Чародеи. Антрацитовый час - Делла Фокс

Возможно, я всего лишь отлежала руку, и это была обычная судорога.

Просто судорога.

Почистив зубы, я достала новую красную пижаму с рисунком из цветков омелы – подарок себе на Новый год – и аккуратно разложила её на заправленной кровати. В голову пришла мысль покататься на коньках в городском чародейском парке, но я отбросила её, вспомнив, что ещё ни разу не стояла на коньках, а также у меня дома не имелось зелья и мази для сращивания костей.

Я сварила какао и, зажав кружку в левой руке, подправила правой мигающую гирлянду на искусственной ёлочке. Это были сотни крошечных свечек, которые сошли бы за свечи на столе в домике куклы Барби – они меня и подкупили своей миниатюрностью, так как в детстве я всегда мечтала о кукольной мебели.

Раздался звонок, я подумала, быть может, Регина всё-таки решила почтить меня своим присутствием. В глазок никого за дверью рассмотреть не удалось, но я всё равно отперла замок.

– Привет, Альфина. – Я улыбнулась подруге, широко распахивая дверь.

На меня смотрело круглое приветливое лицо, над которым возвышался искрящийся колпак в зелёно-белую полоску. В руках гномиха держала кулёк в золотистой бумаге и пирог в форме сердца, обёрнутый фольгой, от которого исходил пар. На плече подруги сидела Софушка – воронёнок с точно таким же колпаком, только в миниатюре. Осенью Альфина подобрала птицу во дворе во время сильного ливня, когда молния ударила в тополь напротив окна и несколько крупных веток дерева-исполина упали на асфальт. Из обгорелого гнезда вывалился воронёнок, гномиха выходила его, устроив спальное место в коробке из-под обуви, а потом решила оставить себе.

– Проходи!

– С наступающим!

Альфина с улыбкой до ушей прошествовала на кухню и водрузила пирог с кульком на середину барного стола.

Я поставила на плиту чайник и открыла холодильник, чтобы вытащить какое-нибудь угощение. Выложив на стол тарелку с пирожными безе и шоколадными трюфелями с апельсиновой крошкой, я достала из кухонного шкафчика крекеры, насыпала их в небольшую вазочку и подвинула её Софушке. Воронёнок спрыгнул с плеча соседки и крайне аккуратно стал клевать крекеры с тарелки.

– Она такое, конечно, не очень любит, – прокомментировала гномиха.

Мы потягивали чай из кружек, и Альфина делилась планом празднования Нового года. Через три часа к ней должны были приехать родственники сразу из четырёх городов – в основном с севера России. Соседка заранее предупредила меня, что, скорее всего, за стеной будет слышен шум – у гномов, мол, на праздниках не обходится без драк и весёлых танцев.

С последнего визита ко мне Софушка похорошела: пушистая серая голова воронёнка обрастала толстыми синеватыми перьями взрослой вороны. Цок-цок – сейчас она бодро прыгала по краю столешницы.

– Альфина, я хотела спросить кое-что у тебя.

– Конечно, спрашивай.

– Мне сегодня снился сон, очень яркий.

– Надеюсь, хороший?

– Ну, не уверена…

Альфина чуть не подавилась безе.

– Ох, нехорошо это…

– Почему?

– Сны в такой день, как правило, означают, с чем тебе придётся столкнуться в предстоящем году.

Я вздрогнула так, что чай из моей кружки плеснулся на стол. Альфина брякнула заклинание, ткнув коротким указательным пальцем в центр лужицы, и пятно тут же испарилось.

– Так что тебе снилось?

Я пересказала соседке сон. Она охнула и закрыла рот маленькой ладошкой.

– Ох, не к добру это, не к добру. Но одно хорошо – ты во сне эту дрянь отцепила от себя. А значит, и в жизни от проблемы избавишься. Вообще-то то, что было у тебя на ладони, похоже на чёрную метку.

– Какая ещё чёрная метка?

– Да, обычно чёрная метка и бывает в форме чёрной ладони и пристаёт к одной из рук. Но, судя по тому, что она прибилась к левой руке, трудность будет связана с твоим прошлым. Ведь ты знаешь, что левая рука означает прошлое, а правая – будущее?

– Я… Да, знаю. Просто эта чёрная метка… Всё очень скверно звучит. А щупальце?

– Не бойся ничего, девочка. Главное, ты избавилась от неё! И она тут же скрючилась. Это главное. Думай об этом.

– Хорошо. Постараюсь.

– А теперь давай сменим тему. – Мне нравилось, что моя соседка никогда не концентрировалась долго на чём-то плохом. – Чем займёшься сегодня?

Остаток дня я провела, прибираясь в разных уголках квартиры. Обычно я пользовалась магией, чтобы переместить крупу из одной тары в другую или помыть кружку, но сегодня буквально наслаждалась простыми медленными движениями, которые помогали забыть о сне.

Тайное собрание и человек с кошмарным шрамом не выходили из моей головы. Постелив скатерть и плотно задвинув шторы, я включила популярные новогодние песенки и достала бутылку ежевичного сидра. Налив полбокала, я стала пританцовывать и подошла к окну. Живой сидр запузырился, чуть выполз и попытался куснуть меня за палец – я отставила бокал на подоконник. Когда пузырьки все до единого полопались, напиток приутих.

На улице чародейская детвора пускала фейерверки в виде оживших животных: по двору уже бегали двое светящихся оленей и озорной лабрадор.

Новый год был праздником и для нечар, и для волшебного народа.

Я покачала головой и включила старенький телевизор тётушки ровно на первом ударе курантов. Удивительно, но он до сих пор работал – как техника здесь оказалась, одним четырём стихиям известно. С грустью подумав, что, пожалуй, сегодня наступил мой настоящий день взросления, я вспомнила, какие сложные желания мы с Региной загадывали в Новый год – обычно они даже не умещались на бумажках, и конец фразы приходилось писать очень мелкими буквами.

В красивой вазе из синего хрусталя лежали конфеты из кулька, принесённого Альфиной. В остальные вазочки и плошки поменьше я разложила всё, что, на мой взгляд, годилось для торжественного новогоднего стола ведьмы-одиночки.

Я отломила кусочек от пирога гномихи. Творожник с шоколадной крошкой уже давно остыл, но был всё ещё непередаваемо вкусным. Основа из измельчённого печенья таяла во рту, и я еле сдерживалась, чтобы не слопать весь десерт за раз.

В голове всплыл последний разговор с Лилей. Может, мне действительно уволиться и на пару с Альфиной открыть кондитерскую? Попробовав оранжевый десерт, приготовленный мной собственноручно, я тут же прогнала подобные мысли из головы. Кажется, я передержала канистель на пару́, и он разварился, став похожим на подслащённую тыкву, которую я ненавидела. Отправив хрустящую краюшку пирога Альфины в рот, я поставила чайник на плиту.

После двенадцати Карта Мага стала трещать от уведомлений. Несколько поздравлений пришли по воздуху. Мерцающие конвертики появлялись у ёлки в кухне и голосами институтских друзей зачитывали и напевали поздравления. В ответ