Электрик. Том 1 - Иннокентий Белов

Еще из интересного, дверь из первой комнаты во вторую закрывается автоматически, как только присядешь на унитаз. И открывается потом после активной продувки помещения свежим воздухом.

Похоже, носы пришельцев, хоть они и могут существовать в местной атмосфере, не желают нюхать, что им там навалят крупными кучами отнюдь не чистоплотные туземцы.

«Ну, имеют такое право, раз уж озаботились принудительным закрыванием двери».

То есть жить в убежище можно, с водой теперь проблем нет, как с отправлением естественных надобностей. Спать тоже получается вполне комфортно, хотя нормальные подушку и матрас мои вещи с прокопченным халатом точно мне не заменили.

«Ну, что же, сидеть в надежном, крайне технологичном укрытии посреди этого первобытного, непонятного, страшного мира — мой максимально достигнутый сейчас результат».

И так прыгнул со своей интуицией выше головы на пару сотен метров.

Зато я смог целиком помыться, жаль, что шмотки простирать не с чем, да и сушить негде. Вода с пола под раковиной пропадает сама, не сразу, а постепенно впитывается в пол.

Тоже интересное такое явление, очень уж тут все продумано. Хотелось бы посмотреть на этих инопланетян, насколько они близки к нам физиологически, чтобы грамотно разбираться в таких вещах. Или просто знают, что требуется таким, как мы, простым гуманоидам для нормальной жизни.

Четвертый тумблер включил саму кабину, она загудела, на стене около ее появилось тоже похожее табло, так что управлять работой кабины можно вполне из нее самой.

Энергия на ней подается, техника даже какое-то время прогревается, гудит немного, потом замолкает и раздается звуковой сигнал готовности кабины к эксплуатации.

«Готовности к чему, вы спросите?»

На такой закономерный вопрос дают ответы именно эти пластиковые журналы, которыми я занялся после сна.

Но про них потом, сначала я смог сдвинуть с сторону люк, ведущий на нижний этаж. При повороте вбок он как-то приподнялся и заехал на пол целиком. Похоже, снизу он блокируется, однако в этот раз оказался не заблокирован.

Все говорит о том, что сам бункер служит еще замаскированным выходом из звездолета, раз уж его спрятали в этом кургане.

Размер отверстия в полу примерно двадцать сантиметров в диаметре, поэтому я подумал, что это какое-то технологическое отверстие. Потом включил фонарик и в темноте нижнего помещения рассмотрел пластиковую лестницу, ведущую от люка вниз к полу.

— Охренеть, получается, такой настоящий проход для инопланетян из нижнего бункера. Наверно, так они выбираются отсюда на улицу. Может, конечно, из корабля есть еще выходы на белый свет, только и этот люк можно использовать для такого дела, — говорю я себе.

Рассмотреть нижнее помещение так просто не получится, высота ограничителя позволит рассмотреть только пол именно под люком и больше ничего. И часть пластиковой лестницы под ним.

У меня, как у хорошего электрика, есть зеркало на телескопической ручке, чтобы рассматривать труднодоступные для рук и инструментов места. Как раз такое, которое используют гаишники, чтобы проверять номера двигателей машин.

Вот и я выдвинул его вниз, пустил на него луч от фонаря и некоторое время молча рассматриваю комнату.

Ну, очень много чего непонятного видно в маленькое зеркальце, помещение довольно большое и еще местный климат-контроль здесь выдает гораздо более холодную температуру, чем наверху.

Это я чувствую своей опущенной вниз рукой, инопланетяне явно похоже любят сильно похолоднее.

Еще куча всякой техники и аппаратуры, изначально непонятной для меня. Рассмотреть все подобное в маленьком зеркальце сложно, да и не имеет оно пока ко мне никакого отношения, чтобы так ломать голову.

«Понятно, что это внешний выносной пульт управления кораблем и бункером», — вот и все, что мне нужно знать.

Что там с проходом в корабль — мне не видно, разные предметы закрывают обзор в этом месте.

Еще меня удивило, что нигде нет кровати или чего-то на нее похожего. Впрочем, учитывая размер лаза для пришельцев, этот кусок пластиковой трубы длиной в тридцать сантиметров и диаметром в примерно двадцать, похоже, что спать они могут на любой плоской поверхности.

«Или им вообще сон не требуется, раз они не привычные гуманоиды?»

«Или такие крошечные человечки?»

Да и ладно, их тут нет, а если вылезут из анабиоза из-за моего появления, тогда меня сурово отшлепают.

Если еще и жить к себе потом заберут, тогда можно здорово порадоваться.

Еще меня невероятно поразили начинающие работать экранами после попадания них луча света от фонарика стены. Прямо натурально начинают показывать все, что творится вокруг, в шикарном Full HD качестве.

Похоже, что реагируют на свет или даже на пристальный взгляд, ну очень такие крутые устройства.

Прямо каждую травинку видно на экране-стене, камеры расположены где-то немного выше уровня площадки и показывают все, что происходит с четырех сторон. Наверняка, если посветить на потолок, там тоже окажется вид на площадку сверху. Только мне потолок не рассмотреть никак со своим приспособлением, хорошо хоть до стен могу дотянуться.

Зато я теперь при определенных усилиях могу внимательно рассмотреть, что творится рядом с холмом, уже случайно перед Чертями из люка не вылезу.

Как раз успел увидеть в одном из экранов, как племя, потерявшее вечером половину своих воинов, вернулось на место схватки. Как они размахивали лапами в негодовании около хорошо освежеванного козла, даже навернули пару кругов вокруг на большом расстоянии от холма. Искали грабителя, но не слишком долго, потом быстро уехали за горизонт.

Потом я внимательно осмотрел, уже после долгого, полноценного, восьмичасового сна, еще раз все помещения, пообедал сухой лепешкой, размочив ее в воде и приступил к изучению альбомов.

Глава 6

Протер сначала везде пыль, где можно; на столах, на полу, использовал какую-то домотканую тряпицу, которую нашел на месте сражения. Пришлось постоянно бегать ее промывать в раковине, столько пыли лежит здесь на всем.

Можно и наведением какого-никакого уюта теперь заняться, все же не один день тут придется жить.

Есть у меня такое предчувствие, что придется серьезно изучать разные варианты, чтобы спасти свою совсем случайно оставшуюся в моем распоряжении жизнь. И как сделать ее другой, не той, которая пока неминуемо и безальтернативно ждет меня за стенами бункера.

Теперь, продолжая осторожно размачивать остатки лепешки в большом пакете с водой, не спеша разбираюсь с этими, можно определенно сказать, рекламными проспектами и брошюрами.

Очень посуды не хватает, но почему-то тут ее вообще никакой не нашлось. Наверно, последние постояльцы забрали с собой, когда уходили. Вообще полный минимализм в