"Фантастика 2026-135". Компиляция. Книги 1-23 - Елизавета Владимировна Соболянская

Вот только что использовать?

Слабый на передок неандерталец сам мог додуматься только до самого простого, какого-нибудь: цианида или стрихнина. Однако у старого ублюдка, с молодости не гнушающегося прибегать к решению проблем радикальными методами, наверняка в аптечке отыщется антидот для настолько примитивных ядов. Если же использовать более надёжные тетродотоксин или батрахотоксин, что гарантированно прикончат любого, то про участие Эмиля в отравление можно забыть. Самостоятельно достать эти токсины без профессиональных подвязок в их стране нереально. Таким образом цепочка из посредников увеличилась до плохо контролируемых масштабов и появлялась потребность в подставном исполнителе, что возьмёт всю вину на себя, ещё и пальцем на заказчика укажет.

— Упрямый мальчишка, — шумно и явно недовольно вздохнула будущая жертва отравления. — Ладно, пока оставим эту тему. Я дам тебе время всё хорошенько обдумать. А сейчас пойдем пообедаем.

После общения с навязчивым родственником, от компании которого в течение нескольких часов никак не получалось отделаться, Курту пришлось заехать в тренажёрный зал. Он нанял тренера по смешанным единоборствам, чтобы выпустить законным образом пар. Крепкий, коренастый мужчина ухмыльнулся предложению надеть полное защитное обмундирование, но уже вскоре пожалел, что так беспечно отнёсся к словам, изнеженного с виду мажора.

Жалеть его Курт и не думал. Поначалу отрабатывал базовые связки из тайского бокса, а затем вошёл во вкус и в ход пошли локти и колени. Удары щедро ссыпали и на него, жалили рёбра, бёдра и голени, чем лишь сильнее распыляли. Он сжал зубами капу и, игнорируя ушедшего в глухую оборону тренера, выплеснул накопившуюся за последние дни злость. Всё, до последней капли. И этому напору мужчина не на шутку испугался, попытался вырубить его точным ударом в подбородок, и мига, когда он раскрылся, Курту оказалось достаточно, чтобы крутануться уходя из-под траектории чужой боксёрской перчатки и с разворота рубануть локтем по скуле.

Выплюнув капу прямо на пол ринга, он зубами прихватил край ремешка на перчатке, что удерживала липучка. Никуда не спеша высвободил руки и окинул расслабленным взглядом суету, разворачивающуюся у него перед носом. Люди забирались на подиум, трясли и пытались дозваться до лежавшего без сознания тренера. И откуда столько беспокойства? Будто того контузить могло от единственного пропущенного удара по голове.

Курт приподнял канат и нырнул под него, тихо и легко спрыгнув на пол. Кинул беглый взгляд на девушку, что бежала к нему на встречу, прижимая к груди белый чемодан с красным крестом, и направился в раздевалку. В качестве компенсации пришлось оставить тройную оплату, но он не жалел потраченных времени и денег, поскольку ощущал приятную пустоту внутри. Больше в нём ничего не бурлило, желая найти выход, взорвавшись в самый неподходящий момент.

По пути домой Курт набрал номер Лоренцо и предложил тому приехать, чтобы провести вечер вместе за просмотром фильма или игрой в приставку. Заодно хотел обсудить, каким образом лучше избавиться от окончательно надоевшего тестя. Иногда младшенький выдавал неплохие идеи: где-то сырые, где-то по-детски несуразные, но всё же полезные. А в другие периоды Курту было достаточно ушей. Его нередко посещал инсайт во время объяснения ситуации, когда внимательный слушатель — Лоренцо более чем соответствовал этой характеристики — задавал удачный вопрос.

На приглашение тот отозвался на удивление энергично. Даже ради приличия не поскулил на тему своей многострадальной личной жизни. Вернее, её отсутствия, стараниями Курта. И пообещал приехать в течение часа. Видимо ему тоже в каком-то вопросе нужна была помощь.

Раздеваться он начал с коридора, благодаря чему к двери ванной подступил в одних трусах. Быстро ополоснулся, смыв с тела пот после тренировки — общественные душевые Курт терпеть не мог из-за разящего запаха хлорки. А выйдя из кабины, посвежевшим человеком, встал напротив зеркала.

С боку на челюсти акцентно багряным пятном горел свеженький синяк. Всё же один удар пропустил по лицу. Взгляд спустился ниже, и верхняя губа дёрнулась, придавая лицу неприязненное выражение. Пресс почти окончательно растерял статичную рельефность. Ещё немного сидячего образа жизни и его окончательно скроет наползающая снизу прослойка жира. Нужно немедленно разгрузить график для тренажёрного зала, чтобы хотя бы по пять-шесть часов в неделю уделять спорту.

Курт раскрыл выдвижной ящик у раковины и нащупал треугольный флакон с глазными каплями. Привычным движением вытащил поочерёдно обе линзы. Отправил их в мусорный бак, а в уставшие глаза закапал бледно-розовый раствор, неприятно защипавший слизистую.

Временами он сильно жалел, что не сделал операцию по изменению тона радужки. Постоянное ношение линз жутко утомляло, да и проблем вызывала немало. Но всё же Курту слишком нравился свой натуральный оттенок глаз, чтобы заменить его на менее редкий — светло-карий. А ещё этот цвет нравился Анналии. Она сама призналась ему много лет назад. Сначала долго-долго с влюблённым интересом разглядывала его лицо, а затем, очаровательно засмущавшись, выдала скороговоркой: «Никогда не видела глаз красивее, чем у тебя. Они будто гипнотизирует, хочется в них смотреть сутками на пролёт».

Чёрные, как сгусток непроницаемого мрака, который не способен прорезать ни один луч фонаря, глаза — это красиво? Вот же чудачка. Ещё ему о странностях вкуса что-то говорила.

Выдавив крупную горошину лосьона, Курт распределил её по ладоням и похлопал себя по щекам. Снова все мысли крутились вокруг его девочки. В первую очередь — не рано ли поднимать вопрос переезда? Съехаться, чтобы иметь возможность видеть её в любое время, засыпать и просыпаться в одной постели, хотелось до трясучки. Но, наверное, стоило выждать хотя бы пару месяцев. Дать возможность её чувствам окрепнуть, чтобы она сама проявила инициативу.

Интересно, чем Анналия сейчас занималась у родителей? Пожалуй, он глянет одним глазком. Убедится, что у неё всё в порядке; что никакой опасности ей не угрожает. А потом сразу поднимется наверх — никакого сталкерства. Теперь в наблюдениях со стороны не было необходимости. Ему открылся доступ к гораздо большему.

Из коридора донёсся шум чьих-то шаркающих шагов в домашних тапках.

И Курт, нахмурившись, двинулся к выходу из ванной. Уж слишком проворно Лоренцо заявился. Ещё и получаса не прошло со звонка. Неужели вляпался во что-то? Притом вляпался основательно так, учитывая скорость с которой он добрался до его дома.

Курт распахнул дверь и нос к носу столкнулся с улыбающейся Анналией.

Стоило их глазам встретиться, как улыбка постепенно сползла с её лица. Розовый румянец на щеках потускнел — его вытесняла нездоровая сероватая бледность. Она непонимающе моргала, словно пыталась отогнать