вот если они были на уровне одного Заклятия, то пожилой волшебник, Старейшина одного из сильнейших Великих Родов Османской Империи, Арслан Михалоглу, был на уровне трёх. И сейчас он, бросив дело противостояния с презренными кяфирами, рвался туда, где только что его внук, яркая звезда их Рода и самый талантливый чародей за многие поколения, столкнулся с переполненной злом, проклятиями и кровью силой…

Глава 6

Стратегическая магия… Оружие непредставимой даже для большинства высших чародеев мощи, превосходящее, по идее, любые Сверхчары — если используются достаточным количеством волшебников, само собой. Слабейшие из этих чар, для которых нужно как минимум пятеро волшебников восьмого ранга, Высших Магов, иначе говоря, и поддержка целой толпы седьмого и шестого ранга, способны уничтожить всё живое на площади в десятки километров. Целый город одним ударом обратить в золу, если у него нет достаточной магической защиты, или уничтожить небольшую армию.

Землетрясением обрушить стены и дома, воздух обратить в ядовитый газ, устроить в море или океане бурю с волнами выше сотни метров, устроить ещё что-то на гигантских территориях… Всё, на что хватит сил, фантазии и мастерства.

— Звучит грозно? — с усмешкой поинтересовался у слушающего, приоткрыв рот, Пети.

— Ещё бы! — горячо согласился парень. — Но ведь явно есть какой-то подвох, раз этот вид магии я ни разу в бою не видел… А учитывая некоторые наши заварушки — увидеть был просто обязан!

Сразу ответить я не смог — со стороны осман на одном из участков нашей борьбы за небо внезапно кратно возросло давление, заставляя тщательно выстроенную цепь чар податься, треща и осыпаясь под напором враждебных сил.

Это тут же отразилось в физическом плане — далеко на горизонте всполохи коричневого мерцающего сияния неожиданно вспухли, разрослись, увеличились в объёме раз в десять и понеслись вперёд. Туда, где за незримой границей прямо посреди неба начинались уже наши скопления силы и плетений, в виде потоков живого, яркого белого света, что в самом начале уничтожил чёрные облака осман, изрядно ударив по возможности его создателей нормально использовать магию в ближайшие часы. Правда, на этом значимые успехи пока закончились и противостояние вот уже минут сорок напоминало вялую игру в тяни-толкай, с редкими попытками турок нанести где-то серьёзный удар.

На моих глазах коричневый и белый столкнулись, смешались — и я ощутил, как моих союзников потеснили с этого участка. Опять… Уже седьмой раз за полчаса.

Я лично в происходящее почти не вмешивался, лишь местами подсказывая где и что мои союзники не замечают в действиях врагов. Пользовался тем, что моя чувствительность к магии и сенсорные способности находились совершенно на ином уровне… Но, как османы вновь показали только что, это было далеко не панацеей.

— Так что там с этой Стратегической магией, учитель? — напомнил о себе Петя.

— Дело в том, Петя, что Стратегическая магия по большому счёту — это устаревший шлак, который в современных войнах не применим по целому ряду причин, — пояснил я. — За исключением некоторых отдельных заклинаний по нижней планке этого вида чар… И одного, очень важного аспекта — возможности захватить контроль над небесами на поле боя. Уже с землёй такое не прокатывает — именно поэтому ни мы, ни они даже не пытаемся глобально изменить ландшафт в свою пользу. Локально, отдельные маги прямо на месте — да, но не более.

— То есть?..

— Тот, кто выиграет эту борьбу, — кивнул я на раздираемые небеса. —