"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин

картвела, просто взвёл гранату, сунул её ему под повязку и бросился бежать. Через пару секунд грохнул взрыв, и клочья мозгов, крови и черепной коробки Вакабидзе полетели в разные стороны, уничтожая его неразумную голову.

Чуть позже Густав двумя выстрелами прострелил головы их подельников, убитых в самом начале боя, и они вдвоём бросились прочь от здания, собираясь присоединиться к другим участникам нападения. Им вслед раздалось несколько револьверных выстрелов, но они почти сразу же забежали за угол здания, и стрельба не причинила им никакого вреда.

Глава 13

Бой в академии. Часть вторая

Забравшись на второй этаж, мы не смогли обстрелять оставшихся двоих анархистов. Грохнул ещё один взрыв, пригнувшись, мы переждали его, а когда рискнули вновь выглянуть в окна, то успели увидеть только убегающих прочь врагов. Постреляв для острастки им вслед, мы ничего не добились, а нападающие исчезли без следа. Расстреляв все патроны и сунув браунинг обратно в кобуру, я вместо него сжал в руке уже револьвер, раздумывая, что делать дальше.

— Пётр, посторожи, я в аудиторию нашу загляну, они там притихли, но мало ли… Распахнув дверь, я заглянул внутрь класса, ожидая чего угодно, но всё оказалось хорошо, правда, в меня полетел стул, от которого я еле успел увернуться, но это уже мелочи.

— Это я, Дегтярёв, не кидайтесь!

Меня узнали, и вместо стульев сразу же забросали вопросами. Откуда-то появилась Женевьева, которую я сразу и не увидел, она смогла спрятаться, как я ей и указал, а значит, она здравомыслящая девушка.

— Что случилось, кто напал? — спросила она, безошибочно поняв, что я из всех вопрошающих в первую очередь отвечу ей.

— Напали, не знаю кто, есть трупы, двое ушли, остались ещё нападающие, сколько, не знаю. Пётр в коридоре на охране. Выходить опасно, что творится в городе, не знаю! — односложно начал отвечал я.

Пробившись сквозь толпу, ко мне вплотную подошла Женевьева, сразу переключив всё внимание на себя.

— Ты ранен?

— Нет, всё хорошо.

— У тебя кровь на лице⁈

— Где? — я провёл рукой по лицу и увидел на ладони след от крови. — Это, наверное, от осколка, ничего страшного, бывало и хуже.

— Я знаю, но что нам делать дальше?

— Пока ничего, нужно находиться здесь и ждать помощи от полиции или верных императору войск, выходить опасно. Бандитов много, мы с Петром пойдём освобождать другие корпуса. Кто умеет обращаться с оружием? — громко выкрикнул я.

Тут в дверь стали заходить студенты из других аудиторий, что рискнули выйти в коридор и зайти к нам, и мой вопрос поглотил галдёж. Женевьева уж насколько отличалась от остальных: и барышня, и графиня, и красавица, однако её быстро оттёрли от меня перевозбуждённые и испуганные всем случившемся студенты, да она уже и не старалась держаться рядом. Всё, что она хотела — узнала, а остальное поймёт позже.

Мой вопрос, заданный всем об оружии, пропал втуне и заглох, как возглас вопиющего в пустыне. Однако так дело не пойдёт. Взглянув на оттёртую от меня Женевьеву, я понял, что пора брать организацию в свои руки, иначе ничем хорошим это дело не закончится. Паника — самое страшное, что сейчас может произойти.

Бросить Женевьеву тут одну я не мог, и долго оставаться тоже. Нужно срочно найти какой-то выход, а он только один — это дать возможность ей защититься самой или создать защиту для неё с помощью других невольных участников.

— Графиня, — официально обратился я к ней, — вы стрелять умеете?

Не знаю, умела ли девушка стрелять в действительности, но…

— Да, умею.

— Хорошо, я сейчас принесу вам оружие, а дальше вы возьмите оборону в свои руки, вы самая старшая среди присутствующих по титулу, и все обязаны вам подчиняться. Назначаю вас командиром над студентами.

Мои слова не сразу дошли до сознания всех присутствующих, а когда дошли, то возмущению не было предела: ведь среди студентов имелись и решительно настроенные юноши, к тому же, совсем не трусы, но одно дело уметь, а другое дело думать, что умеешь. Меня хотя бы научили основам командования, в отличие от всех остальных. Однако и девушка оказалась в неловком положении: конечно, она привыкла повелевать в обычных условиях, а вот командовать в боевых, да ещё не имея в подчинении ни одного военного — та ещё задача.

— Вижу, что не получится. Хорошо, я думаю, что долг каждого мужчины защищать женщину, а уж тем более, юную. Я найду оружие, — развернувшись, я отправился в коридор, где стоял Пётр.

— Прикрой меня! — крикнул я ему и выскочил во двор, где начал обыскивать трупы, оставленные нападающими.

Тот, что стрелял в меня из карабина, потерял голову, причём в самом прямом смысле. От его головы осталась лишь шея и огромная лужа крови, уже впитавшаяся в землю, вид которой вызвал во мне отвращение и рвотные позывы. Карабин лежал невдалеке и оказался почти не повреждён, лишь один осколок вырвал из его приклада изрядную щепку, другие части остались целыми.

Сдёрнув с обезглавленного трупа пояс с патронами, я подхватил карабин и, закинув его себе за спину, перешёл к другим убитым. Здесь я разжился двумя револьверами и большим количеством патронов. Собрав оружие, я вернулся на второй этаж, где Пётр уже вручил револьвер одному из студентов, а я преподарил ещё один другому желающему, третий же оставил себе, вернее, Женевьеве.

Найдя её в аудитории и, не обращая внимания на окружающих, подошел вплотную, показал ей револьвер и спросил.

— Женевьева, я нашёл оружие, вы готовы его взять себе для защиты?

— Я⁈ — девушка во все глаза смотрела на зажатый в моей руке револьвер, потрёпанный, замызганный, в каплях чужой крови, испачкавшей его рукоять.