Нидин - Алена Романова

оглянулась по сторонам и увидела, что в пологе образовалась брешь, а техника, лежащего в обмороке и заваленного приборами, заносило песком. Нидин приподнялась и посмотрела за ограждение, там капитан из последних сил уворачивался от отростков эрэмайта.

Нидин поняла, что капитан не спасётся, рано или поздно пришелец его достанет. Она схватила крышку от ящика, подошла к Жаке со спины и ударила его по голове. Тот упал. Нидин выронила крышку, удивляясь, откуда в ней столько силы – она же чуть не разбила ему голову! Но тут эрэмайт потянул щупальца к телу мужчины.

– Нет, – приказала она. – Тяни ко мне!

Эрэмайт дрогнул, отпрянул назад, будто размышляя, следовать приказу или нет.

У Нидин не было времени разбираться, послушается ли её существо. Она прыгнула на него, повалила на песок и вцепилась в горло. Он серым маревом впитался в её тело. Нидин довольно облизнулась, встала, наполненная силой, чувствуя себя всемогущей. Рассмеялась диким, неестественным смехом.

Рядом выросло ещё несколько пришельцев. Нидин, уже не сомневаясь, кинулась на одного. Потом перешла к следующему. Она поглощала эрэмайтов одного за другим. Они дрогнули и отступили, скрывшись в песках.

Удовлетворение сменилось тяжестью в животе, ей стало дурно. Нидин присела, сдерживая тошноту, ползком добралась до техника, растормошила его. Он пришёл в сознание.

– Помоги, – шепнула ему. – Капитан ранен.

Техник увидел, что Нидин отключилась, поднялся, осмотрелся вокруг. Пришельцев не было. Лагерь накрывал песок. Он перетащил капитана и Нидин на стол, самую высокую точку, и стал ждать помощи.

Их спасли через двадцать минут. К тому моменту капитан уже пришёл в себя. Нидин очнулась, когда её привезли в медотсек.

– Отлично! Вы очнулись! – к ней подошла взволнованная доктор Оркено. – Стоять сможете?

– Да, – Нидин чувствовала себя отлично, только слегка переевшей.

– Тогда идёмте, – Оркено повела её в операционную. – Там наш доктор Айтшер. Его привезли всего израненного. Нужна ваша помощь.

Операция прошла успешно. Нидин вышла из операционной, рядом встала Оркено. Доктор начала сбивчиво говорить, но Нидин неожиданно стошнило прямо на хирурга.

Оркено подхватила её и положила в соседнюю палату.

– У вас пищевое отправление! – воскликнула доктор, проверяя её результаты. – Как такое возможно?!

– Песка наелась, – отшутилась Нидин.

– Ох, и точно! Я совсем забыла, что вы тоже из переделки вырвались, – Оркено поставила капельницу. – Это прочистит организм от токсинов. Отдыхайте.

Нидин проводила доктора взглядом, дождалась, когда та закроет дверь, и потянулась за коммуникатором позвать к себе Као Рея.

Он пришёл через полчаса.

– Выглядишь превосходно, – сказал Као.

– Там, – запнулась Нидин, подбирая слова, – я…

– После такого потрясения тебе нужно отдохнуть, – перебил её Као. – Я поговорю с капитаном, чтобы ты больше не участвовала в высадках.

– Спасибо, – она благодарно сжала руку опекуна.

– Отдыхай, – он погладил её по голове и вышел из палаты.

Нидин спокойно легла отдыхать. Никто не догадался, что на самом деле произошло. Если бы было по-другому, Као Рей сразу обо всём рассказал. У Нидин зародилась надежда, что не нужно будет в очередной раз срываться с места.

Глава 8

На следующий день в палату пришёл капитан.

– Как вы себя чувствуете? – спросил Жаке, присаживаясь на стул.

– Лучше, спасибо, – ответила Нидин. Она не ожидала его прихода. Села, свесив ноги с постели, и провела рукой по волосам, пытаясь их так причесать.

– Доктор Оркено выписывает вас после обеда? – Жаке присел на стул для посетителей и осмотрел всё вокруг, только не Нидин.

– Да, – ответила, всё ещё не понимая, зачем он пришёл.

– Я хотел бы вас пригласить на ужин. В качестве благодарности, - после этих слов его взгляд остановился на ней.

– Капитан, это моя работа, – удивилась Нидин, теребя руках больничной пижамы. Отчего-то под взглядом Жаке было неуютно. И не известно, что он помнит из случившегося.

– Вы примете моё предложение? – настойчиво спросил он.

– Да, – ответила она, не зная, под каким предлогом отказаться.

– Жду вас вечером на капитанском мостике, – сказал Жаке и вышел из палаты.

– Вот это поворот! – потрясённо высказалась Нидин.

Тут же в палату ворвалась Оркено:

– Тебе нужно время, чтобы подготовиться! – заговорщицки подмигнула она, заполняя медицинскую карту. – Так что я тебя выписываю.

– Не понимаю, о чём вы, – сдержанно ответила Нидин, с негодованием отмечая про себя, что Оркено перешла с официального на дружеское общение.

– Ты, главное, не волнуйся, – продолжила Оркено. – Жаке очень хороший мужчина.

– Это ужин в качестве благодарности, а не свидание, – ещё сдержанней ответила Нидин.

– Да-да, – легкомысленно согласилась Оркено, выключила датчики на стойке, и указала Нидин на выход из палаты.

Нидин с горящими от стыда щеками вышла из медицинского отсека. Всю дорогу до своей каюты она со злостью думала, что клэдам вообще нельзя общаться с людьми.

Сборы на ужин не заняли много времени. Нидин надела свою стандартную униформу, заплела, как обычно, косу. Проходя по коридору к капитанскому мостику, она чувствовала на себе любопытные взгляды, от которых чесалась спина.

Капитан встречал у входа. Нидин с разочарованием отметила, что Жаке был не в форме, а в обычной гражданской одежде. И также заметила, как он сжал недовольно губы, рассматривая её униформу медицинского работника.

– Мы поужинаем в моей каюте, – сказал он, указывая направление.

Жаке попытался потянуть Нидин за собой, когда она остановилась, чтобы проводить к своей каюте, но она вырвала руку из его и настойчиво сказала:

– Капитан, я соглашалась на совместный ужин в столовой.

Он ещё раз недовольно сжал губы, но отпустил руку.

– Тогда прошу, – великодушно указал на лифт.

Нидин про себя выдохнула. Сейчас она выиграла. Вот если бы согласилась, то тогда весь экипаж убедился бы, что между ними роман. После ужина в каюте капитана, она бы уже не могла бы смотреть всем в глаза.

Удивлённые взгляды экипажа преследовали Нидин в столовой во время ужина, отчего она не могла проглотить и кусочка. Поэтому только ковырялась в еде вилкой. После они пошли к смотровому окну. Крейсер как раз пролетал сквозь туманность, и там открывался удивительный вид. Но Нидин не прониклась красотой мутно-бордовой дымки, усеянной бирюзовыми камнями. Она постоянно передёргивала плечами, сбрасывая с себя любопытные взгляды экипажа.