Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

техники с животными практиковали совсем уж отчаянные ребята. Множество из них тронулись умом после. Я хоть и люблю риск, считая его главной приправой жизни, но на такое никогда не шел. Мне ценен мой чистый разум.

Короче говоря, я собрался соединиться с сетью этого цветка и впустить в себя немного его магии. Главное — ограничить взаимодействие небольшой областью. Если что-то пойдет не так, в худшем случае я ненадолго выйду из строя. Не смогу использовать дар пару дней или недель. Но у меня его и так сейчас не особо, так что риск вполне оправдан.

Опасность еще в том, что никогда не знаешь, как воздействует на тебя магия элемента. Вступая с ней в контакт, ты даешь разрешение на взаимодействие. Не знаю, как объяснить простыми словами. Это что-то на уровне подсознания. Порча, например, такое разрешение даже не спрашивает. Просто проникает внутрь тебя и пытается убить. Со здоровой магией все сложнее и веселее.

Однажды я несколько дней мочился раскаленной лавой. Я тогда много новых слов узнал от своего наставника. Потому что стоило мне где-то справить нужду, как там начинался или пожар, или портилась городская мостовая, или кто-то пострадал психически, увидев, как я мочусь лавой. А наставник нес за меня ответственность перед законом, и счета за ремонт и услуги психолога приходили ему.

Ну да ладно, к делу. На часах полчетвертого ночи (или уже утра) — надо быстренько разобраться с этим делом и лечь хоть немного поспать.

Банки со слизнями я отодвинул в глубину стола, под полочки с ящичками, и вскрыл контейнер с цветком. Тонкие сияющие корешки тут же потянулись наружу, накрывая ободок емкости. Как будто растение пыталось выползти, чтобы вновь соединиться с утерянной Нитью.

Я занес над ним руку тыльной стороной вниз. Теплые нитевидные корни обвили пальцы, поползли на ладонь, крепко опутывая ее. Скальпелем сделал небольшой надрез на коже и зашипел от острой боли.

А что делать? Такова моя техника. Так как делаю с этим телом такое впервые, впереди меня ждет полноценный визит в увлекательный мир боли и страданий. Но я выдержу, чтобы узнать свойства цветка.

Почуяв близость моих магических каналов, корешки поползли к ране и вскоре вросли в нее. Было не то чтобы больно, но крайне неприятно.

Через несколько мгновений я ощутил прикосновение. Сравнить его можно с легким царапаньем когтем изнутри. На уровне инстинктов организму не хотелось этого делать, но усилием воли я заставил его не сопротивляться и не дергать рукой. Успокоившись, закрыл глаза и направил разум туда, где чувствовал чужую магию в своем теле. Прочно запечатал все ветви магических каналов, что вели в руку, и открылся новой энергии.

Свет лампы перед глазами померк, и мой внутренний взор устремился в структуру цветка.

Она оказалась чрезвычайно сложной и близкой к живому существу. Но все же это было растение. Десятки мелких нитей составляли узор, похожий на асимметричную паутину. Где-то линий и узлов было больше, где-то меньше. Опытным взглядом я находил их и на ходу расшифровывал.

Если коротко, то этот цветок, по сути, оказался воплощением последней воли того алхимика из катакомб. Когда соединился с сетью и позволил магии втечь в меня, даже услышал его тихий, далекий голос:

— Я всего лишь хотел спасти их…

— Ты не справился. Но справлюсь я, — вымолвил я, где-то на задворках сознания чувствуя, как «снаружи» шевелятся мои губы.

Ответа не ждал, но он все же был:

— Спасибо…

После этого что-то изменилось на уровне ощущений. Словно я оказался в хорошо знакомом месте.

Что ж, пусть так.

Мой внутренний взор облетел всю структуру цветка, заглянул в самое его сердце. Это было потрясающе! По сложности действительно напоминало живое существо, но очень дружелюбное ко мне, открытое, словно брат брату. Стоило только захотеть рассмотреть какой-то узел поближе, как он сам слегка распутывался, показывая свою суть и назначение.

Я бы мог провести здесь всю ночь, но узнал достаточно. Я должен приготовить зелье с этим цветком! Его эффект выведет мой дар на новый уровень… Точнее, на новый старый уровень, плюс добавит еще одно умение. Но сперва, конечно, зелье.

— Макс! — загромыхал вдруг отовсюду голос. — Исаев! Вставай, на работу опоздаешь!

— А? — открыл я глаза, выныривая в реальный мир. Болезненно выныривая.

Скривился от боли так, словно мне кто-то руку пилит.

Роман тряс меня за плечо, а в ушах звенел будильник с телефона. Руку как следует опутал цветок и распустил свой изумрудно-золотой полупрозрачный бутон в центре ладони над надрезом. Банка и стол вокруг были испачканы кровью.

— Ты что за кровавый ритуал тут проводил⁈ — опешил Роман, заметив это. — А, нет, не рассказывай! — замахал он руками и попятился в сторону кухни. Я сонно развернулся за ним. — Боже, с каждым днем ты все дальше от нормальной, законопослушной жизни, Макс… Мы же договорились, что ты будешь меньше варить при мне зелья!

— Дак я и не варил… — пожал я плечами.

Обернулся снова к столу, вырубил будильник на телефоне свободной рукой и взялся за цветок. Тот, будто нехотя, начал вытаскивать свои корешки из-под моей кожи. Со стороны выглядело просто отвратительно. Ощущалось так же. Хорошо, что Роман уже отошел и не видел этого. После я сунул растение обратно в банку.

А с цветком… Ну, по сути, он скоро станет частью меня. Как того и хочет, похоже.

Время близилось к половине седьмого утра. Видимо, я так увлекся изучением растения, что заснул в процессе. Точнее, мое тело. И… я совсем не выспался. А значит, мне нужен кофе. Много кофе!

Обработав руку и ранку, чтобы не подхватить случайно какую-нибудь инфекцию, отправился в душ и завтракать. Впрочем, вероятность заражения очень мала, так как зловредные микроорганизмы не любят чистую магию.

Вот если бы дело касалось Порчи…

— Кстати, — сказал я Роману за завтраком, — помнишь, я тебе скидывал фото с машиной тех двоих, что следили за тобой?

— Так это были они? Ты же вроде их не видел. — удивился друг.

— Двое на дорогой машине, в спортивной одежде и в очках… — начал перечислять я приметы.

— Ну да, похоже на них, — почесал он голову, жуя бутерброд с сыром и колбасой.

Мы сидели в комнате, которая была по центру квартиры. Ей предстояло стать кухней, совмещенной со столовой. Но из утвари у нас были только холодильник, стол и маленькая плитка, на которой сварили кофе.

— Машину узнал, но не был уверен, — продолжил Роман, проглотив. — Номер на всякий случай пробил, только это ничего не дало. Он стоял