Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

– Доступ к библиотеке бывшего Круга, а ныне Гильдии? Это вполне возможно. Но вряд ли это всё, чего ты хочешь.

– Ты прав. Мне надоело бродить по буеракам, жить охотой. Комфорта и почёта жажду я. И в гильдии твоей пост высокий подойдёт вполне. Или советницы по магии при короле.

– Должность Старшего Мага, равно как и приличное содержание, я могу тебе обеспечить. Но это будет подразумевать и то, что знаниями придётся поделиться и тебе. Касательно советницы – нет. У меня уже есть достаточно компетентных специалистов.

– Хмм, – ведьма явно задумалась. Предлагаемое мной, очевидно, было меньше, чем она рассчитывала. Но Морриган была девочкой умной и прекрасно понимала, что не в том положении, чтобы сильно торговаться или, тем более, давить, – прибавь тогда ты злата и мы договорились, – пришла она ко внутреннему компромиссу.

– Сколько?

– Сотен пять, – окинув потрёпанный вид герцога взглядом, постановила чародейка. Тот возмущённо замычал. Гордого аристократа бесило, что его решили продать, как раба. А ещё то, что его продают всего лишь за полтысячи монет, а не по весу в доспехах, как, по идее, должно поступать с фигурой его калибра. Может немного поторговаться и сбить цену?… Нее, это как-то мелочно и мелко, хотя Гаспара, конечно, удар хватит, а воспоминания о его перекошенном лице будут греть моё маленькое чёрное сердечко долгими зимними вечерами… но нет. А греть сердечко можно и прижимая к себе ласковую чародейку. И даже не одну.

– Согласен. Выдайте награду, – это я обратился уже к Мак-Тиру и его ординарцу, – касательно же твоего членства в гильдии и занимаемой позиции, я напишу рекомендательное письмо и извещу главу. Библиотека Хайевера и «закрытый отдел» в кабинете Ирвинга будут в твоём распоряжении. Также, если хочешь, можешь общаться с армейскими чародеями. Ну или отправляйся в Хайевер, на твоё усмотрение.

– Не думаю, что рядовые колдуны из Круга меня способны чем-то удивить, – пренебрежительно махнула рукой Морриган.

– Как хочешь, – пожимаю плечами, – хоть рядовых вокруг меня не много, но лучше это будет обсудить чуть позже. Пока же… – перевожу взгляд на Логейна и от него на де Шалона, – полагаю выход армии немного отложится, – Мак-Тир согласно кивнул, тоже сверля взглядом пленника. – И ты не будешь против отдохнуть и перекусить с дороги, – возвращаю взгляд к Морриган, – а позже рассказать, как тебе удалось превзойти всех моих следопытов.

– Ты прав, не против я такого предложения, особо коль рассказ за трапезой пойдёт, – ведьма многозначительно улыбнулась, нескромно намекая на многие возможные последствия, хотя в эмоциях её было не столько желание меня соблазнить, сколько наладить хорошие отношения и просто понравиться, исправив те не очень удачные моменты из нашего прошлого общения.

– Само собой, – зеркально улыбнулся я, не видя смысла ёрничать и обижать девушку, ведь она сказала мне чистую правду: её действительно достало одиночество и скитание по лесам, она устала быть изгоем и хотела, пусть и не очень признавала это разумом, стать частью социума – найти общество, где она будет на своём месте, уважаемой и даже любимой, хотя последнее она ни в жизнь бы не признала. Тем не менее, её поступок служил именно этим целям и она надеялась найти в Гильдии Магов себе новый дом, а во мне если не друга, то покровителя, что будет её ценить. – Однако, это позже. Сейчас, если желаешь, тебя проведут в палатку, где ты сможешь освежиться и вздремнуть, либо же можешь остаться и присутствовать при разговоре с нашим гостем. Правда, боюсь, он затянется надолго.

– Я предпочту остаться. Не так уж я устала, чтоб валиться с ног, – царственно ответила ведьма, отнюдь не желая терять достигнутые позиции и выпадать из фокуса моего внимания.

– Хорошо, – коротко улыбнулся я на её эмоции, посылая мыслеобраз Тинтур, чтобы пригласила Солону и сестрёнок Хоук, ведь им тоже будет интересно, за одно и на Морриган посмотрят и «обрадуются», так сказать, ох уж эти встречи старых подруг… Не знаю, почему меня так радует это маленькое злодейство, но прям так жаль, что Алистер сидит в Халамширале вместе с Карвером, он бы сейчас тут был так к месту…

Когда все причастные собрались и «тепло и дружелюбно» поприветствовали друг друга, сверкая самодовольной моськой (Морриган), подозрительными прищурами (сёстры), видом, что их тут вообще не существует (дроу) и явным недовольством от всего этого балагана, из которого нужен один я (Логейн), мы расселись и приступили к беседе и вдумчивому допросу господина Гаспара. Как самая главная жаба в этом болоте, речь начал я.

– Лорд дэ Шалон, – отдав приказ развязать пленника и принести в палатку вина, обратился я к мужчине, – весьма рад вас видеть.

– К сожалению, не могу сказать тоже самое, Ваше Величество, – разминая тело после пребывания «в упаковке» и немного поклонившись, ответил орлесианец. Был он вежлив и спокоен, во всяком случае, внешне. А вот внутри него кипел не то, чтобы страх, но изрядное опасение, нервы… короче, всё то, что и нужно испытывать пленнику. Тем не менее, не отметить его выдержку и хладнокровие я не мог.

– Понимаю, но что поделать. Итак, вижу, вы более-менее пришли в себя, потому, полагаю, мы можем начать. О вашем здоровье и ранах я интересоваться не буду – вижу, что первое вполне прекрасно, а второго вы и вовсе не имеете. Готовы ли вы признать себя моим пленником? – вопрос более традиционно-риторический, но таковы традиции. Нельзя просто так взять и наплевать вообще на все традиции.

– Готов, Ваше Величество, – маршал Орлея вздохнул и пригубил вина из поданного ординарцем Логейна кубка.

– Что же, рад это слышать. В таком случае, я предлагаю вам почти стандартную практику. Вы становитесь моим гостем, пусть и с ограниченными возможностями к передвижению. В обмен же я ожидаю от вас подробного рассказа о войсках, политической обстановке в вашей стране, настроениях церкви и отношениях с соседями.

– Это… довольно много, – ну да, тут у нас всё-таки пусть и магическое, но «типичное средневековье» и пленный генерал – это очень и очень «весомая» фигура, которая или обменивается на такую же с противником (или несколько более мелких), или после войны выдается за выкуп.

А всё время до этого славного