Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин

значимое, как возвращение Хабаровска, необходимо первоначально обезопасить близлежащие территории, развернуть там полноценный полевой лагерь и только тогда разрабатывать стратегию по возвращению города. Увы, но сейчас силы нашей армии направлены, скорее, на сдерживание иномирного вторжение, нежели на устранение его как такового. Мы живём в мире, в котором балом правят империи, и не в каждой из них случилось такое недоразумение, как вторжение представителей иного мира. Сосредоточимся на востоке — ударят с запада! Русские земли — слишком лакомый кусочек для остальных стран нашей планеты.

— Александр Петрович, я полностью согласен с доводами Евгения Вячеславовича, — вступил в разговор князь Долгоруков. — Не будь угрозы получить нож в спину от тех, кто сегодня нам улыбается, мы давно бы обломали рога иномирцам. Однако… Нам приходится сдерживаться и терпеть, выжидая лучшего момента.

— И этим «лучшим моментом» может стать приход иномирцев на территорию других государств. Тогда-то они вряд ли будут думать о том, чтобы ударить по опустевшим границам Российской империи, — отбарабанив трель по дубовому столу, задумчиво проговорил я.

— Именно, Александр Петрович, — согласно кивнул глава Стражи. — В таком случае мы сможем справиться с нашей «проблемой», после чего ввести миротворческие войска на территории других государств, у которых будет одна единственная цель: полное искоренение иномирных вторженцев. Мы не только обезопасим нашу страну, но и сделаем должниками другие государства.

В моём рабочем кабинете повисло молчание. Каждый из нас задумался о сказанных графом Демидовым словах. Тишину, воцарившуюся в помещении, нарушила стоя́щая за моей спиной Ирэн.

— Господа, на это могут уйти годы, — двое князей устремили заинтересованные взгляды на моего заместителя, когда я в это время изучал их реакцию. — К тому же, как показала практика, иномирцы вполне охотно идут на сотрудничество с представителями нашего мира, — Ирэн сделала паузу, а я почувствовал, как она смотрит на меня, словно спрашивая разрешения продолжить. Позволительно кивнул, на что девушка поспешила договорить: — Яркие тому примеры — князь Волконский и граф Миссурийский. С их подачи иномирцы годами действовали на территории Российской империи, похищая её граждан большими группами, на что правоохранительные органы просто разводили руками, — Долгоруков поморщился, Демидов же вытаращенно переводил взгляд с меня на Ирэн, будучи весьма удивлённым. Тем не менее, никто из них не посмел перебить моего заместителя, желая дослушать её доводы. — Однако это лишь локальная история «успеха». Теперь представьте, что будет, если в сговор с иномирцами войдёт не аристократический Род, а целая страна. Подобный плацдарм позволит нашим врагам вполне комфортно себя чувствовать на нашей земле и осуществлять набеги на наши территории, ничем практически не рискуя. Когда нам, в свою очередь, чтобы окончательно выбить иномирцев из нашего мира, придётся воевать не только с ними, но и со страной, с которой они вступили в сговор.

— Вот и думайте, — развёл я руками.

— Боюсь, в таком случае мы в самом деле ждать не можем. К сожалению, из-за пребывания на фронте я не был полностью посвящён в дело исчезновения имперских граждан, в которых, как оказалось, замешано гораздо больше представителей высшей аристократии, — повинился Демидов.

— Если мы не можем направить на восток имперскую армию полноценно, предлагаю задействовать Родовые гвардии. Всех, без исключений и без права откупа, — предложил Долгоруков. — Большинство аристократов искренне полагают, что ситуация на востоке их не коснётся. Но они получили свои титулы и преимущества от империи, и сейчас настала пора за эти блага и преференции платить, — Долгоруков был настойчив в своём предложении призвать Родовые гвардии к ружью. — Как правило, Родовые гвардии хоть и малочисленнее регулярной армии, но гораздо лучше подготовлены и экипированы. А так как сражения будут происходить в основном в стане городов и сёл, то именно качество имеет первостепенный характер, нежели количество.

— Меньше двух лет назад уже осуществлялся призыв Родовых гвардий. Его Императорское Величество воспользовался этим правом, когда наша страна состояла в войне с Францией, — покачал головой Демидов. — Начнутся волнения в стане аристократии. Многие вовсе откажут в том, чтобы отправить свои гвардии на восток, так как прошло слишком мало времени между призывами. Боюсь, могут начаться протесты.

— К Михаилу во Франции они присоединились, потому что это была лёгкая и победоносная войнушка! — хлопнул по столу Долгоруков, после чего бросил на меня напряжённый взгляд. Распалился он знатно, но я не стремился гасить его негодование — пусть высказывается. — Риски низкие, награды приятные. Вот никто и не возмущался. Это было время рисовать звёздочки! Сейчас же время доказывать их наличие! Нашему государству угрожает не просто потеря территорий, а полноценное уничтожение или порабощение!

Выслушав своего визави в этом споре, Демидов повернулся ко мне и произнёс:

— Александр Петрович, нельзя призывать к ружью Родовые гвардии, — с надеждой взглянул в мои глаза Евгений Вячеславович. — Это может привести империю к ещё более быстрому краху, нежели бездействие. Нам необходим иной план!

— Нужно! Призыв к ружью в час нужды поможет выяснить среди них недостойных, — не остался в стороне Долгоруков. — Аристократы должны делом доказать, что они в праве таковыми называться. Они в первую очередь защитники, а уже во вторую — привилегированные члены общества. Империя сказала: «Надо!», аристократ ответил: «Есть!».

Министр обороны скрестил руки на массивной груди, откинувшись на спинку удобного стула, а глава Стражи слегка склонился над дубовым столом. Оба замерли, разглядывая моё лицо и ожидая от меня решения.

— Со всем уважением, Евгений Вячеславович, доводы Кирилла Андреевича более уместны. За весь свой жизненный путь я крайне редко встречал аристократов, которые достойны зваться благородными защитниками нашей страны. Большинство встреченных мной кичилось своими статусом, титулом, богатством и положением в обществе, считая простолюдинов чернью, — Долгоруков победно улыбнулся, а Демидов расстроенно поджал губы. — Однако призывать мы станем не всех. Нет смысла трогать Род, у которого в гвардии два человека, и то один из них слепой, второй — калека. В этом случае будет правильным призвать члена этого Рода, если он не единственный. Разумеется, такие Рода будут получать гарантии со стороны империи, что в их отсутствии Род будет находится под защитой государства. Помимо этого, награды будут соответствующими, как и санкции против тех, кто решит отказать империи в час нужды. Вплоть до разжалования и лишения титула, — припечатал я, вызвав весьма неоднозначную реакцию у Демидова и Долгорукова.

— В любом случае на задуманное вами, Александр Петрович, потребуется разрешение Его Императорского Величества, — заявил глава Стражи, на что я кивнул, мол, знаю. — Не уверен, что император решит рисковать стабильностью, ведь, как это было всегда, власть императорского Рода держится в основном на поддерживающей его аристократии.

— Главное, чтобы главные Рода поддержали