Курорт графини-попаданки - Глория Эймс

А затем он медленно поднимается с кровати, грациозно, почти по-кошачьи и плавно направляется ко мне. Я инстинктивно делаю шаг назад. Мало того что он тут абсолютно голый, так еще и смотрит так свирепо, что кажется — вот-вот укусит!

— Ты врешь, — тихо говорит он. — Я чувствую это.

— С чего бы? — мой голос звучит уже менее уверенно, сколько бы я ни старалась напустить на себя строгость.

— С того, что я очень хорошо знал Арнелию. И ты на нее совсем не похожа. Куда ты ее дела? Говори!

Его последние слова звучат как рык, и я снова отшатываюсь, почувствовав, как спина упирается в холодную стену.

Этот блондин, кем бы он ни был, определенно знает об Арнелии больше, чем говорит.

— Я — Арнелия, — продолжаю упорствовать, хотя внутри все дрожит. — И ты бредишь. У тебя, наверное, жар. Может, вызвать врача?

Юстас усмехается, и эта усмешка не предвещает ничего хорошего. Он делает еще один шаг ко мне, сокращая расстояние между нами до минимума. Я чувствую его дыхание на своей коже.

— Врача? Неудачная идея. Таким, как я, врачи не очень-то нужны. И ты должна это знать… Но сначала я задам тебе еще один вопрос, — шепчет он, приближаясь еще больше. — Какого цвета глаза у твоего мужа?

Замираю в растерянности.

Вопрос кажется простым, но ответа на него я не знаю. Я не помню цвет глаз Клауса. Одно помню — темные. Просто темные, и все тут. Но в вопросе явно кроется подвох, и я судорожно пытаюсь вспомнить хоть что-нибудь. Паника начинает подниматься волной, грозя захлестнуть меня.

— Я… я не обязана тебе отвечать, — бормочу я, пытаясь отступить к ванной.

Но Юстас стоит передо мной, словно скала, преграждая путь к бегству.

— Ну так что за цвет? — повторяет он.

— Просто темные, — предпринимаю я отчаянную попытку.

Юстас вскидывает бровь, на его лице играет презрительная усмешка.

— Темные? Вот как? А настоящая Арнелия знала, что глаза ее дражайшего супруга цвета Бошан. Да-да, этот цвет настолько уникален, что его название даже внесли в реестр оттенков при его прадеде. И если бы хоть немного присмотрелась к супругу за эти сутки, что ты здесь находишься, то увидела бы красновато-винный оттенок. Это фамильная черта Бошанов, ведь они ведут свой род от вампиров. Такие глаза невозможно забыть, если хоть раз в них заглянуть.

Понимаю, что попала в ловушку. Простейшую, но очень опасную. Разумеется, Арнелия бы ответила на этот вопрос без размышлений.

Юстас делает еще один шаг, прижимая меня к стене.

— Ты не Арнелия, самозванка. Итак, я повторю мой вопрос: где настоящая Арнелия?

Я пытаюсь собраться с мыслями, но его слова, как удар хлыста, парализуют меня. Нужно что-то придумать, выкрутиться, но что?

Отчаяние сдавливает горло, не давая вымолвить ни слова. Я лихорадочно соображаю, пытаясь найти хоть какой-то выход из этой западни. Юстас смотрит на меня в упор, его взгляд прожигает насквозь, не оставляя места для лжи.

Он хватает меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

— Ты попалась, — цедит он сквозь зубы. — Я чувствую, что Арнелии здесь больше нет. И я узнаю, что ты с ней сделала.

Я пытаюсь вырваться, но его хватка крепкая, словно стальные тиски. Страх окончательно парализует меня, заставляя дрожать всем телом. Я понимаю, что моя игра окончена. Он все знает.

— Ладно, — выдыхаю я, сдаваясь. — Ты прав. Я не Арнелия. Но я ничего ей не сделала! Она… она просто исчезла. Я заняла ее место… случайно.

Юстас смотрит на меня и чуть облизывается, как хищник при виде добычи. Но я кожей чувствую, как его гнев уступил место любопытству. И сразу ко мне возвращается уверенность.

Мы договоримся.

Я просто обязана заполучить его в союзники!

— Интересно, — тянет он, склонив голову набок. — И как же это произошло?

— Вряд ли ты поверишь, — теперь мой черед усмехаться, но усмешка выходит грустной. Жаль, что прекрасные перспективы, что открылись после моего попадания сюда, быстро рушатся одна за другой.

— А ты расскажи, — блондин отпускает меня и складывает руки на груди в ожидании рассказа.

— Прикройся сначала, — морщусь я. — Хоть в простынку замотайся.

— Ну извини, я тебе не дракон, чтоб вместе с одеждой оборачиваться, — хмыкает он, но просьбу выполняет, сразу став похожим на античного патриция. А затем садится в кресло и устремляет на меня внимательный взгляд, чуть подавшись вперед: — Я слушаю, красотка.

Глава 19. Внезапный союзник

— …И вот так я оказалась в ее теле, — заканчиваю рассказывать, наблюдая за реакцией оборотня. — Хотя мне самой очень странно от всего этого…

Юстас внимательно слушает, только брови иногда приходят в движение, добавляя ему сходства с хорошо обученным псом, который не бросается кусать, не оценив предварительно необходимость действия.

— Действительно, странная ситуация, — задумчиво вторит он мне.

— Но лично меня беспокоит совсем другое, — решаюсь на важный ход. — У меня появились доказательства, что именно Клаус может стоять за всем случившимся…

Вкратце излагаю свои доводы — страховка жизни Арнелии, финансовые махинации Клауса, его подозрительное поведение и вопросы о самочувствии и подслушанный в библиотеке разговор.

— Думаешь, это графиня де Лансе его подговорила избавиться от Арнелии? — напряженно спрашивает оборотень.

— Честно говоря, больше мне просто не на кого думать, — развожу руками. — Я ведь тут никого не знаю!

Юстас молчит, барабаня пальцами по подлокотнику кресла. В его взгляде мелькает что-то, что я не могу расшифровать — сомнение, удивление или, может быть, разочарование оттого, что Арнелии больше нет и теперь никто не скрасит его вечера.

— Это серьезные обвинения, — наконец произносит он, откидываясь на спинку кресла. — Если это правда, то Клаус — хладнокровный убийца. Но у тебя нет прямых доказательств. Лишь косвенные.

Я понимаю его опасения. Обвинить аристократа, да еще и такого влиятельного, как Клаус, без железных улик — значит навлечь на себя серьезную опасность. Но я не могу сидеть сложа руки, пока он строит новые планы относительно моей гибели.

— Да, я знаю, что доказательства косвенные, — отвечаю я, стараясь говорить спокойно, но