Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

И вот тут Бестужев увидел то, чего не видел никогда. Глубочайшую ярость на лице обычно невозмутимого Ивана…

Глава 17

— Вот так просто? — с некоторым восхищением, уточнил я. Нужно было признать, что глава рода Пожарских умел держать удар. Вместо долгих пространных разговоров о сложной ситуации в стране и тяжёлом бремени власти на новом месте, светлейший князь просто в лоб предложил мне озвучить мои требования и это немного выбило меня из равновесия. — Можно списком?

— Можно списком, — устало улыбнувшись, кивнул Евгений Александрович. — А как вы себе представляли нашу беседу, Ярослав Константинович? Вы под Правом Последнего, герой защиты аномальной зоны, самый перспективный молодой дворянин Российской Империи для тех, кто хоть что-то понимает в стратегических раскладах большой игры и прочее, но не менее важное… Когда такому человеку кто-то просто угрожает, у местной власти могут возникнуть проблемы. А когда происходит полноценное нападение, да ещё непонятно чьих наёмников…

— То возникают вопросы именно к тому, кто несёт ответственность за всё в Тверской губернии, — понимающе кивнул я.

— Представители жандармерии до сих пор не смогли определить, что это за толпа безголовых на вас напала и откуда они взялись на территории Российской Империи, ваша светлость, — немного помолчав, произнёс Пожарский. — Ни одного следа или тени направления, в котором стоит продолжать поиски на месте сражения обнаружено не было. По сути, у нас ничего нет и мы вообще не знаем, что произошло. С моей стороны было бы глупо отпираться и доказывать, что в этом нет моей вины. Если вам нужно время, чтобы подготовить ваш список, то я не стану торопить. Можете прислать его моему секретарю.

— Пожалуй, я могу обойтись без дополнительной подготовки, ваша светлость, — ответил я. — Меня интересует полный доступ к материалам по делу о нападении на меня и схожим происшествиям по всей стране. А ещё я хочу, чтобы складской комплекс барона Ожегова и та территория, которую вы недавно вернули моему роду получили статус локальных беспошлинных зон.

— По первому пункту у меня возражений нет. По второму… это потребует достаточно длительного согласования, — смерив меня задумчивым взглядом, ответил светлейший князь. — С землями Ожегова проблем не будет. Практика уже есть. Тем более они в Твери. В плане ингредиентов из аномальных животных вряд ли что-то получится. Сами понимаете…

— Понимаю и не претендую на эту сферу, — невозмутимо кивнул я. Уже то, что губернатор сразу не отмёл моё требование, как полный бред, внушало оптимизм. — Меня вполне устроит, если пошлины будут обнулены на классические виды бизнеса и производства. Может с небольшим задействованием аномальной флоры.

— Это допустимо, — усаживаясь за свой рабочий стол, ответил губернатор. — Но только для более крупной территории, которая напрямую принадлежит вашему роду, Ярослав Константинович. И я не могу гарантировать, что у меня получится обеспечить этот статус вашему складскому комплексу до того, как Право Последнего будет снято.

— Его императорское величество выразил желание увидеть мой род среди аристократов Российской Империи уже в ближайшее время, — прямо глядя в глаза собеседнику, ответил я. — Сейчас уже идёт подготовка к церемонии в МАМИ.

— Вот как? Тогда и мне стоит поторопиться, — тонко улыбнулся светлейший князь. Информация о том, что малолетнему главе едва живого рода звонил сам Император мимо не прошла и добавила мне ещё немного веса в глазах матёрого политика. Пожарский достал украшенную золотым гербом его рода личную записную книжку и демонстративно вписал туда первые пункты списка моих требований. А потом снова поднял взгляд на меня. — Что-то ещё?

— Это всё, — светски улыбнулся я и на этот раз уже хозяин кабинета на некоторое время выпал из реальности. Я видел, как сильно собеседнику хочется уточнить, правильно ли он меня понял, но князь умел не только сохранять хладнокровие в сложных ситуациях, но и вовремя останавливать свои порывы.

— Что ж… Как говорится, умение вовремя остановиться ценится выше большого таланта, — наконец произнёс князь, а потом посмотрел на дверь и буквально пару мгновений спустя она открылась. В кабинет вошла секретарь главы рода Пожарских. Девушка несла перед собой поднос с чашкой свежесваренного кофе и небольшой прозрачный чайник с крепким чёрным чаем. — Насколько знаю, вы предпочитаете чай, ваша светлость.

— Благодарю, — улыбнулся я. Подобные мелочи всегда многое говорили о собеседнике. Пожарский любил и умел собирать информацию о своих партнёрах и собеседниках.

— Почему? — когда мы сделали по паре глотков из чашек, спросил губернатор.

— Потому что вы никак не могли знать заранее о том, что произойдёт, — пожал плечами я. — И будет неправильно чрезмерно пользоваться ситуацией. При этом вы понимаете, что произошло и готовы принимать меры, чтобы не допустить подобного в будущем. Для меня этого вполне достаточно.

— Вы настолько уверены в том, что я так плохо контролирую ситуацию на вверенной мне земле, Ярослав Константинович? — тяжело посмотрел на меня Евгений Александрович.

— Я уверен в том, что есть силы и обстоятельства, которые могут быть сильнее вашего влияния, ваша светлость, — спокойно выдержав взгляд архимага, ответил я. На мгновение мне показалось, что Пожарский не сможет сдержаться и надавит на меня своей аурой повелителя Огня, но он этого не сделал. Только температура воздуха в кабинете подскочила на пару градусов. — Это не упрёк и не попытка вас задеть, Евгений Александрович. Вы очень сильный маг и опытный политик. Не мне вам рассказывать о том, что далеко не всегда получается предвидеть развитие ситуации. И также далеко не всегда опыт и знания помогают выжить.

— Это действительно так, — медленно кивнул губернатор. — И я рад, что вы это понимаете, Ярослав Константинович. Хотя и не могу взять в толк, как вам это удаётся. Я в вашем возрасте думал только о балах и дуэлях.

— У нас были разные стартовые условия, ваша светлость, — улыбнулся я.

— Вот думаю, может мне Кирилла наследства и денег на несколько лет лишить… — вдруг расслабился и с иронией произнёс Пожарский. — А то боюсь, его только моя смерть может заставить серьёзно относиться к этой жизни.

— Вы в его возрасте только о дуэлях и балах думали, ваша светлость, — улыбнулся я