"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 - Женя Юркина

я. — Если ты не поверишь в её решаемость, то с большой вероятностью не приступишь к её решению. Так устроен наш мозг. Сейчас он тебе говорит: слава и богатство Стивена Кинга недостижимы. Мой мозг говорит мне то же самое, не переживай.

Наташа улыбнулась.

Я продолжил:

— Но мы с тобой прекрасно понимаем: книгу написать реально. Поэтому не сомневаемся в достижимости этой цели, а продумываем способы её выполнения. Но первая книга может стать лишь первым шагом на пути к глобальной цели. К тем же славе и богатству. Вот только нам проще об этом пока не думать. Чтобы не пропало желание работать.

Я забросил в рот кусок подтаявшего шоколада, прожевал его и сообщил:

— Мне как-то попался в сети один забавный ролик… то есть, в читальном зале я наткнулся на интересную статью в журнале. Там рассуждали о «невыполнимых» целях. Так вот. В Англии много лет назад произошёл случай. Студент опоздал на лекцию по математике. Когда он уселся за свою парту, то увидел на доске условие задачи. Подумал, что это домашнее задание, переписал его в тетрадь. Дома он долго бился над решением. Упрекал себя в том, что пропустил объяснения преподавателя. Считал, что именно поэтому решение задачи шло с таким трудом. Но задачу он всё же решил. Не сразу, конечно… Он отнёс домашнее задание профессору. Решение оказалось верным. Но дело знаешь в чём?

Я сделал паузу.

Наташа послушно переспросила:

— В чём?

— Эту задачу студентам на том занятии дали не в качестве домашнего задания, — сказал я. — Преподаватель привёл её в пример, как одну из не решаемых задач. Вот только тот студент о её не решаемости по причине своего опоздания не узнал. Понимаешь? Он был уверен, что на самом деле задача проста: раз её задали на дом. Попенял лишь на свою глупость, на свои прогулы. Но с решением справился. Потому что его мозг не противился его действиям, заранее не посчитал усилия студента напрасными. А ведь до студента над той задачей бились умнейшие учёные. Вот только в голове у тех учёных постоянно звучал сигнал тревоги: мозг им непрестанно напоминал, что они расходуют силы впустую.

Я доел шоколад, запил его водой из стакана.

— Поэтому, Наташа, не зацикливайся на невозможности выполнения глобальных задач. Раздели их на много задачек попроще, которые тебе покажутся пусть и трудными, но выполнимыми. Как написание одной книги. Между прочим, в воскресенье в Питере тебе крупно повезло. Ты ещё «спасибо» скажешь этой своей разлучнице… в будущем.

Зайцева усмехнулась — ямочка показалась лишь на правой щеке.

— Спасибо? — переспросила Наташа. — За что я скажу ей «спасибо»?

— За то, что она открыла тебе путь в будущее. Разве непонятно?

Зайцева покачала головой и ответила:

— Пока не очень.

— Ты ешь шоколад, — сказал я. — Наслаждайся тем временем, когда не нужно сидеть на диетах.

Я показал Наташе на её долю шоколадки.

Зайцева послушно отломила от шоколадной плитки кусок и положила его за щёку.

— Всё ещё сочувствую твоей трагедии, не сомневайся, — сказал я. — Но мне видны и её положительные последствия. На которые ты до сих пор не обратила внимания. Помнишь, как ты планировала носиться в Питер и обратно, работать ради этих поездок на рынке или в ресторане, экономить деньги на всём, кроме билетов на поезд? Было такое?

Наташа вздохнула.

— Было.

Я развёл руками, заявил:

— Было и прошло. Теперь ты свободна.

Наташа хмыкнула.

— Здорово, — сказала она без особого восторга в голосе.

— Очень здорово, — согласился я. — Якорь поднят. Тебя ничто не задерживает в прежнем порту. Ты отправилась в плавание. Причём, сейчас я говорю не о любовных отношениях. Я подразумеваю твою дальнейшую жизнь в целом. Хочешь написать книгу? Пиши. Выброси из головы все прочие мысли, кроме судеб книжных персонажей. Не отвлекайся.

Я указал на Наташу пальцем и заявил:

— У тебя сейчас есть прекрасная возможность для достижения любой цели. Ты свободна, у тебя есть много сил и времени. Учёба в универе потребует твоего внимания только ближе к зиме. В Питер тебе больше не нужно. Муж и дети пока не отвлекают. Нелюбимая работа не выкачивает из тебя энергию. Грамотно распланируй свой тайминг и займись делом.

— Что сделать? — спросила Наташа.

Она вновь потянулась рукой к шоколадке.

— Распредели время на работу и отдых, — сказал я, — чётко следуй намеченному расписанию. Пока у тебя есть только утренние поездки в университет. Добавь к ним четыре-пять часов работы над книгой. Обязательно: время на сон. Любовь пока закончилась, но никуда она от тебя не денется. Впереди у тебя много знакомств с умными и приятными людьми…

— Ты думаешь?

— Я уверен в этом. Прошлое оставь в прошлом. Живи настоящим и думай о будущем. Встретишь ты своего принца. Будешь беседовать с ним о литературе и есть на Кипре лобстеров. Когда станешь богатой и знаменитой. Но прежде: напиши книгу. Докажи себе, что можешь это сделать. Чтобы сбросить все те ограничения, которые тебя сдерживают.

Я проследил за тем, как Зайцева сунула в рот кусок шоколада и сказал:

— Вот только мой тебе совет. Сразу же нацелься на славу и богатство.

— Как это? — спросила Наташа.

— Моя цель — просто написание романа. Любого. Я за восторгом читателей не гонюсь. Но ты целишь взобраться на писательский пьедестал. Поэтому сразу же расставь в своей работе приоритеты. Тебе нужна не просто книга. Тебе нужна книга, которая, во-первых, понравится издателям, а во-вторых, привлечёт к тебе внимание читателей. Два в одном, так сказать.

Я простучал пальцем по столу.

— Поэтому сразу же разберись, что нужно и тем и другим. Твои мысли и эмоции никому не нужны, смирись с этим. Подойди к делу с умом и с трезвым расчетом. Дай людям то, в чём они нуждаются. Они тебя за это полюбят. Никому, кроме учителей литературы не нужны длинные описания дуба. Пойми, чего от тебя хотят — получишь, то, что хочешь.

Зайцева повела плечом.

— Как я это пойму?

— Просто подумай, — сказал я. — Что нужно издательствам? Кроме денег, разумеется.

— Ну… интересные книги.

— Нет, — сказал я. — Им нужны книги, которые бы хорошо смотрелись в уже запущенных сериях. Ты — никому не известный автор. Твоя фамилия читателей не привлечёт, поэтому твою