Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

может быть, все дело в том, что тогда у него была большая беда с наставниками— это потом уже, когда он передал свое детище с рук на руки Эйнару, этот менталист сумел повернуть дело так, что драконы сами захотели к нему прийти, и он мог позволить себе выбирать. Но, так или иначе, а Адамина прижилась.

Впрочем, в данной ситуации я был на стороне Эйнара: последнее дело — травмировать подопечных. Да еще не из учебной надобности, а ради забавы!

И немного — на стороне Вестара. Какое счастье, что отличился третий этаж, а не первый!

— Еще не известно, кто из них пострадал от меня, а кто — друг от друга!

— Вот именно! А если бы ты действовала, как должно — было бы точно известно, что все они пострадали друг от друга!

В конце концов, Минка, уставшая, что ее распекают, перешла в контрнаступление:

— Эйнар, скажи мне, у тебя жалобы от адепток по поводу случившегося есть? Нет? Возможно, у обратившихся к целителям хоть одна серьезная травма? Нет? Тогда я считаю, что все в порядке!

— Ничего себе — “в порядке”! — Возмутилась Маргрит. — Меня выдернули в мой законный выходной!

Адамина немедленно язвительно огрызнулась:

— Да? И где же ты была, что тебя пришлось “выдергивать”?

Маргрит окончательно вскипела:

— То, что я была на рабочем месте не означает, что я была на работе! Я собиралась заниматься своими исследованиями, а не сводить синяки адептам!

— То есть, травм тяжелее синяков у девиц не было, — удовлетворено констатировала алая.

Она повернулась к Эйнару:

— Я же говорила! А ты, Маргрит, могла бы выбраться из своей лаборатории и сама сходить на шум — тогда сейчас не исходила бы на зависть!

— Лаборатории целителей отделены от женского крыла половиной замка! В моей лаборатории ничего не слышно!

Эйнар, убедившись, что добиться от Адамины угрызений совести или хотя бы обещаний не повторять подобное ему не удастся, пресек свернувшую не туда грызню:

— Хватит! Адамина, ты хотя бы выяснила, кто зачинщик?

— Не-а, — легкомысленно отмахнулась алая. — Они не признаются! Но, насколько я слышала — шуметь начали с первого этажа.

Милдрит!

Н-да… Нужно было всё же удовлетворить девушку.

ГЛАВА 10

Милдрит

“Если у вас будут вопросы, вы знаете, где меня найти!”

“Да, наставник, у меня есть вопрос! А на пересдачу к вам можно записаться? А то у меня подруга зачет по лишению девственности не принимает…”

Как-то так моя дурная головушка решила меня поддерживать, пока я кралась по коридорам к наставническому кабинету.

Ну, положим, правда не кралась, а шла.

Но морально в любой момент была готова слиться с местностью и сделать вид, что меня тут нет и вообще я мимо проходила.

Меня бросало то в жар: “Ой что будет, что будет!”

То в холод: “А если он обиделся и не будет?”

А может, его вообще в кабинете нет, и что тогда делать?

Вообще очень глупо наверное искать наставника в рабочем кабинете в выходной после отбоя, но где и когда мне еще его искать?! Днем мне будет страшно, да и прогуливать совсем не хочется. Сразу после занятий есть риски встретить у кабинета нежелательных личностей, там ведь очередь из караулящих. А где еще можно нарочно встретить черного дракона да так, чтобы оказаться наедине я не имела ни малейшего представления.

“Вы знаете, где меня найти!”

Да-да, конечно. Если бы!

Я промаялась сегодня весь день, не в силах принять решение. Воспоминания о случившемся на башне будоражили настолько, что невозможно было просто спокойно сидеть на месте. И вообще даже без Беатрис было понятно, что что-то я там вчера недопознала, но…

Не могу же я сама к нему пойти?

Или могу?

А почему, собственно, не могу?

Кто, скажите на милость, мне запретит? Темные? Ха!

Решение принялось и вечером под подбадривающим взглядом Беатрис, я выдвинулась на собственную охоту на дракона.

Правда сейчас, я настолько убедила сама себя, что наставника на рабочем месте не окажется — а что бы ему делать на рабочем месте во внерабочее время? — что, едва постучав, уже вознамерилась развернуться на пятках и отправиться в обратную сторону, так что приглашение войти застало меня в полуобороте.

И я застыла сусликом, в ужасе осознав, что пока мысленно кривлялась и требовала, чтобы дракон пересдал зачет по лишению девственности (или там было наоборот?), никакую внятную и здравую речь я совершенно не продумала.

И вообще ничего не продумала!

И вообще, может быть, передумала?

Интересно, если вот я прямо сейчас рвану с места, то успею добежать до поворота прежде, чем Алвис полюбопытствует и откроет дверь, или?..

Не успею.

— Милдрит?

Я вздрогнула, зажмурилась и прикусила губу.

— Если передумала заходить, то я могу сделать вид, что стук в дверь мне померещился, — насмешливо, но как-то тепло предложил дракон.

А чего это сразу передумала?! Ты бы может и захотел бы, чтобы я передумала, а я вовсе даже и нет!

И каблуки решительно развернули меня обратно.

Мужчина посторонился, пропуская меня внутрь.

А я замерла, сделав пару шагов.

Я ни разу не бывала здесь вечером.

Когда за окном — густые сумерки, и они просачиваются внутрь, скапливаются по углам и тенях, а несколько зажженных свечей не столько разгоняют их, сколько вычерчивают тьму, делают ее гуще, контрастнее, но в то же время… уютнее.

И в этой темноте становится как-то не так страшно. А ощутимое присутствие дракона за моей спиной вызывало не страх, а щекотку между лопаток и тяжесть внизу живота. Возвращало уверенность в том, что все это мне нужно.

Но, решиться на какие-то объяснения все равно было неимоверно сложно.

Я все еще судорожно подыскивала слова, когда мне на плечи легли чужие руки. Слегка погладили, окончательно сбив с мыслей, а потом бережно повернули к дракону лицом.

От необходимости придумывать какие-то слова меня неожиданно избавил поцелуй. Нежный, но уверенный. Совершенно не осторожничающий. Алвис и без моих сбивчивых объяснений, кажется, прекрасно понял, зачем я пришла!

…и возражений по этому поводу, очевидно, не имел…

Я потянулась к нему, обвила за шею, совсем как тогда, на башне, прижимаясь теснее, разомкнула губы, позволяя нахальному языку скользнуть ко мне в рот…

А потом дракон отстранился, чтобы окинуть внимательным взглядом горящие глаза, покрасневшие щеки, припухшие губы, и сообщил:

— Просто очень хотелось в кои-то веки сделать это самому, прежде, чем вы, адептка Релей, наброситесь и будете принуждать ко всякому. Так зачем вы, говорите, пожаловали?..

Я?! Да