Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

— Вопреки мнению господина Адельмана и госпожи Халевейн мы не можем позволить дракону свободно разъезжать по стране, разгуливать среди людей и тем более колдовать, как ему вздумается.

— Носителю драконьей крови, — поправила Маделиф. — А еще лучше, господину Райнеру-Наэру. Относитесь к нему с уважением.

— Прошу, не прерывать, госпожа Халевейн. Ваше мнение все уже услышали, — заметил Базилиус.

— С уважением? Мы все трое видели ТУ пещеру, — подал голос еще один маг, рядом с Орелем.

— Господин Дагоберт, дождитесь своей очереди, — сказал Базилиус, нахмурившись

Этот маг, Фридемар Дагоберт, тоже входил в семерку магов, что обсуждали происшествие с моим отцом. Я посмотрел на Маделиф, думая, что они увидели в пещере, в которой меня скрывал отец. Но волшебница старательно прятала взгляд. И мне стало несколько не по себе. Я ведь ни черта не помнил, что происходило в моей жизни до Шафберга.

— Я за пожизненное заключение господина Райнера-Наэра, — продолжил тем временем глава швейцарской Гильдии. — Вопрос только в том, кто возьмет на себя подобную ответственность?

Маделиф подняла связанные руки и закрыла лицо ладонями, всем своим видом выражая отношение к высказыванию Ореля. Тот заметил.

— Вам, конечно, не нравится, но я считаю, что это самое лучшее решение проблемы, — заметил он. — Сущность господина Райнера-Наэра такова, что волей или неволей он будет сеять хаос и разрушение. Даже если он этого не хочет, подобное будет случаться.

— С чего вы взяли? — спросил я, уставив на мага потяжелевший взгляд.

Базилиус Прегиль открыл было рот, чтобы тоже призвать меня к молчанию, как и Маделиф, но наткнулся на мой взгляд и промолчал.

— Если взять из последних происшествий, вы заглянули в подвал в господину Адельману, — продолжил Орель. — В итоге он лишился самой большой в мире коллекции вина. А маги из Ирландии лишились своей жизни, утонув в этом вине.

— Видимо, когда-то господин Адельман угощал вас тем вином, и вам его теперь чрезвычайно жалко, — я с пониманием покивал. — Только, может быть, дело совсем в другом? Что ирландским магистрам просто не стоило лезть туда, куда не следует? И ко мне тоже не стоило лезть? И тогда никаких жертв не будет. Вы не находите это логичным?

— Считаю, что смерти неизбежны. К сожалению, не существует стопроцентно мудрых людей или магов — неважно кого. Они будут совершать глупости, будут переходить вам дорогу. И вы их убьете в итоге.

— Если следовать вашей логике, люди мрут сотнями в автокатастрофах на дорогах по собственной глупости. Чья это вина — производителя автомобиля или их собственная? — поинтересовался я.

— Для вашего примера существуют различные способы защиты, — парировал Орель. — Ремни или подушки безопасности. Но самый надежный способ просто не подпускать таких людей к автомобилям. Точнее, вас не подпускать к людям и магам. В заключении вы никому не сможете причинить вреда.

— Никому, кроме себя, конечно. Только почему я должен лишаться свободы и возможности колдовать из-за каких-то идиотов?

— Черная магия магия — это магия разрушения. Вы хотите что-то разрушать, господин Райнер-Наэр? — полюбопытствовал Орель и даже позволил себе насмешку. — К тому же, когда вас заполняет гнев, вы не можете себя контролировать. То, что рассказали нам о происшествии Гретзиле, тому подтверждение.

Я мысленно занес мага в черный список.

— В Гретзиле сработало проклятие, если быть более точными. Господин Райнер-Наэр тогда не колдовал, — возразила Маделиф. — Я бы вообще отнесла этот случай к магической аномалии.

— Аналогичной той, которая случилась в Ирландии? — спросил Базилиус Прегиль. — Я вчера успел пообщаться с плененными магистрами и они в подробностях описали, что там произошло. Стихийный выброс магии. Гнев. Безжалостный и уничтожающий. Сеющий тот самый хаос, которого мы пытаемся избежать. Так что в словах господина Ореля есть зерно истины. Вы ведь закончили, господин Орель? Теперь слово вам, господин Дагоберт.

Орель сел на свое место и поднялся глава австрийской Гильдии.

— Предлагаю дракона казнить, — сказал Фридемар Дагоберт.

В зале повисла гробовая тишина.

Впрочем, длилась она не долго. Зал взорвался возмущенными криками и начался ожесточенный, неконтролируемый спор. Базилиус Прегиль пытался призвать к тишине, но у него ничего не выходило.

Я только возвел глаза к потолку и мысленно передвинул имя Берне Ореля на второе место черного списка, уступив первенство главе австрийской Гильдии. Наблюдая за спором магов, я заприметил с краю первого ряда «зрительских» мест выглядывающего из-под стола кобольда.

— Эй, а можно мне кофе? — тихо спросил я. — И, кстати, как ваше имя? Привычка местных магов вызывать вас с помощью «Эй» мне что-то не нравится.

Кобольд ловко переместился к клетке. В руке его уже была дымящаяся чашка.

— Спасибо, что относитесь к нам с уважением, господин Райнер-Наэр, — отозвался кобольд. — Но это давняя традиция. Кстати, внутри клетки слишко горячо. Кофе мгновенно выкипит. А мне бы не хотелось получить ожоги или того хуже — превратиться в пепел.

— Сейчас исправлю, — я беззвучно выдохнул пару драконьих слов. — Пойдет?

— Да, спасибо.

Ледяной воздух вокруг меня потеплел. Кобольд проскользнул внутрь клетки, протянул мне чашку с кофе. Цепи, что сковывали меня зазвенели. И голоса в зале смолкли. Все стали свидетелями сцены, как кобольд отдал мне чашку, поклонился и спокойно ушел из клетки. Изобразив на лице смертельную скуку, я сделал глоток.

— Считаете, что вам это не грозит, господин Райнер-Наэр? — дрогнувшим от ярости голосом произнес Фридемар Дагоберт. — Думаете, вас не казнят?

Я молча покачал головой.

— О да. Вы сейчас думаете, что ваша ценная кровь спасет вас. Нет, она вас погубит. И всех, кто желает получать ее, — глава австрийской Гильдии обвел взглядом магов, остановился на Чистославе Черном. — Особенно вас, господин Черный. Если вы полагаете, что никто не знает, чем вы занимаетесь в вашей Гильдии, то это большое заблуждение. К вам давно все приглядываются.

— Или оставьте ваши фантазии при себе, господин Дагоберт, — процедил сквозь зубы Чистослав. — Или предъявите доказательства. Что? Ничего нет, кроме голословных обвинений?

— Ничего, найдем и очень скоро, — пригрозил Дагоберт.

Опять поднялся шум. В ход пошли взаимные обвинения. В адрес магов из Богемии полился целый поток вариаций на тему использования темной и черной магии.

Наблюдая за спором, я допил кофе. Через миг рядом оказался кобольд с новой