Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Боюсь, возникнут сложности… — начал господин Наэш, а продолжил Иррес: — Да никогда! Я скорее Ваираку пятки оближу, чем позволю! Иррес, успокойся! — бывший хайрен терял терпение. — Сильнейший с серьёзными намерениями. Я ведь правильно вас понял?

— Вы единственный в вашем трио, кто хоть что-то понимает, — раздосадовано ответил хайнес. — Думаешь, твои возмущения что-то изменят, морда? Что я вот так раз и любить этого перепуганного воробья перестану? Она ела?

Неожиданность последнего вопроса обескуражила Ирреса, и он завис в молчании.

А вот глаза Майяри изумлённо распахнулись, брови поползли вверх, рот открылся, и женщина, не отрывая обалдевшего взгляда от Лирки, притиснулась щекой к двери так плотно, словно хотела просочиться через деревянное полотно и высунуть ухо в спальню. Опомнившись, Лирка одними губами прошептала, что это не о ней.

А память уже вытаскивала на свет тщательно заныканное воспоминание.

«И вообще, я тебя так люблю».

Нет, это не может быть про неё!

— Иррес, давай дружить, — миролюбиво предложил Узээриш. — Я же теперь не отстану. И, видишь, пытаюсь найти выход, чтобы нам всем было комфортно.

— Я тебя сожру, и нам станет всем комфортно! — зарычал дух. — Нет! Нет! Ну, нет, — последнее прозвучало откровенно жалко, едва ли не со слезами в голосе.

— Если она меня не примет, тогда будет нет, — хайнес произнёс это столь спокойно, что уже знавшая его Лирка заподозрила, будто на «нет» он как раз не рассчитывает. — Я тебе первому… вам сказал как старшим родственникам, чтобы показать всю серьёзность намерений.

— Нет! — Иррес завыл.

Лирка поняла, что дух готов дать слабину. Несмотря на свою кажущуюся непримиримость и грубость, Иррес был самым добрым среди них.

— И совета хотел спросить, — Сильнейший явно подмасливался, ведь известно: хочешь получить чьё-то расположение — попроси об одолжении. — Так понимаю, я не Лиркин типаж?

Рот Майяри распахнулся в беззвучном ахе, а левая рука прижалась к сердцу. Лирка продолжала в каком-то отупении одними губами отрицать услышанное.

— Вообще не в её вкусе! — гордо заявил дух.

— Самая большая проблема в том, — слово взял господин Наэш, — что вы хайнес. А она девушка очень простого происхождения. Она не примет вас всерьёз.

— Подозревал, что просто не будет… — задумчиво протянул Узээриш. — Я не мог влюбиться в женщину, с которой просто. Сильно расстроилась из-за ранения?

— Безумно.

Кто-то вздохнул.

— На чувстве вины играть будет неправильно…

— А ты об этом думал⁈ — возмутился Иррес.

— Как будто у тебя такая мысль в голове не мелькнула! С Ханёном ещё не лажу…

Лирка ощутила, как сердце проваливается в живот и бьётся прямо в желудок. Во взгляде Майяри появилось что-то откровенно хищное. Только Шани продолжала хранить спокойствие. Внимание белого медведя казалось медведице событием совершенно очевидным. Она была уверена в собственной неотразимости и даже не подозревала, что могла кому-то не нравиться.

— Тебе не кажется, что за дверью как-то уж совсем тихо? — с подозрением протянул Узээриш.

Майяри схватила отупевшую от услышанного подругу за руку и побежала прочь, волоча её за собой. Выскочивший в гостиную Иррес увидел только не успевшую закрыться дверь.

— Подслушали, поганки! — выплюнул он.

— Эх, эффект неожиданности прошляпили, — слегка расстроился Риш.

— Прошляпили⁈ — возмутился дух. — Не смей приписывать меня к своим планам! Я тебе помогать не буду! Нет, Наэш! Нет!!!

Глава 3

Крик Арван-Е

А-ара пришла в себя на противоположном берегу реки. За спиной шумел бурный поток, тело дрожало, с мокрой одежды нещадно текло. Как она оказалась здесь, женщина не помнила. Помнила только вкрадчивый, убаюкивающий голос.

«Приди ко мне».

Задрожав ещё сильнее, А-ара закусила губу и тихо заплакала.

В последние дни чужой шёпот преследовал её. От него было невозможно спрятаться, невозможно убежать. Он даже снился ей. Девушка старалась скрыть свой страх от окружающих, но с каждым днём это становилось сложнее. Старшая жена-мать обеспокоенно смотрела на неё и пыталась доискаться до причин её тревоги. Даже То-нии подозрительно зыркала, но ничего не спрашивала. Только муж глядел спокойно, но пронизывающе. Будто понимал, что именно А-ара переживает, и ждал, когда она сама придёт к нему.

Но А-ара боялась. Она видела печать мужа, которая связывала Хо-ёта-х с Господином, и находила сходство между ней и побрякушкой, что прилипла к её собственному телу. Но… Разве могла она, женщина, действительно стать…

Даже мысленно произнести не получалось.

Но её бабушка… она ведь была…

Обхватив себя руками, А-ара повернулась к воде лицом. Как бы ей теперь попасть на другую сторону? Она даже не помнила, как преодолевала не самый спокойный поток. Опять лезть в холодную воду не хотелось. Тем более ночью, когда особенно сильны речные духи. Девушка осмотрелась, задержала взгляд на пылающих кустах костровика и задавила острое желание погреться рядом с ними. Нет, нужно вернуться, пока никто не заметил, что она исчезла. Вздрогнув, А-ара через плечо взглянула на переливающуюся разными цветами чащу, куда её продолжало тянуть.

Вернее, тянуло её куда-то дальше, за пределы Леса. Может, в тот самый загадочный Арван-Ё? Какой он? А-аре не доводилось видеть его даже издали. Но сейчас девушка остро осознавала, что он не так уж далеко. Возможно, к утру ей бы удалось выйти из Леса, и она бы увидела высящиеся за невидимой гранью стены.

Тряхнув головой, девушка отошла к реке и, оступившись, едва не съехала в воду. Заметив шевеление, А-ара резко обернулась и испуганно застыла, увидев окутанного тьмой Ли-риан-си. Мужчина молча смотрел на неё и выглядел если только самую малость удивлённым. Тьма крутилась злым роем, явно готовая броситься на девушку, и А-ара отшатнулась на пару шагов, наступая на хватунов. Цепкая трава тут же оплела её босые стопы, и девушка наконец сообразила, что из одежды на ней только длинная рубаха да исподние штаны. И яро вспыхнувший стыд испепелил страх в пепел! Она торопливо шагнула к реке, вырывая стопы из жадных объятий хищника, и хотела уже броситься в бурящие воды, но Ли-риан-си заговорил.

— Там, — он неторопливо вытянул руку и указал куда-то за её спину, — повалено дерево.

И, отвернувшись, зашагал прочь. Тьма немного отстала, но потом всё же потянулась за ним,