"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

— Договорились.

Он слегка сжал мою руку и потянул за собой к окну. Мы бесшумно отодвинули створку, и в комнату ворвался прохладный ночной воздух, пахнущий морем и цветущим садом. Внизу, под балконом, густо росли кусты и раскидистые деревья, скрывающие землю в тени.

Юноша ловко спрыгнул первым и сразу протянул мне руки. Я, зажмурившись, сползла вниз, ощущая, как сердце уходит в пятки, и в следующий миг оказалась в его объятиях. Он удержал меня, не дав пошатнуться, и отпустил, когда убедился, что я стою уверенно.

Мы пересекли сад почти бегом, лавируя между живыми изгородями, пока впереди не блеснула узкая кромка песка и мерцающая в лунном свете вода. Море дышало прохладой, лениво перекатывая лунное серебро в волнах. Вокруг не было ни души — только мы и рокот прибоя.

Мы остановились только у самой кромки пляжа.

Я опустилась на песок, поджав ноги и обняв колени руками. Ноа сел рядом, глядя на море так, будто искал в нём ответы на свои вопросы. Некоторое время мы молчали, слушая плеск волн и далёкий крик ночных птиц, и это молчание казалось удивительно правильным.

— С днём рождения, Виолетта, — наконец тихо произнес он.

Я повернулась к нему, чувствуя, как на губах сама собой расцветает улыбка.

— Спасибо, что рискнул прийти.

Он замялся, опустил взгляд, а потом полез в карман брюк и вынул тонкую цепочку.

— Я… хотел вернуть тебе это.

Я мгновенно узнала кулон.

— Это же… мой… — растерянно прошептала я, принимая украшение в руки. — Он пропал…

— Я взял его, — признался он без тени вины. — Чтобы немного улучшить.

Я нахмурилась и поднесла подвеску ближе к глазам, только теперь замечая, что внутри вместо привычного прозрачного камня переливается мягким голубым светом другой, незнакомый кристалл. Он казался живым, будто внутри него медленно двигалась вода или свет.

— Ноа… что это? — шепнула я.

— Редкий камень, — ответил он, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Я напитал его своей силой. Он будет хранить тебя: помогать восстанавливать здоровье, притуплять слабость и усталость. Со временем ты почувствуешь.

Я пораженно посмотрела на него.

— Ты… сделал это для меня?

— Да, — просто ответил он.

Он осторожно взял цепочку из моих рук и, не спрашивая, наклонился ближе, застёгивая её у меня на шее. Его пальцы случайно коснулись кожи, и я невольно вздрогнула.

— Он поможет мне… выздороветь? Совсем? — тихо спросила я.

— Поможет, — уверенно сказал он. — Я не стал бы лгать тебе в этом.

Я провела пальцами по камню, чувствуя, как от него исходит едва уловимое тепло.

— Ты вложил в него часть себя? — осторожно уточнила я.

Он усмехнулся.

— Если хочешь — да. Можно и так сказать.

— Спасибо, — прошептала я. — Это… самый важный подарок, который я сегодня получила.

Ноа улыбнулся, и от этой улыбки по коже побежали мурашки. Я поспешно отвернулась, чувствуя, как предательски сжимается сердце. Он, конечно, это заметил — наклонился ближе, пытаясь разглядеть моё лицо в полумраке.

— Я так… боялась этой встречи, — призналась я наконец. — Сама не знаю, почему.

— Ты боишься меня, — сказал он утвердительно. — Это неудивительно.

— Что? Нет, я не боюсь тебя! — поспешно возразила я. — Я… боюсь того, что меня к тебе тянет. Боюсь, что это закончится пепелищем.

— Мне нет смысла тебя обжигать. Ты первая, кто воспринимает меня не как пустоту.

— Пустоту? Почему?

— Я бездушная тварь, — произнёс он равнодушно. — Люди это чувствуют.

— Вовсе ты не тварь, — возразила я. — Но если это продолжится… мы оба пострадаем. Разве это стоит того?

Я посмотрела на него и увидела в его глазах такую глубокую, беспросветную тоску, что мне захотелось коснуться его лица. Лунный свет заострил его черты, ветер растрепал волосы, и в этот миг Ноа казался одновременно несокрушимым и бесконечно уязвимым.

«Нельзя. Это слишком сложно, слишком неправильно», — билось в голове.

Я уже собралась отстраниться, подняться и уйти обратно в свою «золотую клетку», как вдруг Ноа перехватил моё запястье. Он словно почувствовал моё намерение сбежать прежде, чем я успела пошевелиться.

— Останься со мной, — тихо выдохнул он, и в этих словах было куда больше, чем простая просьба.

— В смысле? — растерянно переспросила я, хотя прекрасно понимала, что он имеет в виду.

— Не уходи сейчас.

Я поджала губы, чувствуя, как внутри всё стягивается в тугой узел, и неуверенно кивнула, опуская взгляд на наши руки. Он мягко перехватил мою ладонь, переплёл пальцы, словно боялся, что если отпустит — я исчезну.

— Почему… почему я? — сорвалось с моих губ почти шёпотом. Мне было страшно услышать дежурный комплимент, фальшивый и пустой.

— Не знаю, — признался он после долгой паузы. — Когда ты рядом, жизнь будто другая.

— Другая?

— Ярче, — он кивнул и накрыл мою руку своей, медленно погладив тыльную сторону ладони. От этого простого жеста по телу разлилась томительная дрожь.

Мы долго сидели в тишине, заворожённые мерным рокотом прибоя. В этот момент мысли, которые ещё час назад казались неподъемными, вдруг стали лёгкими. Пока Ноа был рядом, будущее не казалось таким пугающим.

— Пора возвращаться, — наконец произнёс он, вдруг заметно напрягшись.

Я невольно проследила за его взглядом: на дальнем пирсе застыл тёмный силуэт гвардейца. Если я вижу его, значит, и он может заметить нас.

Мы поднялись и медленно двинулись в сторону сада.

— Иди, — шепнула я, когда мы подошли к границе деревьев. — Я зайду через боковую дверь. Не нужно так рисковать.

— Не хочу.

— Что за глупости? — я попыталась придать голосу строгость. — Уже поздно, тебя наверняка и самого ждут дома.

— Да нет у меня никого.

Его слова прозвучали так обыденно, что меня они будто ударили. Я остановилась как вкопанная и обернулась.

— А как же семья? Отец?

— Совсем никого.

Я поджала губы, не зная, что сказать. Не ожидала такой откровенности. Я сама не заметила, как подошла ближе и осторожно коснулась ладонью его щеки.

— Мне так жаль…

— Упускаю что-то важное, верно? — Ноа посмотрел на меня с искренним удивлением, словно не понимал, почему факт отсутствия родных вызывает у меня такую реакцию.

— Семья... это то, на