Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков

цепляются зубцами за соседние выступы. Как они преодолевают немыслимое сопротивление всего и вся… Всё его тело сковало нечеловеческое напряжение, растягивающее жилы… В голове противно зазвенела готовая в любой момент лопнуть струна…

И шестерни действительно провернулись. Разнесли над безжизненной площадью первые шумы воскресших гигантских часов. Главных часов Империи, стряхнувших с себя немоту…

Со слезами на глазах, приходя в себя, он целую минуту наблюдал за стрелками. И только убедившись, что минутная на самом деле сдвинулась с места и величаво прошествовала до следующей отметки, ЗАСПЕШИЛ.

Он не хотел возвращаться К Звёздам в следующем году! Только безотлагательно. Только сейчас! Это было символично… Не терять год – не терять ни минуты…

Перед тем, как скомандовать СТАРТ, он ВСПОМНИЛ… Расплывающееся живое пятно «не крови»… Ползущее по обнажённому прекрасному женскому телу. Уже вползающее на холмик манящей взгляд груди. Уже подползающее к соску…

Вспомнил. И, не в силах совладать с собою, зарычал. Бессильно. По-звериному. Как опасный и сильный хищник, неожиданно попавший в прочные сети ловушки. В путы, изощрённо сплетённые охотниками…

Прошлое держало его и не отпускало. Хватка была крепкой.

Это не было минными полями. Как и не было дорогой на Голгофу. Это УЖЕ было распятием. С узлами вместо гвоздей…

И он судорожно приказал немедленно СТАРТОВАТЬ. Словно желая остановить время. Не позволить красному коснуться соска. Остановить его. Время. Собственную уходящую жизнь…

Антигравы взревели в режиме запуска.

Он не был уверен, но ему показалось, что сквозь рёв слышится голос. До боли знакомый женский голос, распевающий простецкую песенку:

Божья коровка,

Улети на небо.

Принеси нам хлеба.

Чёрного иль белого,

Только не горелого…

Его судорожно сжатые губы наконец разомкнулись. И прошептали:

– Божья коровка… улети на… принеси нам…

Он пел, чтобы возродить ДУЭТ, и сам не слышал себя в рёве двигателей, начавших разгон «Стерха» до скорости, способной преодолеть «любящее» притяжение Колыбели Человечества.

…Через минуту он уже вышел за пределы атмосферы и не мог видеть, что длинная стрелка Часов, сдвинувшись ещё на одно деление, остановилась.

Ровно за пять минутных делений до цифры ДВЕНАДЦАТЬ.

При дневном свете Полночь не наступает.

Новым суткам, а тем паче Новому Году для наступления необходимо ЗВЁЗДНОЕ НЕБО. Так уж повелось.

Героиня

ВРЕМЯ и МЕСТО

[тридцать первое декабря; ЦЕНТРАЛЬНАЯ ТОЧКА]

ТОЧНО так же не увидел он, что происходило в точке с координатами 43°27′18″ северной широты и 112°41′12″ восточной долготы через минуту после того, как чёрный штурмовик растворился в облаках неба Родины…

Мёртвая женщина, запретившая хоронить своё тело, вдруг… открыла глаза. Смерти в них не было ни грана. Совершенно ЖИВОЙ взгляд. Только неимоверно усталый… Настолько усталый, будто вынужден был смотреть на грязные прелести Вселенной не сто и не тысячу даже годовых циклов, а сотни тысяч, если не миллионы…

ТАК ОНО И ЕСТЬ.

Глаза человека, которые улетевший Иван Полышный знал и любил как глаза женщины по имени и фамилии Ирá Николаева, посмотрели в ту сторону, куда улетел корабль. Бессчётное количество раз в жизни приходилось ему… ей… провожать ЛЮБИМЫХ на войну. Но ПРИЕСТЬСЯ, оставить равнодушным сердце проводы не могли. Сколько бы их ни случалось в его/её ДЕЙСТВИТЕЛЬНО долгой жизни, каждый раз вместе с разысканной в очередной раз половинкой уходила безвозвратно частичка ДУШИ.

Рано или поздно, ещё миллионы лет спустя, душа может иссякнуть, иссушиться от безжалостных лучей светила горя, с каждой потерей всё увеличивающегося в размерах. Тогда он/она умрёт… наверное. Когда наступит этот момент, тогда и будем думать, как… выжить. Но до тех пор – надо продолжать жить и надо защищать родное Человечество, ответственность за которое некогда была возложена на хрупкие плечи материального тельца одного-единственного человеческого существа.

Человек встал/а. Небольшое женское тело, в облике которого он/она пребывала сейчас, нуждалось в существенной корректировке в областях средней и верхней частей туловища. Если она/он намерен сохранить этот облик базовым, а он… ОНА намерена сохранить его. В ПАМЯТЬ О. Как минимум до следующей угрозы извне, которой рано или поздно, увы, непременно подвергнется родной мир, который нынешние его/её соплеменники и соплеменницы зовут Землёй; двадцать тысяч лет назад они звали его Фаранн, сорок тысяч – Нишг, сто тысяч – Купр'рида… Человек помнил/а все названия и имена, но вспоминать сейчас не хотел/а.

Он/а ничего не забывал/а, но это ещё не значило, что вспоминала. Обычно в активной оперативной памяти находилась информация, необходимая для исполнения миссии защиты в текущий период. Периоды примерно равнялись двадцати тысячам оборотов Земли вокруг Солнца – именно с такой регулярностью человечество влипало в очередную лужу дерьма.

И тогда он/а начинал/а в очередной раз вытаскивать людей Земли из гибельной коллизии.

Помнил/а он/а, конечно, и своё происхождение, но никогда не вспоминал/а об этом. Это свершилось так давно, что Акт Творения превратился всего лишь в точку отсчёта воспоминаний. Хотя первые периоды существования объединённой психосферы Человечества остались далеко в истории, он/а неустанно вспоминал/а, КОМУ обязан/а своим существованием… С той поры кем только его/её ни считали другие люди, как только ни называли… Одних имён богов и святых наберётся мириад и ещё маленький миллиончик. Из последних: Лимжи, А Кутак, Дита, Нох, Ра, Раит, Зевс, Гея, Дьюй-ди, Матоунян, Юпитер, Юнона, Моисей, Иисус, Мария, Мухаммед, Николай, Селина…

А если вспоминать имена и прозвища различных злых и добрых духов, а также облики «немистических» и «некультовых», но ключевых для судеб человечества – времени на исполнение миссии не останется.

Неважно это, как зовут; главное, ЧЕМ ЗАНЯТ/А.

– В дороге не прощаются – свидимся. В следующей жизни – точно, – прошептал/а он/а. Голова приподнялась, потянула за собой туловище. Тело сложилось пополам, подняв верхнюю половину над почвой. Развороченная грудь и выжженный живот стремительно восстанавливали форму: грудь – выпуклую, живот – плоскую. Эти такие разнящиеся ФОРМЫ так нравились любимому человеку…

ОНА ещё раз посмотрела в ту сторону, куда отправился Защитник, наделённый ею силой в достаточной мере, чтобы справиться самостоятельно. Она любила его, как любила всех до единого, до единой. Тех, кто были раньше. Мужчин, женщин… Мужское и женское начала, присутствующие в естестве каждого земного человека, разнятся лишь пропорциями (телесные признаки на самом деле лишь вторичны и третичны). В ней/нём начала присутствовали в идеальном равенстве. Для исполнения миссии он/а использовал/а ВЕСЬ арсенал, имеющийся в распоряжении человечества.

Но в этот миг, провожая тоскливым взглядом любимого Мужчину, она хотела побыть Женщиной. Каждый раз после эпизодического слияния с очередной Половиной, необходимого для акта передачи очередного варианта оружия