Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

— Мряв! — закивал он.

— Ну, тогда давайте заканчивать. Пора возвращаться домой, — я взглянул на часы и улыбнулся. — Ага, до ужина точно успеваем! Заш…

— Зашибенно! — воскликнул вместо меня Ястреб. — А чё, там будут эти самые отбивные?

━─━────༺༻────━─━

Не люблю классный час. Учить там детей нечему, одни только организационные штуки и всяческие оповещения. Я всегда старался сделать их максимально полезными, но удавалось это не слишком хорошо.

— Так… — вздохнул я после долгих инструктажей, лекций о необходимости делать прививки и прочих предостережений. — Все помнят про родительское собрание через неделю?

— Ага-а… — тяжело вздохнул Петя.

Он недавно схлопотал тройку по алхимии. Так что, чую, Геннадий Фёдорович после собрания заглянет в общежитие к сынку. И разговор Пете явно не понравится.

Кстати, о тройках.

— Ты, Валиков, лучше не вздыхай тяжко, а постарайся за неделю исправить оценку. Сходи к Людмиле Ивановне и договорись о дополнительной работе. Уверен, она не откажет.

— Хорошо-о… — обречённо вздохнул Петя.

И его можно понять. Людмила Ивановна — мировая женщина, но при этом строгий и грозный учитель. Ещё непонятно, что хуже — Геннадий Петрович после родительского собрания или алхимичка после… Кхм, впрочем, ей особые поводы не нужны. В попытке перекрыть тройку Петя и пару может схлопотать, там поблажек ждать не стоит.

— Так, что у нас там дальше… — пролистал я журнал и на одной из страниц удивлённо округлил глаза. — Елизарова! У тебя каким макаром четвёрки по физкультуре повалили? Ты ж отличницей хочешь быть!

— Да это всё Семён Семёнович! — нахмурила брови девушка. — Он явно на меня зуб точит. Оценки занижает.

— Это серьёзное заявление, — нахмурился я. — Ты уверена в своих словах?

— Ещё как! — серьёзно кивнула Анжела.

— Ладно, — нахмурился я, — проверим эту информацию. Но если ты, Анжела, что-то себе надумала и решила подставить учителя, то это… — сурово произнёс я и в довесок похлопал по плечу указкой. — Ну, сама понимаешь.

— Понимаю, — уже не так уверенно кивнула девушка.

С Сёмой придётся разобраться позже, а пока мы разобрали хвосты и отставания других учеников.

У Сани несмотря на хороший скачок в теоретических науках были заметные проблемы с теорией магии. Как ни странно, в алхимии он если и не был отличником, то держался вполне себе хорошистом. Четвёрок вообще не было, только тройки и пятёрки. Причём все тройки в электронном журнале стояли с гневными комментариями Людмилы Ивановны. Мол, этот шкет взрывоопасен и к реагентам его подпускать категорически нельзя!

Знаменательно, что в примечаниях к пятёркам стояли вполне противоположные комментарии от всё той же Людмилы Ивановны. Короче, Саня каждый раз шёл ва-банк и делал это с переменным успехом.

У Данилы ситуация намного хуже. Подтянуть всё отставание за упущенный первый курс не так уж и просто. К третьему триместру он только-только начал по-настоящему нагонять ребят. И самым слабым местом оказалась информатика.

— Ермаков, — вздохнул я. — Ну неужели на пару факультативов к Венедикту Давидовичу не сходить, а? Он же нормальный мужик, пойдёт навстречу.

— Да он-то пойдёт, — нахмурился Даня. — Только в его кабинете вечерами сидеть невозможно. У меня глаза болят и голова кругом!

— Ох, блин! Какие мы нежные, — вздохнул я и покачал головой. — Ну, смотри сам.

— О, точно! — осенило Даню.

И он похлопал по плечу сидящего впереди Дениса.

— Чувак, помоги ты мне, а?

— Чего? Я? — удивился Островский. — И как это?

— Давай посидим вечером. Погоняешь меня по программе, а? — радостно захлопал глазами Даня.

— Ну ладно… — почесал затылок Денис. — Но с тебя тогда пара бойцовских приёмов! Договорились?

— Замётано! — подмигнул Данила, и парни пожали друг другу руки.

Я прошёлся по каждому из учеников. А под конец, когда занятие уже почти закончилось, положил указку на стол, а сам встал рядом и торжественно заявил:

— Итак, дети! Думаю, пора уже перейти к последней, но не по значению, части нашего классного часа! Стас, — позвал я, и парень тут же встал из-за парты. — Ты принял решение?

— Да, Сергей Викторович, — кивнул парень.

Ребята мигом навострили уши. Всё внимание теперь было обращено на Стаса.

— И как же теперь будут называться бывшие Шалопаи? — спросил я.

— Блин, только бы «вундервафли», только бы «вундервафли»! — заёрзал на стуле Саня.

— «Кенты», «кенты», «кенты»… — скрестил пальцы Данила.

— «Магогрызы», «магогрызы»! — прошептала Анжела. — Это ж и спиногрызы, и маги, и отсылка к граниту науки, круто же!

— Да мы ж явные «охламоны», — меланхолично зевнул Тихомир, но не выразил особого интереса и снова прикрыл глаза.

— «Гвардейцы», ну же! «Гвардейцы»! — хором зазывали Антон и Алиса.

— Хе-хе, «обормоты»! — усмехнулся Федя. — Мы самые настоящие «обормоты», Стасян!

— Волков, помни! — громко прошептал Влад Воробьёв. — За «охламонов» я тебе приставку на целый месяц дам погонять. Там как раз новенькие гонки вышли, как ты любишь! Диск в придачу!

Вообще было много вариантов, и все мне понравились. Однако…

— Ну давай же, — ухмыльнулся я.

— Мы теперь «проныры»! — гордо заявил Стас.

И ребята замолчали. Но ненадолго.

— Чего-о-о?!! — хором воскликнули теперь-уже-Проныры. — Это кто это предложил⁈ Признавайтесь!

— Эй, мы же договорились! — возмутилась Алиса. — Все по чесноку предложения выдвигаем!

— Не, я не понял! — подскочил Саня. — Стас! Кто тебя так бессовестно купил?

— Эм, ну, как бы сказать… — хмыкнул Стас.

— Мряв! — раздался вдруг возглас Теодрира.

Дракотяра сунулся в окно и резко переключил на себя всё внимание.

— Ух ты, Тедди! Тео! Милашка!!! — заверещали дети, тут же позабыв о споре.

Но быстро о нём вспомнили, когда Стас спросил:

— Сергей Викторович, ну что, как договаривались?

— Ага, — кивнул я. — Валяй. Он не против.

— В смысле, валяй? — нахмурилась Катя, попутно почёсывая Теодрира за ушком.

А Стас с жутко довольной ухмылкой и под пристальными взглядами всего класса гордо прошагал к окну и…

Оседлал Теодрира.

— Мряв-в!!! — радостно воскликнул Дракотяра, взмахнул крыльями и понёс Стаса ввысь.

— Юху-у-у-у-у-у!!! — раздался счастливый удаляющийся возглас первого Дракотячьего всадника.

А бесята тут же