Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

Лис не дождался ответа, оглянулся назад.

— Пойдем, — сказал он, — там Влад собирается окно чердачное посмотреть и крышу, надо бы ему помочь.

— Пойдем.

Я выудил из-под обугленных обломков затоптанную красную ленту, удивился, как ей удалось уцелеть в огне, зачем-то сложил, сунул в карман и двинулся к дому первым.

* * *

Ремонт затянулся на два долгих дня. Макс свое слово сдержал. Пригнал местных работяг. Мужики, старательно пряча глаза и шарахаясь от каждого моего движения, сделали все в лучшем виде.

В довесок, в качестве взятки, нам притащили половину задка свиной туши и три десятка яиц. Славка привычно поржал, но от даров отказываться не стал. Сказал:

— Я еще подумаю, какую вам назначить плату.

Сказал всерьез. Стало ясно, что, действительно, подумает.

Вечером мы устроили для себя праздник. Влад намариновал шашлыков. Вика с Верой испекли шарлотку. Открыли Костину банку икры. Перетащили из дома всю выпивку. Я врубил на полную катушку Цоя. Положил на стол бабкину книгу, открыв на странице со светящемся псом. Гулять, так гулять.

Ночью, когда потух костер, Влад изрек, что ему до чертиков надоели эти шпионские игры, выкинул из сарая под яблоню инвентарь, устроил прямо на полу лежанку, утащил за собой Веру, захлопнул дверь. Славка от щедрот предложил подержать свечку, но был неделикатно послан. Проворчал:

— Ну, вот, так всегда… Кому-то везет.

С тоской посмотрел на Вику, на меня, махнул рукой и приказал:

— Шагом марш спать, шаманы. Отдыхать пора. Утром будем убирать.

А утром приехал Костя. Совсем раненько, стрелка часов едва перевалила за шесть. Он мялся на пороге, теребил в руках пакет. Я не выдержал:

— Что там?

Куратор криво улыбнулся.

— Взятка. Не прилично как-то с пустыми руками.

Пакет я у него отнял, показал рукой на кухню, сказал:

— Пойдем туда. Посидим тихонько, ребята еще спят.

Он помотал головой.

— На улице лучше.

— Тогда погоди, оденусь хотя бы.

Костя кивнул, неслышно вышел. Я быстро накинул ветровку, напялил джинсы, вдел ноги в кроссовки. Пакет оставил на столе. Когда выглянул на крыльцо, увидел, что гость мой стоит тут же у дверей, курит, бесцельно глядя перед собой. Вид у него был до страшного отрешенный.

Я закрыл дверь, встал рядом, взял из протянутой пачки сигарету, затянулся и спросил:

— Ты чего так рано?

— Представляешь, — на меня он не смотрел, — никогда не думал, что это будет так. Столько раз под смертью ходил. Столько раз обманывал ее. А она меня догнала тут, в мирной жизни.

Костя щелчком отправил сигарету за перила, резко обернулся.

— Страшно мне! Страшно умирать. Я же всю ночь не спал, дождаться не мог.

Я вздохнул. Умирать не хочется никому и никогда. Я пробовал целых два раза. Паскудное дело, ничего хорошего. Моя сигарета прогорела почти до самого фильтра, я отправил ее следом за Костиной, шагнул на ступени:

— Давай, посмотрю.

Костя вздрогнул, распрямился, замер передо мной. Я закрыл глаза. Странно это — смотреть с закрытыми глазами? Не находите? Но получалось именно так. Я видел его как на негативе, словно глаза мои стали рентгеном. Ощущение было весьма непонятным, раньше все выглядело не так.

Что случилось за прошедшие два дня? Пожар, смерть Соломона, наведенное дуло ружья что-то сломали во мне. Дар стал ярче, сильнее. Я ощущал его на кончиках пальцев. Я мог им управлять. И я четко осознал, что мать Валерки была неправа. Дар мой вполне способен навредить. Правда, умение это пока не проснулось, не сформировалось полностью. Но оно непременно придет. Позже. Не скоро. И мне от этого открытия стало страшно.

Наверное, у меня изменилось лицо. Костя шумно вдохнул, почти выкрикнул:

— Что там? Все плохо? Говори, как есть. Не надо врать.

Голос его ударил по мозгам. Я поморщился, прикрыл ладонями уши, отстранился.

— Не кричи, все нормально.

— Прости…

Он сбавил обороты.

— Просто, ты так долго молчал, и лицо у тебя было такое… Я испугался.

— Дай закурить.

Я протянул руку, получил новую сигарету, набрал полные легкие отравы и выпустил в небо дымную струю.

— Нормально все у тебя. Операцию, конечно, делать придется. Новое легкое, сам понимаешь, я тебе не отращу. Но и с одним прекрасно живут. Не растет больше опухоль. Замерла. И не будет расти. Я чувствую.

— Значит, жить буду.

Он блаженно улыбнулся, выудил из кармана пачку, вручил мне.

— На, мне они больше без надобности. Завязывать надо с этим делом.

Я понимающе улыбнулся. Сгреб пачку, собрался убрать в штаны и вдруг нащупал там вчерашнюю ленту. В голове появилась шальная мысль — эффект плацебо никто не отменял. Вдруг, это поможет? Вдруг подстегнет силы организма. Люди совсем не знают, на что способны.

Я вынул ленту, положил на крыльцо, прихлопнул ладонью.

— Меняю. Это тебе, оберег, талисман, называй как хочешь. Уцелела же она каким-то чудом в огне. Не сгорела. Носи с собой.

Он воспринял мои слова совершенно серьезно. Взял ленту, свернул ее аккуратно рулетиком и убрал в нагрудный карман, поближе к сердцу, поближе к больному месту. Сказал с чувством:

— Спасибо. — Потом огляделся и наконец-то заметил перемены. — А что тут у вас произошло?

* * *

Рассказ мой Косте совсем не понравился.

— Ты хоть понимаешь, что это не стоит так оставлять?

— Понимаю. И поверь, они уже напуганы. Люди бы их так не испугали. Никто сюда больше не сунется.

Он сплюнул.

— Да я не про местную публику. Я про здешнего участкового. Думаешь, этот гаденыш не знал, что затевается? Думаешь, был не в курсе?

— Догадывался, вероятно. Просто струсил, предпочел уехать потихоньку, чтобы никто не смог его притянуть.

— Он мент!

Костя, был возмущен.

— Он должен был это остановить.

Я махнул рукой.

— Хрен с ним. Что было, то было. Сейчас уже поздно что-то менять.

— Не поздно. Ты как хочешь, а я Льву все расскажу, пусть разберется по своим каналам.

— А этот ваш Лев, он что такой всемогущий?

Костя помолчал. Было видно, что колеблется, раздумывает, сказать или нет. В конце концов, взял меня за молнию на куртке, произнес:

— Сергей, слушай внимательно, больше я тебе этого не скажу.

— Да?

— Никогда не переходи Льву дорогу. Он не умеет прощать. И да, возможности у него куда круче, чем ты можешь себе представить. Если он решит от тебя избавиться, тебе ничто не поможет, даже твой дар. Ты меня услышал?

Я снова повторил:

— Да.

Только интонация была совсем другой.

Напоследок Костя вытащил из кармана бумажку, протянул.

— Прочти, запомни и сожги. Не надо, чтобы Славка видел. Он слабый, хоть и пытается казаться