Попал – не пропал. Книга 5 - Ринат Камильевич Назипов

Глава 6.

Глава 6

Глава 6.

Четвёртый день в Ростовском Инженерно-строительном Институте царил самый настоящий переполох. Не во всём Институте, конечно, а только на одной из его кафедр, но руководил всем этим бедламом сам ректор, а парторг выедал у сотрудников кафедры мозг чайной ложкой, бегая из одной лаборатории в другую и стоя над душой. А попала под раздачу «Кафедра строительных материалов и технологий строительства», на которую один из её бывших, но недоучившихся, студентов, принёс пару нестандартных строительных блоков. Сначала, как же иначе, сотрудники кафедры посмеялись над недоучкой, потом призадумались, а потом услышали грозный рык сверху — разобраться и доложить. Вот тут-то всё и закрутилось, завертелось. Первые же лабораторные испытания непонятных блоков вызвали восторг и недоумение. Во-первых, прочность предоставленных на изучение блоков, по методу Роквелла, превысила двести килограмм секунду при заточке алмазного сверла в сто двадцать градусов, то есть превзошла почти в двое прочность особо твёрдых материалов, включая твёрдые сплавы и изделия с поверхностной закалкой. Во-вторых, теплопроводность исследуемых блоков оказалась на уровне одной сотой ватта на метр, в принципе, почти идеальный результат, на порядок превышающий этот показатель у дерева и в несколько раз у минеральной ваты. В-третьих, исследования показали, что блоки практически не поддаются воздействию со стороны влаги, ультрафиолетовых лучей, перепадов температуры в очень широком диапазоне, по крайней мере резкие перепады от минус восемьдесят градусов до плюс восемьдесят, блоки выдержали без каких-либо проблем. Да что там говорить, даже кислотам эти блоки оказались неподвластны. Учёные оказались в явной растерянности, ведь предоставленные в их распоряжения блоки демонстрировали, практически, идеальные свойства и могли использоваться на любом этапе строительства, начиная от несущих конструкций высотных зданий любого назначения, вплоть до внешней отделки уже построенных зданий. Но, если честно, то переполох был вызван совсем не этим, нет, конечно этим, но совсем по другой причине. Ни для кого не являлось секретом, что в стране огромные проблемы с цементом и его производными, а строительные объёмы были невероятно огромны, а тут им заявляют, что эти блоки изготовлены без цемента и буквально на коленке. И у «учёных мужей» тут же возникла мысль, что тот, кто первый заявит о разработанной технологии производства такого материала гарантированно получит Сталинскую премию, а может быть и Звание Героя Труда. Мимо такого пряника они уже пройти не смогли, но… секрет изготовления материала они выяснить так и не смогли, даже идей на этот счёт, более-менее приемлемых, ни у кого не было. Дважды сам ректор приглашал бывшего студента, а ныне майора уголовного розыска, на беседу, с целью выяснить откуда в его руки попали эти блоки, то, что это, скажем так, часть трофеев совсем недавно отгремевшей войны и речи не идёт, потому как видно, что блоки изготовлены совсем недавно, буквально несколько дней назад. В итоге, майор получил на руки подробнейший отчёт о проведённых испытаниях, но без итоговых выводов, а ректор решил выяснить «откуда ноги растут» по своим каналам через областное Управление МГБ.

Само собой, что я ничего, о кипящих в стенах РИСИ страстях, не знал и не подозревал. Поэтому спокойно работал, правда пришлось мне ещё день потратить на «занятия химией», а то я как-то подзабыл, что мало получить блоки для строительства, их же ещё и как-то между собой соединить надо, цемент-то как был недоступен, таковым и остался. Благо, что подобные проблемы в Содружестве уже давным-давно решены и формула клея для пластобетона секретом не является. Вот и убил я целый день на варку нового «зелья». Нет, я конечно же мог соединить блоки с помощью Магии, но как я потом объясню этот факт, когда ко мне придут с вопросами, а то, что придут, в этом я ничуть не сомневаюсь. Вот и варил «ядрёную смесь», не смотря на то, что часики тикали и время шло. В общем, я только-только закончил класть второй ряд, когда возле моего дома остановился очередной автомобиль и из него вылезли «двое из ларца, одинаковых с лица».

— Надеждин?

— Ну…

— Одевайся, поедешь с нами. — безальтернативно заявил один из прибывших. А я, надо заметить, работал по пояс голый, да ещё и босиком.

— Я занят, поэтому никуда я с вами не поеду. — устало ответил я. — Тем более, что я вас не знаю, может быть вы из этих, ну… которые мальчиков любят. Я сейчас с вами поеду, а потом ищи где вас закапывать.

Как и следовало ожидать, парочку тут же полезла в драку. Ну, как полезла, так и отлетела, не им со мной тягаться, тем более сразу видно, что «в поле» ребятки никогда не работали, да и не воевали — обоим, в лучшем случае лет двадцать — молодые, дурные, неопытные. Осознав свою физическую несостоятельность, они не придумали ничего лучше, чем схватиться за оружие. Вот тут я уже работал жёстко — стволы отобрал, а державшие их руки сломал, ну и отпустил… с богом. Идиот? Нет, я хоть и не ждал таких вот посетителей, но сориентировался быстро, так как в мои планы они очень удачно вписались. Ведь я уже давно понял, что очень сильно поторопился с побегом из Москвы, да и со сменой личины и личности тоже, да и с изменением паспорта. Теперь вот приходится такими неординарными методами привлекать к себе внимание определённых товарищей. А местных МГБшников и, уж тем более, милиции я не боюсь. Опасаюсь, да, но не боюсь. В крайнем случае опять исчезну и объявлюсь уже где-нибудь в Подмосковье, под своим старым видом и со старыми документами, да и начну всё поновой.

Буквально через два часа, после того как эта парочка уехала, ко мне во двор зашёл уже знакомый опер, тот что до войны учился в строительном институте.

— День добрый, Руслан.

— Какой же он добрый, если вы пришли. — невесело ответил я.

— Ну да, в чём-то ты прав. Ты вот мне что скажи… зачем было оперативных сотрудником УМГБ калечить, это ведь уголовная статья — тяжкое преступление.

— А у них на лбу, что сотрудники, да ещё и МГБ не написано. Ввалились тут какие-то, давай руками махать, потом оружие достали, а я что, должен был просто смотреть? Так я не овца, чтобы всё терпеть. Вот