"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

(имени которой Данан в упор не помнила, а остальные и не знали) вывела их далеко за пределы городских стен незадолго до полудня, сказала, всучила ключ от ордовирной колодки и оставила на произвол здравого смысла. Еды у них было дня на два с половиной, может, на три или еще чуть больше, если Фирин поторопится убраться, куда двигался изначально. Про то, что к Кадфаэлю из Талнаха стало не пробиться, Данан благополучно промолчала (сперва по непонятным причинам, а потом из недоверия к правдивости этих сведений). Впрочем, куда бы ни держал путь эльфийский колдун, уговаривать он себя не заставил. Он не стал прощаться со всеми, только кивнул и скупо пожелал удачи. Потом отозвал в сторону Данан и сказал:

— У меня есть дела в свободных городах, которые я не могу игнорировать или отложить.

Вопреки ситуации, в голове Данан вдруг прозвучал насмешливый голос:

«А по тебе и не скажешь». — И вроде голос собственный, но интонации — как у Стенна.

— Но, если мне удастся закончить их живым, я вернусь к вам. Думаю, телемант моего опыта, будет вам к месту. — На памяти Данан он впервые улыбнулся — так, словно прежде ему улыбаться не приходилось, скомкано дернув углом рта.

— Да. — С этим было глупо спорить. — Только как ты нас найдешь?

Фирин сделал это снова — кособоко усмехнулся.

— Телеманты ведь неплохо чувствуют магию. Таким как я трудно потерять из виду таких, как ты. — Он взглядом указал на её руку в амниритовой перчатке, поверх которой по-прежнему сидела ордовирная колодка-браслет. — А уж собственные чары я везде распознаю, — добавил эльф и взял Данан за другую, свободную руку. — Я лечил тебя и, в некотором смысле, сдерживал. Если позволишь, я оставлю на тебе несколько долговременных печатей щитов и исцеления. Тебе пригодится в странствиях, а мне легче будет найти вас, если выпадет шанс. В конце концов, это общая ноша для всех нас — Пагуба. И если бы я мог игнорировать то, что зовет меня в Кадфаэль, я бы остался.

— О, Борво бы очень расстроился, ведь это значило бы, что еда, которую нам выдали, закончится быстрее. — И все-таки компания гнома пробудила в ней повадки, которые когда-то были свойственны прежней Данан Таламрин, той самой, которая, отплевавшись от чародейского обучения Дома Кошмар, сошлась с Клейвом накоротке.

Фирин взял Данан за руку и, сосредоточившись, наложил несколько печатей вдоль женского предплечья. Данан мало смыслила в магии дома Чар, но не предполагала, что можно накладывать щиты подобным образом. Прогревающие, целебные, восстанавливающие печати — да, потому что это заклинания долгого действия, и они работают, пока печать не истает. Но вот чтобы наложить в виде печати щит, который должен сработать когда-то потом, в нужный момент… Данан, в душе восхищаясь, качнула головой — этот Фирин, должно быть, выдающийся телемант. Почему она не слышала о нем прежде?

— Я думала, так могут только артефакторы, — протянула она, наблюдая, как серебристый узор, ложась, безболезненно впивается в кожу.

— И только с предметами, да? — усмехнулся эльф. — Магия гибче, чем ты можешь представить.

Данан не стала спорить: судя по всему, эльф живет давно, и опыта у него намного больше. Стоило поверить.

Фирин, закончив, молча задержал взгляд на лице чародейки — вдумчивый, почти мудрый. Данан стало не по себе. Она отчетливо поняла, что у мужчины напротив должна быть не моложавая внешность, а борода до живота и густые белые брови.

— Рыцари-чародеи когда-то сами были великим орденом, — сказал эльф. — Жаль, что сегодня вас практически не осталось, а тем, кто еще есть, постоянно достается слишком непростая судьба, чтобы они дожили до глубоких седин. До встречи, чародейка Данан.

— До встречи, Фирин… Недотрога.

Эльф прищурился, но и только.

* * *

Королева Хеледд сидела во главе тронного зала, в высоком кресле, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. Ей не оставалось ничего большего в происходящем фарсе, учиненного отцом. По бокам, ниже королевского помоста, расселись представители Королевского Секвента, неизменно составлявшие совет государя. Несколько стратиев вернулись с Буйного Берега, и теперь один из них докладывал о событиях.

Новости были неутешительными.

Заслушав рапорт, королева степенно кивнула, сообщила, что передаст все сведения отцу (который, разумеется, будучи тоже стратием, ни при каких обстоятельствах не мог присутствовать на заседаниях королевского совета), и уже он соберет военный совет.

— Ваше величество! — военный взвился с места, размашисто зашагав в сторону королевского кресла. Встрепенувшаяся стража остудила его пыл ровно настолько, чтобы он замедлил шаг, но справедливый огонь в глазах вояки не угас.

— Мы не можем ждать, пока ваш отец соберет совет и предпримет хоть что-нибудь! Действовать нужно сейчас!

— Как действовать? Послать туда остатки наших войск в помощь тем, кто не захотел уйти, не взирая на приказ стратия Молдвинна, их законного лорда?

— Стратий Молдвинн, — твердо и явно сдерживаясь от ругательств проговорил еще один военный, прибывший вместе с докладчиками, — велел нам бросить свои дома на потребу парталанцам. Земли, скот, кров — все отдано врагу по милости вашего отца!

— Следи за языком, солдат, — осадила королева.

— При всем уважении, леди Хеледд, — заговорил август Диенар, возрастом без малого в сорок зим, с твердым, как базальт, нравом, и такого же цвета глазами на вырубленном, пятиугольном лице, — он прав.

Внутренне подобравшись, Хеледд перевела глаза на Диенара. Дерзкий! Тело Драммонда едва остыло, когда именно Диенар первым назвал её «леди Хеледд». Больше никаких «моих королев» или «ваших величеств». Прочая знать еще держалась традиции, но Королевский Секвент безвозвратно осмелел.

— Вместо того, чтобы защищать вверенный ему надел, ваш отец отдал его на поругание врагу. А надел, миледи, это не только земли и кров — это люди, которых он бросил.

Хеледд сощурилась: можно подумать, все августы — знатные святоши да праведники.

— Вы хотите в чем-то обвинить стратия Молдвинна?

— Я хочу сказать, что полагаться на него в военных вопросах сейчас очевидно нельзя.

— Стратий Молдвинн пожертвовал родным краем и собственным домом, чтобы бросить к столице все силы и укрепить наши позиции здесь, потому что знал: войска, стянутые у Буйного Берега, были недостаточны и слишком плохо защищены, чтобы отбить вторжение парталанцев. В столичной крепости у нас хотя бы есть шанс.

— Войск было недостаточно? — безотчетно шепнул стратий Хеулог, до глубины пораженный лицемерием выдуманной лжи. И прежде, чем он нашел хоть какое-то обличающее слово, взвился август Вектимар.

— Так их и не стало больше! В бою с