Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

рыжей ведьмы, я давно истратила – да и старые законы не позволили бы мне использовать их для спасения от кого-либо, кроме чародейки и ее прихвостней. Остальное же мое имущество пребывало в жалком состоянии после того, как намокло в речной воде и не выбросила я его только потому, что ничего другого не нажила. Но я упорно искала что-то неведомое, повторяя про себя: «Уплата долга, уплата долга!» - из уроков Хорвека я поняла, что старая магия иной раз откликается на отчаянные призывы тех, кто согласен принять ее помощь.

И вправду – вдруг к моей ладони прилипло что-то странное. Черный истертый кружок с неровными краями, неизвестно когда и как попавший в мою сумку. Быть может, я подобрала его на дороге? Или стащила у разбойников?..

-Что там у тебя? – лесная дева вдруг выпрямилась, враз став вдвое выше ростом. – Откуда ты взяла это? Ты не могла украсть чужое наследство – оно бы не далось тебе в руки! Но кто отдал тебе его по доброй воле?.. Ни один человек не может быть полноправным наследником Высшего существа…

«Да это же монета Хозяина Подземелий! - снизошло на меня озарение. – Я и позабыла, что подобрала ее тогда. Но почему она почернела и истончилась? Недаром же разбойники не узнали в ней золото!».

-Знак власти над старым королевством! – старуха тянула ко мне руки, но не решалась коснуться. – Где ты нашла его? Как посмела взять?

-Это из казны одного подземного господина, - осторожно ответила я. – Как-то я попросила у него помощи, а затем рыжая ведьма убила его – и на месте его смерти я нашла эту монету.

-Она разрушается, рассыпается в прах… - лесное создание говорило взволнованно. – Как можно отдавать знак власти духа в руки человека? Неужто так плохи дела у Высших существ, что остались жить рядом с людьми, в их городах?

Разумеется, мне стоило прежде пошептаться с Хорвеком, но ведь монету подсунула старая магия в ответ на мое прошение…

-Я отдам тебе эту монету в уплату нашего долга, - сказала я лесной деве. – Ты станешь правительницей не только леса, но и далекого подземного королевства! Это ли не великая честь?

И снова лицо старухи озарилось светом молодости – веснушчатая красавица с детским восторгом захлопала в ладоши и жадно улыбнулась, показав клыки. Дева лесов и на склоне лет не утратила желания властвовать. Зачем хозяйке темной чащи были нужны таммельнские подземные лабиринты, которые ей никогда не повидать? Я не знала, но, признаться честно, не слишком-то понимала, зачем одни короли идут войной на других, если им всей жизни не хватит, чтобы обойти свои земли и увидеть все их чудеса…

-Согласна, согласна! – закричала она и выхватила у меня из рук монету. – Хорошая цена! Славная награда!

Хорвек не произнес ни слова, и я посчитала, что он в кои-то веки считает мое решение разумным. Лесная дева, вернувшись к своему обычному облику темноликой старухи, обнюхивала монету, пробовала ее на зуб, с почтением прикладывала то к груди, то ко лбу, что-то глухо бормоча.

-Так ты пропустишь нас через свой лес? – недоверчиво спросила я у нее, обтирая пальцы об юбку – монета их испачкала.

-Лес и его создания не причинят вам вреда, - ответила она не сразу, любуясь кроной, чернота с которой начала опадать хлопьями и мелкой крошкой. – Хотите сложить свои головы на юге, а не в моих владениях – ваше право. Но договор наш будет расторгнут, если кто-то из вас воспользуется магией против меня или моих подданных. Чародейское перемирие – и никак иначе.

-Чародейское перемирие? – рассмеялся Хорвек, наконец-то подав голос. – Ты ошибаешься на наш счет, лесная дева, как это ни прискорбно. Серьезное колдовство, способное навредить твоим владениям, непосильно для нас. А перемирие испокон веков заключают с равными, и никак иначе.

-Перемирие, мертвец, - отрезала она, и ее глаза сузились, как у рассерженного зверя. – Иначе договора не будет. Когда-то мы недооценили силу человеческих чародеев и поплатились за это. Самые слабые из вас хитры, как змеи, и столь же ядовиты. Я не спрошу у вас, что вы за люди, отчего желаете мстить рыжей ведьме и как научились колдовству во времена, когда оно под запретом. Ты смотришь на свет мертвыми глазами – и это тоже дурной знак, но мне до этого нет дела. Мне нужна только клятва мира.

-Будь по-твоему, - согласился Хорвек, равнодушно пожимая плечами в ответ на яростную речь лесной девы.

-И девочка тоже поклянется! – сурово приказала она, ткнув пальцем в мою сторону.

-Да какая же из меня чародейка!.. – вскричала я, но тут же сникла, припомнив, сколько раз за последнее время прибегала к помощи магии. Ничего о чародейском перемирии я не знала, но отчего-то мне не хотелось связывать себя хоть каким-то словом, данным странному существу из лесной чащи. Я покосилась на Хорвека, и увидела, как он едва заметно кивнул, показывая, что нужно согласиться. Что ж, бывший демон смыслил в магии куда больше моего…

Вслед за ним я пожала холодную, влажную руку лесной девы, невольно вспомнив о корягах, пролежавших долгие годы на дне болота, а затем, преодолевая отвращение, поцеловала ее шершавый бугристый лоб. Ее ответный поцелуй, обдавший меня вонью старых трясин, едва удалось стерпеть – магия начинала действовать, отзываясь в теле нутряной болью и мелкой дрожью.

-Мир между нами – либо проклятие земли, огня, воды и воздуха, - произнесла я положенные слова, и лесное создание довольно улыбнулось, ощерив зубы.

-Так-то! – на прощание воскликнуло оно торжествующе, отступая в темноту. – Клятва мира нерушима!.. Доброго вам пути, и да будет так, что смерть свою вы повстречаете не в моих владениях…

Пожелание это не показалось мне ободряющим, однако чего еще ждать от духа?.. Когда они говорят, что не собираются убивать тебя – большей милости не стоит и просить. Я обернулась к Хорвеку, чтобы спросить, верно ли я поступила, отдав монету из казны Господина Подземелий, но вопрос так и не сорвался с моего языка: бывший демон выглядел совершенно измученным и слабым. Должно быть, магическая клятва вытянула из него остатки сил. Нам следовало отдохнуть, поручив себя воле лесной госпожи. Чувствуя, как окаменевает тело от слабости, я подползла поближе к Хорвеку, и мы, сплетя заледеневшие пальцы рук, крепко заснули среди папоротников и мхов.

Всю ночь мне