Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Держись, Малой, — прошептал я, чувствуя, как силы покидают меня.

Внезапно поток Теней усилился, словно система решила высосать меня до последней капли. Малой дёрнулся, издав слабый рык, и его тело перестало корчиться в судорогах.

Анализ состояния: Гримби. Жизненные показатели: стабильные. Вероятность выживания: 98%.

Я облегчённо выдохнул, чувствуя, как мир вокруг меня начинает расплываться. Система прервала связь, и моё тело рухнуло на землю рядом с Гримби.

— Теперь оставь его! – произнесла энграмма, – С ним всё будет хорошо!

Обессиленный и опустошённый я протянул руку к зверёнышу. Он продолжал лежать неподвижно, но его дыхание, спокойное и размеренное подарило мне надежду.

«С ним всё будет хорошо!» – мысленно повторил я слова энграммы, почёсывая животное за лисьими ушами, – «Всё будет хорошо».

Повернув голову, я уставился на Анику. Истинная фурия. Бешеная энергия в её глазах плескалась, словно переполненная до краёв. Рыжая копна волос развевалась, окружая её тело золотым ореолом. Серебристый браслет на её руке вибрировал в такт дыханию Аники. Но было что-то ещё, чего я никак не мог разглядеть.

— Кристалл, – получил я ответ от энграммы, – Её энергия совместима с кристаллом. Она тянет энергию из него.

Присмотревшись, я, наконец, понял, почему девушка продолжает стоять на одном месте. За её спиной, словно пульсирующее сердце, светился зеленоватым светом кристалл. Грани мерцали, отражая хаотичные потоки энергии, исходящие от Аники.

Незнакомец, мой двойник, всё ещё лежал на полу, скрюченный от боли. Энергия, сотканная Аникой, продолжала удерживать его, не давая пошевелиться. В его ледяных глазах читалась не только боль, смешанная с отчаяньем, но и гремучая смесь страха и… любви? Как такое возможно?

Я попытался встать, но тело не слушалось. Каждая мышца болела, словно её выкручивали. Жизненные ресурсы, отданные Гримби, при передаче выжгли меня изнутри. Собрав последние силы, я прохрипел:

— Аника! Что ты делаешь?

Она не ответила. Её взгляд был прикован к моему двойнику. Казалось, что она смотрит сквозь него, в какую-то другую реальность.

— Аника! — повторил я громче, пытаясь достучаться до неё.

Девушка вздрогнула, словно очнувшись от глубокого сна. Её глаза сфокусировались на мне, и я увидел в них проблеск прежней Аники – доброй, заботливой, любящей. Но этот проблеск был мимолётным. Его тут же затмила безудержная сила, бушующая внутри неё.

— Я должна… Я должна защитить, – прошептала она, и её голос звучал чужим, словно принадлежал кому-то другому.

Кристалл за её спиной вспыхнул ярче, и волна энергии прокатилась по комнате. Я почувствовал, как она обжигает мою кожу, как проникает в каждую клетку моего тела. Это было невыносимо.

— Аника, остановись! – заорал я, видя, как сознание девушки вновь затуманивается.

Но она не слышала. Или не хотела слышать. Её взгляд снова стал отстранённым, словно она была лишь оболочкой, управляемая неведомой силой. Кристалл за её спиной пульсировал всё сильнее, словно живое сердце, перекачивающее безумную энергию в её тело.

Мой двойник, казалось, тоже почувствовал нарастающую угрозу. Его лицо исказилось в гримасе ужаса. Он попытался что-то сказать, но сила, сжимавшая его, не давала ему издать ни звука.

— Она не слышит тебя, – еле слышно прошептала энграмма.

— Ты ведь знаешь, что нужно делать? – осенила меня догадка. Если энграмма памяти Аники была записана после этого события, то, скорее всего, голос в моей голове уже понимает, как остановить этот безумный поток энергии.

Энграмма молчала. Долгая, мучительная тишина, казалось, длилась целую вечность. Я уже начал терять надежду, когда, наконец, услышал тихий, почти неслышный шёпот:

— Отвлеки её.

— Отвлечь? Как? Она же меня не слышит! – в отчаянии воскликнул я.

— Не словами. Эмоциями. Воспоминаниями. Тем, что связывает вас.

Я попытался вспомнить. Смех, объятия, тихие вечера у костра, когда она рассказывала мне о своих мечтах. Но все эти воспоминания казались такими далёкими, словно принадлежали другой жизни.

— Этого недостаточно, – прошептала энграмма, – Нужна сильная эмоция. Что-то, что заставит её вспомнить, кто она есть.

Я пытался, искренне надеялся, что смогу найти хоть что-то, что могло бы заставить девушку очнуться. Перед глазами словно калейдоскоп проносились отрывки из прошлого. Наше знакомство: дерзкий подросток в вызывающем наряде. Первое подземелье: страх Гертруды перед монстрами. Рождение Аники: маленький кричащий свёрток в моих неумелых руках.

— Спасибо! – услышал я слабый голос энграммы, но в этот момент мой двойник сумел высвободиться из кокона энергии, бушевавшего вокруг него.

— Ты этого не помнишь, но для меня ты стала самым дорогим человеком на всём белом свете! – произнёс незнакомец, медленно двигаясь в сторону девушки. – Первый раз мы встретились на улице в Зеро. Ты прошла мимо, даже не заметив моего существования, а я словно зачарованный шёл за тобой!

Аника вздрогнула. Кристалл за её спиной, словно живой, замедлил свой бешеный ритм. Зеленоватое свечение немного потускнело, словно прислушиваясь к словам моего двойника. В её глазах, на мгновение, промелькнуло замешательство.

— Зеро! – прошептала она, и этот звук был похож на треск льда под ногами. – Я… Я помню.

Но тут же её лицо исказилось от боли. Кристалл снова вспыхнул, и волна энергии, ещё более мощная, чем прежде, обрушилась на комнату. Моего двойника отбросило назад, словно тряпичную куклу.

Разодранная клыками гримби рука теперь весела беспомощной плетью. Со лба тонкой струйкой стекала кровь, заливая его лицо, но он всё равно встал на ноги, словно одержимый.

— Я искал тебя так долго! – почти беззвучно произнёс незнакомец, медленно шагая к девушке, – Я был готов перевернуть семь миров, чтобы найти тебя!

Его слова, казалось, пробивались сквозь пелену безумия, окутавшую Анику. Она замерла, словно загнанный олень. В её глазах боролись два противоположных чувства: ярость и недоумение.

— Помнишь, как мы собирали грибы? Ты была совсем маленькой, и я оберегал тебя от злых чудовищ в лесу, а потом мы впервые попробовали грибной суп у старой Марты? – продолжал говорить незнакомец, его голос дрожал от напряжения. – Ты тогда так смешно сморщилась, сказала, что он пахнет носками гномьего шахтёра. А потом съела целую тарелку!

Аника снова вздрогнула. Кристалл за её спиной издал тихий, болезненный стон. Энергия вокруг неё начала пульсировать непредсказуемо, то ослабевая, то усиливаясь.

— И помнишь, как мы заблудились в Запретном Лесу? —