Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

Могла б и куда как получше найти, вон хоть и у нас же в порту — на тех судах нашего пароходства, что экипажи побольше, полно ведь хороших парней работало, до и многим ребятам она нравилась, не только матросам, но и капитанам, штурманам. Многие на неё заглядывались. Сватались даже… Да вот сердцу-то девичьему не прикажешь. Выбрала, да не того. Совсем не того! Нам-то с Виктором её парень сразу не понравился, дёрганый какой-то, суетливый… Глаза бегают… Руки не на месте. Кто ж про него знал-то? Сначала он скрывал, потом и она ему прощала…

На свадьбе-то мы у них были, всем экипажем, хорошо погуляли. Скинулись — помогли ей деньгами, квартиру она вскоре себе купила. Да не в прок ей все это оказалось. Ушла она от него в результате… Кто ж такое выдержит-то рядом? А он, после, и совсем с катушек слетел, да, вскоре, и повесился… Да, вот так вот — кардинально.

Он-то ушёл, а проблемы его хвостом так и дальше тянулись. Какое-то время. Вроде как, угрожали ему, требовали денег вернуть. Он, оказыватеся, назанимал слишком уж много, да не у тех, да и проигрался в пух и прах. Ну, или подставили… Мало того, там ещё и счётчик ему конский выставили, проценты на проценты… Ну и лишил себя жизнь этот дурак! Жил никак да бестолково, да и помер плохо… Хайван!!! (букально — скотина, очень грубое ругательство — тат.) Теперь вот дочке её четыре года уже, два года как без отца растёт…

После уж, после похорон, даже, и к ней те злые жадные кредиторы приходили, и с неё пытались его карточные долги вытрясти. Угрожали, что внучку отберут и на органы продадут… Испугалась, конечно, а кто б на её-то месте не испугался? А ну как не просто грозят, а и сделают такое страшное? Она квартиру-то свою срочно продала, с большей частью тех его проклятых долгов раплатилась, а вот сама без своего жилья осталась… К жене моей жить перешла, к нам. Ну разве ж аби (бабуля — тат.) кызымку свою (девочку, внучку — тат.) прогонит, неужто не пожалеет? Тем более с правнучкой-то, Сабиночкой? Приняли мы их. Вот-вот, шулай… Такие дела.

(Алина с Сабиной, этой фотографии уже более двух лет, и правнучка уже старше стала… но, храню…)

Те кредиторы потом и ко мне на буксир приходили — и нам угрожали, пытались и с нас чего-то там ещё стрясти. Выгнал я их. Сказал, что ничего моя семья и моя внучка им более не должны. Всё уже с них сполна получили! С лихвой. Итак всего, чего только можно и нельзя, лишили, кидалы проклятые! До стрельбы тогда у нас не дошло, хотя готов был, пригрозил лишь на них полицию напустить. Тот разговор-то весной состоялся, да возле дока, где многие наши рядом были, когда навигация ещё не началась, чинились перед выходом, порядок наводили… Как шум услыхали — встали рядом. Мы, Речфлотовские — все за одного. Всегда. Неважно, кто из какого района родом, и кто где теперь живет. Это ж на земле группировки, ОПГ… у нас своя — Речфлот. Подробности уж, вы меня извините, пропущу… Не за чем вам, даже и здесь, про то знать, ни к чему. Лишнее такое знание. Тем более тут. Тут теперь сызнова надо все отношения выстраивать.

Начальство наше, как про то прознало — по своим каналам что-то сделало, встретились, договорились с хозяевАми тех. Отстали от нас… Окончательно отстали. Вот только с тех пор на судне храню, на всякий непредвиденный случай… кроме положенной нам ракетницы, ещё и дополнительный ствол. Короткий. И, как сильно подозреваю, уверен, и команда моя — оба что-то еще, каждый свой, припрятали. Мало ли… Начальство — это одно, а быки те отмороженные, что приходили — другое… И не спрашивайте что, как и откуда — более про то слова не скажу.

(здание Казанского Речпорта — где у нас самое Начальство сидит…)

Потом уж нам весточка пришла — да, выяснилось, подставили Алининого бывшего мужа-то. Крепко подставили. Знали, что, когда тот под дозой, он себя совсем не контроирует, а играть он любит, самозабвенно, не оттащить… Будет играть всё дальше и больше… Тормозов он и никогда не имел. Да что уж теперь-то про то былое говорить? Сплыло… растаяло. Да и не вернёшь уже ничего и никого. Ни его, непутёвого, ни всего, ими отобранного… Такие вот печальные жизненные обстоятельства.

Ну, вот, и узнали вы про внучку, да с со всеми подробностями, легче вам с того стало? Предупреждал.

Ладно, то дело прошлое, и не тут. А тут… Да уж, и не знаю даже, чего для нас лучше — там на Земле оставаться, или вот здесь оказаться. Если б предложили нам такое... Где — здесь? Да сам толком не пойму ещё… Вникаю вот.

О-хо-хо… «Удружил» нам кто-то на старости моих лет… Да так, что и все мозги враскоряку. Там ведь как получилось-то…

То, что мы своими прямыми обязанностями в порту и ближней акватории занимаемся, это-то понятно. Тянем-потянем, толкаем, буксируем, отвозим… Это — обычно. Шустрим. А бывает, изредка, и такое, что наше прямое портовое начальство вдруг решает или корпоратив, или пикник на природе затеять. На берегу-то в ресторанах им не так интересно, слишком привычно, пресно, или приелось уже. Всё ж таки, в душе они, как ни крути, так остались речниками. Потому, если какой междусобойчик — только на природе. Тогда нас грузят всяким нужным — провизией, выпивкой, и разными прочими деликатесами… и идём в заданное место. Готовить его.

А простых работяг или Ракетой позже подвозят, или вип-персон на вип-катерах представительсокого класса туда доствляют. По разному бывает, когда как. И прогулка, и развлечение — всё им сразу. Ну а нам за хлопоты — двойная оплата, ну и возможность дорогих деликатесов отведать. Тогда ещё кого-то от фирменного ресторана ответственным назначают. И с нами же их отправляют. Администратора, буфетчицу, опытную старшую официантку, короче — кого-то из тех, кто за все это продуктовое изобилие отвечает, и, при случае, и стол накрыть бы смогла. Ну и, если то оказывалось возможно, я и Алину с собой всегда брал… Тем более, если она не на работе, как в этот раз, а выходные у неё.