Погоня за судьбой - Ди

— Да-да, я знаю, после той истории с рипером отношение ваше к такого рода представлениям довольно настороженное, но не будем спешить и делать преждевременных выводов! Итак, мужики и дамы, поприветствуем цирковой коллектив из Дечина! Прошу!

Мужчина сделал жест рукой и скрылся за кулисой, а с противоположной стороны стройной шеренгой на сцену вышли… куры. «Куры?! Нет, скорее, куропатки…» Крошечные коричневые гребешки, короткие светлые пёрышки, выдающиеся вперёд грудки, строевая походка, отточенные движения… Птицы промаршировали в центр круглого светового пятна и выстроились в идеально ровную цепочку. Я насчитала десять птиц.

Заиграла задорная музыка. Бешено вращая глазами, куропатки разбились на пары и принялись танцевать какой-то странный танец — не то польку, не то галоп. Они высоко задирали пятки с небольшими шпорками, сгибали лапки в коленях… «В коленях?! Это что, ещё одна галлюцинация?»

Я ущипнула себя за шею и айкнула от боли. Ничего не изменилось — зал задорно шумел, мужчины хохотали, пара женщин в другом конце зала хлопали в ритм, а куропатки весело отплясывали, меняясь парами, кружились, двигаясь то вперёд, то назад, взмахивали крыльями и подлетали в воздух.

Мне вдруг стало безумно весело, я смеялась и рукоплескала вместе со всеми, будто ребёнок. В какой-то момент я обнаружила, что стул рядом со мной пустует, Капитана не было, но мне было всё равно — я ликовала.

Из-за кулисы неторопливо выкатилась тележка с ярко-красными кольцами — вертикальным и горизонтальным. Куропатки тем временем закончили танец и принялись выполнять акробатические этюды. Они подбрасывали друг друга в воздух, активно подмахивая крыльями, исполняли «колесо», сальто и другие пируэты. Становились друг другу на то, что можно было назвать плечами, и забрасывали друг друга в кольца, словно баскетбольные мячи. Ходили по тонкой перекладине, перекидывались небольшим мягким шариком…

Так продолжалось минут десять, затем весёлая музыка стихла, птицы выстроились в шеренгу и отвесили низкий поклон. И только сейчас я обратила внимание, что у них на маленьких головках на фоне розовой кожи чернели какие-то пятнышки. Нейроинтерфейсы.

Из-за кулис вышел давешний конферансье и возвестил:

— Прошу приветствовать нейротехника циркового коллектива! Он же — художник декораций, он же — директор труппы, он же — бухгалтер, он же… В общем, многорукий Шива — Доминик, повелитель птиц!

На сцене появился щетинистый лысеющий мужчина средних лет. Он держал в руке явно кустарный пульт, будто слепленный из разных кусков, и смущённо улыбался. Зал взорвался аплодисментами, а мужчина с благодарностью приложил руку к груди, нажал одну из кнопок, и куропатки отдали ещё один поклон. Я восторженно спросила у случайного соседа по столу:

— Это что же, он прошивает птиц нейрами и управляет ими дистанционно?!

— Управлять несложно, — махнул он рукой. — А ты попробуй напиши программу, по которой все эти клуши будут друг с другом взаимодействовать, да ещё и так ловко! Здесь настоящий талант нужен!

— Доминик, между прочим, наш бывший земляк! — воскликнул ведущий. — Новой Венеции есть кем гордиться!

Сияющий Доминик вновь поклонился и скрылся за кулисами, следом за ним укатилась платформа с препятствиями, и ровной шеренгой ушагали куропатки.

— А теперь — всеми любимые гонки! — объявил конферансье. — Приглашаю на сцену нашего постоянного участника, Ингвара!

На подмостки грузно взобрался пожилой толстяк в болотных сапогах, безразмерном дождевике и в нелепой красной бейсболке с прямым козырьком. Конферансье приобнял его, повернулся к залу и воскликнул:

— Ингвар, мы все, как всегда, выбираем тебя! Ты будешь отстаивать честь заведения! Теперь… Нужен доброволец из зала! С деньгами, разумеется!

Пока Ингвар, пыхтя, приходил в себя после подъёма на сцену, вокруг в воздух взметались руки. Взрослые мужики, словно дети, вскакивали с мест и кричали: «Я! Я хочу!» Это выглядело чрезвычайно забавно, и я прыснула со смеху. Ведущий тем временем ткнул рукой куда-то в зал, и молодой крепкий парень с простым добродушным лицом вышел под свет софитов.

Конферансье скрылся за кулисами и тут же вынес оттуда пару пультов. На стену сверху опустилось массивное белое полотно, на которое проектор под потолком уронил изображение. На экране возник испещрённый линиями стол, сбоку в кадре лежала чья-то волосатая рука. Рука спешно исчезла, камера дала приближение, и перед взором зрителей развернулся мини-лабиринт, скрытый под прозрачным стеклом. Крошечные проходы, мостики, тупички, маленькие вертящиеся бочонки, под которыми темнел нижний ярус… И у самого входа в этот лабиринт — два больших сизых таракана. Они стояли совершенно неподвижно, едва заметно шевеля длинными усами.

— Ингвара, нашего постоянного участника, публика знает давно, — сказал конферансье и повернулся к молодому парню: — А как зовут тебя, уважаемый?

— Данила, — буркнул тот.

— Откуда ты, Данила?

— Из Западных Котлов.

— Западные Котлы? Это ведь довольно далеко отсюда. Неслабый путь ты проделал, чтобы посмотреть на наш чудесный город.

— Приехал поторговать, — вновь пробурчал тот, будто слова давались ему с трудом.

— И не ошибся. Это лучшее место для торговли! Итак, Данила, у тебя есть деньги? Сколько ты готов поставить на собственную победу?

— Полторы тысячи.

Гость покопался в карманах, достал пачку потрёпанных купюр и отсчитал несколько. Конферансье взял деньги, сунул в карман и воскликнул:

— Что ж, сумма немаленькая! Ставка фиксированная — два к одному. Если тебе, Данила, удастся победить Ингвара, ты получишь двойную сумму. Правила просты — выигрывает тот, кто первым доберётся до финишной черты. Вопросы есть?

— Нет, — ответил Данила.

Ведущий выдал участникам по пульту и громогласно возвестил:

— В таком случае, начинаем!

Раздался звонок, экран разбился надвое, и в центре каждой из половин оказалось по таракану. Поединок начался — насекомые устремились вперёд. Пожилой Ингвар стоял расслабленно, вальяжно, хитиновая спинка его таракана двигалась плавно, не спеша проходила повороты и огибала углы. Он знал, что делает. Данила же, напротив, был сжат, словно пружина. Его мускулистые плечи беспрестанно шевелились, прусак дёргался то вперёд, то назад, его всё время уводило куда-то в сторону, он задевал стены, а самым настоящим испытанием для него стал вращающийся цилиндрик — два раза подряд таракан терял равновесие и падал вниз, под мощную струю воздуха, которая выдувала насекомое обратно к началу лабиринта.

Зрители шумно обсуждали гонку, кру́жки постукивали по дереву столов. Пока Данила пытался сократить безнадёжное отставание от Ингвара, я подошла к барной стойке и заказала зеленоватого пойла, выполнявшего роль местного пива. Сев обратно за столик, я обнаружила Капитана, который был тут как тут — словно и не уходил.

— Доминик, значит, отсюда? — обратилась я к нему. — У вас тут, как я погляжу, кузница кадров в области микроэлектроники.

Капитан молча кивнул. Так вот оно что… Элизабет, техник Доминик, Такасима…