Беглянка №0 для звёздного командора - Алекс Скай

экран открыл не технический сертификат и не короткий код, а полную запись владельца.

ПОДТВЕРЖДЕНО:

ЛЕЙТЕНАНТ РЕЙНАР КАСС. ОПЕРАТИВНЫЙ СЕКТОР ПАТРУЛЬНОЙ ГРУППЫ КЕРРЕН.

Под ней:

ПЕРСОНАЛЬНЫЙ КОМАНДНЫЙ КОНТУР: FL-COM/27-RK.

В архиве Н-4 Элара видела только след. Здесь находился первичный документ. Время. Имя. Приказ. И подпись человека, стоявшего сейчас рядом. Рейнар не шевелился. Элара слышала только слабый гул станции и собственное дыхание. В тот день она ждала его семнадцать минут.

Перед ней лежало доказательство того, что приказ, отрезавший его от неё, был подписан им самим. И впервые с момента возвращения Элара поняла, что тишина между ними могла оказаться не пустотой длиной в годы. Возможно, кто-то создал её намеренно.

Глава 5. Подпись Касса

Элара прочитала имя под приказом ещё раз, хотя за последние минуты оно не изменилось ни на один знак.

ЛЕЙТЕНАНТ РЕЙНАР КАСС.

Буквы были всего лишь светом на старом экране, но у Элары сжался желудок, будто она снова стояла на Н-4 и слушала, как истекают семнадцать минут.

Рядом стоял человек, которому это имя принадлежало, и впервые с момента их встречи на «Ауриге» ей хотелось не уйти от разговора, а заставить его состояться до конца.

Рейнар не пытался закрыть документ. Не шагнул к панели, не потребовал передать архив службе безопасности, не сказал, что данные могли быть подделаны. Он смотрел на собственную подпись с тем выражением, которое Элара знала слишком хорошо.

В тесном архивном отсеке стало слышно, как за стеной ходит старый насос охлаждения. Ровный механический стук почему-то делал молчание между ними ещё тяжелее. Так он выглядел, когда факты ему не нравились, но спорить с ними ещё было рано.

Когда-то это качество казалось ей одной из самых надёжных вещей в нём. Теперь раздражало.

— Скажи что-нибудь, — произнесла она.

Рейнар перевёл взгляд с документа на временную отметку.

— Сначала хочу понять последовательность.

— Конечно.

Он услышал интонацию.

— Элара.

— Нет, продолжай. Семь лет прошло, можно потратить ещё несколько минут на последовательность.

Рейнар медленно выдохнул, однако голос остался ровным.

— Приказ создан за одиннадцать минут до нашего последнего разговора. Подтверждение стоит моим контуром. В момент создания я находился на патрульном борту примерно в сорока тысячах километров от Н-4.

— Я знаю, где ты находился.

— Хорошо. Тогда второе. Я этот приказ не видел.

Элара смотрела на него. Вот оно. Такую фразу она ожидала.

Элара не решила заранее считать его виновным — наоборот, ещё на Н-4 заставляла себя перечислять все способы, которыми чужой человек мог использовать старый командный сертификат. Но теперь объяснение прозвучало голосом Рейнара и оказалось почти болезненно удобным.

— То есть ты его не видел.

— Ни разу.

— Но твой контур его подтвердил.

— Подтвердил.

— Для тебя это другое?

— Да. И сейчас это важно.

Она коротко усмехнулась.

— Для архива разница незаметна.

— Для меня — заметна.

— Для меня тоже, Рейнар. Именно поэтому я спрашиваю тебя, а не архив.

Он снова обратился к экрану. Приказ К-17/44 оставался открыт между ними, совершенно будничный в своей старой служебной форме. Несколько строк, которыми человека можно было убрать из собственной жизни, не сообщив ему даже причину.

НЕ ДОПУСКАТЬ КОНТАКТА С ПАТРУЛЬНОЙ ГРУППОЙ ДО ЗАВЕРШЕНИЯ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ.

Элара провела пальцем под строкой.

— Ты утверждаешь, что никогда этого не видел?

— Никогда.

— И не отдавал распоряжения вывести меня с Н-4?

— Не отдавал.

— Не давал кому-либо право сделать это от твоего имени?

Рейнар задержался с ответом всего на мгновение, но Элара слишком хорошо знала человека перед собой, чтобы не заметить эту паузу.

— Вот теперь интересно.

— Я пытаюсь вспомнить процедуру семилетней давности.

— Не надо вспоминать процедуру. Вспоминай себя.

— Это и делаю.

Она отвернулась к консоли. Больше всего хотелось сказать, что он снова прячется за служебными формулировками, но это было бы несправедливо. Рейнар действительно пытался восстановить события. Она видела это по тому, как он перестал следить за помещением, хотя ещё несколько минут назад проверял каждую дверь и каждое изменение света.

Редкая роскошь для человека, который привык контролировать пространство вокруг себя.

— В тот день у тебя был персональный контур? — спросила Элара.

— Был. И доступ к нему считался моим.

— Кто ещё мог им воспользоваться?

— Напрямую — никто. Но пакет мог наследовать мои полномочия.

— Значит, система всё равно считает подпись твоей.

— Я не сказал этого.

— Ты только что сказал, что никто другой не мог воспользоваться контуром.

— Напрямую.

Элара повернулась.

— Перестань заставлять меня вытаскивать из тебя каждое второе слово.

В его лице что-то изменилось. Не раздражение — скорее решение.

— Хорошо. В старой системе полномочий существовали связанные пакеты команд. Если офицер подтверждал головной приказ, часть подчинённых распоряжений могла получить его контур автоматически.

— Какие именно распоряжения?

— Те, что находились внутри заранее определённой зоны полномочий.

— Например, закрытие маршрута?

— Например.

— Переброска человека?

— Если её оформляли как эвакуацию или перемещение в рамках операции — тоже.

Элара снова взглянула на документ.

ОБЪЕКТ: ТЕЙН, ЭЛАРА.

Не человек. Объект.

— И ты пользовался такими пакетами?

— Все пользовались.

— Не интересует «все».

Рейнар посмотрел прямо на неё.

— Да. Пользовался.

Наконец прозвучал не очередной довод, а факт. Элара почувствовала неприятное спокойствие — ту его разновидность, которая обычно появлялась перед настоящей злостью.

— Значит, приказ всё-таки прошёл через тебя.

— Через мои полномочия — да.

— Но ты его не отдавал.

— Нет. Я этого приказа не отдавал.

— Ты понимаешь, как это звучит?

— Лучше, чем тебе кажется.

— Сомневаюсь.

Рейнар сделал шаг к консоли, но не к ней. Увеличил нижнюю часть архивного документа и вызвал техническую цепочку подтверждений.

— Посмотри на время.

— Уже смотрела.

— Не на создание. На активацию.

Элара приблизилась. Внизу стояла ещё одна метка. Приказ создали до их разговора. Но исполнили позже. Через четыре минуты после того, как Рейнар пообещал прийти.

Элара почувствовала, как воспоминание становится почти физическим: старый зал Н-4, чужой корабль на дальнем сканере, собственный голос, торгующийся с ним за минуты так, будто они действительно принадлежали им обоим. Семнадцать. Он обещал семнадцать.

— Что случилось через четыре минуты? — спросила она.

Рейнар долго смотрел на метку.

— Я получил другой приказ.

Элара подняла голову.

— Какой?

— Немедленно уйти к внешней дуге