Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

– Омаронцы напали первыми. Причем сделали это вероломно, исподтишка. За это и примут смерть. Сначала мы уничтожим Нуазет, а затем и Омарон.

– Я думал, мы стараемся избежать кровопролития…

– Мы и не будем проливать кровь. Просто предадим их огню! – Мечтательно улыбнулся повелитель перед тем, как выпустить перед собой очередное колечко малинового дыма.

– Осмелюсь возразить, мой господин. Я предлагаю сделать врагам еще хуже, – заискивающе пробормотал Нороган.

– Что может быть хуже смерти?

– Унижение. Позвольте, я выскажу далее свою мысль?

– Дозволяю.

– Мы возьмем неприятеля в плен, а затем сошлем в самые отдаленные места в нашем Королевстве, дабы они вкусили плоды изгнанничества. Пусть будут рабами, униженными преступниками – словом, пусть окажутся на нашем месте.

– Ваши слова не лишены мудрости… – задумчиво ответил хатуг-хан, пожевав губу. – Однако Нуазет с Омароном все равно падут. Это послужит наглецам уроком.

Глаза Норогана блеснули сталью, однако он благоразумно не поднимал головы.

– Вы обещали нам одно – осуществить беспрепятственный проход на дерево. Это будет исполнено? – с некоторым беспокойством поинтересовался хатуг-хан.

– Разумеется, мой повелитель. Отряд доргеймцев готов к выполнению своей миссии. Однако сперва нам надо все же войти в Омарон.

– Разрушим Нуазет, а потом… Выступаем на Омарон!

***

Преисполненные безнадежным отчаянием, жители Нуазета тоскливо смотрели на темные небеса над головой. «Враг рядом» – проносилось всюду – в паутинных бойницах сторожевых башен, на узких каскадных улицах, в бедных лачугах и погребах, в сердцах и мыслях. Все яростнее разгоралась сеча у башен, все протяжнее и грустнее звучали трубы валетов, призывая на помощь: только вот кого? Полидесянские полчища все прибывали из-за леса, казалось, их там тьма-тьмущая. И если на поле брани падал один воин, то взамен ему приходило десять таких же. На подмогу отряду дозорных прибыли другие валеты; они не смогли бросить своего полководца в беде. Арчен же сражался неистово, его верный меч сразил многих. Но и ему постепенно начала отказывать удача.

И когда надежда на спасение окончательно померкла, пришла помощь, откуда не ждали. Черное небо вдруг озарилось благодатным свечением, то белые единороги летели со стороны Беру! Их было немного: около пятидесяти. Но какую надежду вселяли они в сердца поникших людей, какую веру несли на своих огромных белых крыльях, которые подобно острым мечам рассекали воздух и прогоняли тьму! На их спинах горделиво держались всадники, к седлу каждого был прикреплен огромный котел с кипящей смолой. Когда всадники пролетали над черной полосой полидесксянских воинов, то выливали на них смолу. Скирды соломы и перьевые накидки врага воспламенялись быстрее сухого хвороста, под истошные вопли людей огонь переходил с одного на другого, и вскоре поле битвы осветилось одним гигантским ярко пылающим костром. Этот огонь был виден издалека, и Кирим с Айрисом с замиранием сердца наблюдали со своего поста, как строй полидексян мешается, и те в панике начинают отступать в спасительные чертоги леса.

– Победа! – тихо и очень радостно проговорил Кирим, но Айрис покачал головой.

– Отсрочка. Они вернутся, вот увидишь.

Глава 33 Враг наш истреблен, а оставшееся после них пожрал огонь

Лицо Инка побледнело, в глазах промелькнула мука, и он с неверием отшатнулся от Артура.

– Быть этого не может!

– Я тоже сперва не верил, но… Это действительно так. Доланд жив. Я повстречал его в Доргейме.

Инкард нервно сглотнул: неожиданное признание друга словно перекрыло ему доступ к кислороду. Мысли мешались, в груди теснилось. Он как наяву вспомнил образы, посланные ему фиолетовым единорогом: страшные картины, ибо они в подробностях показывали гибель отца.

– Зачем, зачем ты так говоришь! Это жестоко! – по-ребячески запальчиво выкрикнул Инк. – Я своими глазами видел, как он умирал!

Артур горько улыбнулся.

– Его сильно ранили, но он выжил. Доланд сам мне об этом рассказал.

Артур более не мешкая, вкратце поведал Инку все подробности первой встречи с Доландом: Инкард слушал молча не прерывая. Только время от времени его худые плечи мелко вздрагивали, словно он беззвучно плакал. Рассказал Артур также и про свиток, да и вообще про все свои приключения с того самого момента, как они расстались в Тимпатру. Он продолжал говорить – постепенно проходил день, клочки тумана уже поднялись с сырой земли, тревожная тьма заволакивала все вокруг, ибо пришла ночь. Но старым друзьям необходимо было все обсудить и прояснить. Артур поведал Инку о причинах, по которым Доланд ушел из семьи.

– Он хотел вас спасти, – закончил свою речь Артур и обеспокоенно взглянул на Инка, желая узнать, как тот отреагировал на его рассказ. Беловолосый юноша словно окаменел: застыв на пне в одной позе, он не издавал ни звука. А когда, наконец, поднял глаза, то стало видно – они горят испепеляющим огнем ярости.

– Отец бросил нас! – отрывисто выплюнул Инк. – И если сначала я думал, что он бросил нас ради спасения вас с Ирионусом, то теперь вижу, что он просто не захотел быть со своей семьей. Предатель.

– Нет, Инк, не суди его так строго. Ирионус тоже…

– Ты не понимаешь! Разве хоть сколько-нибудь любящий отец бросит семью? Разве отдаст родного сына на попечение монстру? – голос Инка все повышался и повышался, пока не зазвенел горькими слезами на самой высокой ноте.

– Монстру? О чем ты вообще?

– Я… Не бери в голову.

– Ты хотел бы с ним поговорить?

Инкард усмехнулся – и его усмешка отдавала уксусной горечью.

– Честно? Мне кажется, лучше бы он умер. Так было бы проще. Я уже свыкся с этой мыслью, а теперь… Мне придется встретиться с ним лицом к лицу. И выяснить, почему он ушел от нас с мамой.

– Я не знаю наверняка, где Доланд сейчас. Однако он обещал присматривать за доргеймцами. Значит, он где-то с ними и полидексянами. Кстати, а мы сейчас где?

– Как раз недалеко от лагеря полидексян. Мой отчим… Нороган. Я никогда не рассказывал тебе о нем… Он теперь тоже с нами.

– Доланд и Нороган встретились? – не понимая, спрашивал Артур.

– Нет, никого больше я в лагере не видел. Но, возможно, Нороган просто не рассказал мне… Он, знаешь ли, не очень любит со мной откровенничать, – криво усмехнулся Инк.

Артур вспомнил, что ему рассказывал отец про Норогана:

«Со мной были друзья из Совета… Нороган, в совершенстве овладевший искусством влияния на погоду… Нороган отправился в северные города естествознателей, надеясь найти пропавших друзей из Совета Двенадцати».

Судя по всему, естествознатель жив; теперь их силы становятся более существенными для того, чтобы одолеть Тень.