Чародеи. Антрацитовый час - Делла Фокс

Меня тоже не радовала командировка в неоплачиваемый выходной, но деваться было некуда. Я решила найти в этом плюс: расширить свою чародейскую географию и открыть для себя новые волшебные места, пусть и незначительные.

Перед поездкой я решила заглянуть в больницу к Ларисе Ивановне, которая уже много месяцев пребывала в коме. Добралась до чародейской клиники я с помощью портала – благо нам начали выдавать на месяц по шесть бесплатных корешков на перемещение.

Я зашла в палату. В ней всё выглядело безжизненным. Мягкие бежевые оттенки стен, пола и лёгких льняных штор, казалось бы, должны были создавать атмосферу спокойствия и умиротворения. Но Лариса Ивановна ненавидела бежевый. И я полностью разделяла её точку зрения. Этот цвет всегда ассоциировался у нас со скукой: он наводил на мысль о нашей беспомощности в настоящий момент жизни – и её, и моей. Каких только цветов не было в её костюмах, платьях и мантиях, которые она иногда накидывала сверху – обязательно в тон наряду, но бежевых – никогда в жизни.

Над кроватью Ларисы Ивановны висела лампа с магической световой сферой, которая меняла освещение – помещение заливало то жёлтым, то белым светом. На столике находились медицинские приборы и лекарства.

Пожилую чародейку заботливо укрыли тонким одеялом. Я заметила, что на ней не было её привычного кудрявого парика, который она всегда носила в институте. Лицо осунулось, но выглядело таким же спокойным и проницательным. Мне не верилось, что она больше не откроет глаза, не поговорит со мной.

Поэтому я продолжала разговаривать с ней сама.

– Кажется, у меня неприятности, Лариса Ивановна.

Мне хотелось обнять женщину, взять её руку в свою, но в тот миг казалось, что моё собственное тело в этой комнате тоже становится неподвижным. Взгляд снова упал на безмятежную световую сферу.

– И я даже не знаю, с кем посоветоваться.

Моя институтская патронесса сейчас походила скорее на мертвеца, чем на бойкую чародейку, но я изо всех сил отгоняла мрачные мысли. Мне это почти удалось, но предательская слеза всё же скатилась по щеке.

– Знаете, чего бы мне больше всего хотелось? – Я вспомнила легенду, которую Лариса Ивановна рассказала мне на предпоследнем курсе. – Чтобы вы… даже если… уйдёте от нас, стали Душой. Душой, которая может иногда приходить к чародею… Я знаю, мы с вами не были родственниками и вообще знакомы не так давно… Но вы мне такая родная! Что же мне делать без вас…

Всё-таки дотронувшись до руки Ларисы Ивановны, я заметила странное бледное пятно от кисти до локтя, похожее на след от ожога. Оно выглядело как витилиго, но кожа была немного другой – более тонкой, почти прозрачной.

– Что за чёрт…

Сквозь высокие арки окон палаты проникли солнечные лучи, и сферы постепенно начали гаснуть. Я осмотрелась ещё раз и впервые заметила, что на стенах висят гобеленовые картины с изображениями волшебных существ. Их контуры, обрамлённые золотыми нитями, отражались бликами в начищенном до блеска мозаичном полу. Из коридора доносилось постукивание флаконов с эликсирами – через минуту в комнату вошла молодая медсестра.

Когда она увидела меня, её нежное, но строгое личико приобрело сердитое выражение. В руках ведьма несла серебряный поднос, уставленный флаконами для капельниц из цельных камней – дань старым традициям.

– Добрый день, – максимально доброжелательно сказала я. Было видно, что медсестра собирается сделать выговор и выставить меня за дверь, но мне было важно узнать, откуда у Ларисы Ивановны появился этот шрам. – Вы не знаете, что это? Откуда?

Девушка медленно приблизилась к кровати и осмотрела участок кожи на руке пожилой чародейки.

– Нет, не знаю. Это было, когда её уже доставили сюда.

После больницы я отправилась прямиком на работу.

– Марго, ты видела когда-нибудь Дроивам? Я недавно увидела этот знак… на пиджаке у одного чародея на улице.

Марго, заваривающая йоштовый чай разовым пакетиком, повернулась в мою сторону и озадаченно посмотрела на меня. Затем подошла и приложила руку к моему лбу.

– Деточка, о чём ты опять? Тебе показалось, наверное. Многие руны похожи друг на друга.

– Не показалось, я даже перерисовала тот знак, чтобы не забыть!

Лицо Марго исказилось в гримасе.

– Кошмар! Срочно уничтожь его. Если, конечно, это тот самый знак. Или он ещё у тебя?

– Нет. Я выдрала и сожгла страницу.

– Умничка.

– Марго.

– А?

– Ты мне не веришь?

Женщина посмотрела на свои ногти, на косметичку, на фикус и только потом перевела взгляд на меня.

– Мне кажется, ты переутомилась, Арин. Тебе дают очень много работы. А этот культ – больная тема для всех. Лучше забудь. Об этом не принято говорить.

– Но…

И тут я вспомнила, где увидела его. Кольцо Лили, моей коллеги по «Портал-Телекому».

– Он есть на кольце Лили! Я вспомнила, где видела его!

– Арина, этого просто не может быть. Лучше не рисуй этот знак и больше не спрашивай о нём.

Чародейка отвернулась, достала свою Карту Мага из сумки и стала листать новостную ленту Сорроса.

Почему-то в эту секунду мне захотелось разрыдаться.

О том, что я подслушала в портале, наверное, не стоит вообще никому говорить. Вряд ли мне кто-нибудь поможет, если что-то случится.

В полдень Нина с довольным лицом объявила, что порталами пользоваться нельзя – в этот час будет слишком сильная нагрузка – и что до Теумрака мы должны добираться своим ходом. Лиля взбунтовалась, едким голосом зачитала выдержки из Объединённого Чародейского Кодекса и ушла из кабинета, громко хлопнув дверью. Мира взяла Нину за руку и, что-то ей нашёптывая, увела из кабинета. Спустя пятнадцать минут обе с кислыми лицами вернулись на свои места. Марго, напевая под нос арию из «Аиды», спустя два часа кинула мне на стол четыре корешка на перемещение в Теумрак.

Городишко Теумрак был образован шесть столетий назад местным народом. С языка их племени «теумрак» переводилось как «рано вечереет», то есть сумерки опускались на город раньше, чем на других территориях, и было по-особенному темно. После того как карта Сорроса расширилась до этого городка, произошло нечто странное. В один день город полностью опустел: нечары покинули свои дома, оставив все вещи. С тех пор там жили только магические виды: чародеи, гномы, русалки и прочие обитатели волшебного мира.

Нас предупредили, что, несмотря на огонь, который мы можем наколдовать, переместиться туда надо всё-таки пораньше, так как сумерки наступают очень быстро – после «предзакатного» двадцать пятого часа мгла мгновенно окутывала город, погружая его во тьму.

В нужный день мы