Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

же всё-таки жук наш товарищ Шипко. Это насколько же надо все просчитать детально, филигранно, чтоб свести меня и Бернеса подобным образом, в подобном месте, при подобных обстоятельствах. Отчего-то мне казалось, наша встреча с Марком — это именно заслуга Панасыча. Пусть через седьмые руки, но тем не менее.

Да, с одной стороны, он многое не мог предвидеть. Слишком до хрена всяких «совпадений» и «случайностей». Но с другой, есть ощущение, что даже эти случайности Шипко предусмотрел. В первую очередь, исходя из того, как поведу себя я в сложившихся обстоятельствах.

Мог ли чекист предположить, что Эско узнает о бриллиантах? Вернее, что о них он узнает от меня. Думаю, да. Драгоценности, спрятанные в Берлине,– самый лучший способ задурить голову начальнику сыскной полиции Финляндии. И, естественно, я им воспользовался. Жажда близкой наживы затуманила мозги Эско Риекки настолько, что он утратил бдительность и ни о чем другом теперь не думает.

Мог ли Шипко просчитать мое знакомство с Мюллером и его интерес? Конечно, мог. Даже на сто процентов просчитал. Клячин ведь не просто так появился на мероприятии и попытался «убить» фашиста.

Единственное, что продолжало удивлять — одна маленькая, скромная деталь, которая вообще казалась максимально неожиданной. Это фрау Марта. Вот ее, чисто теоретически, Панасыч предвидеть не мог. Если только…

А вдруг он заведомо знал о существовании данной особы, о некой связи, имеющейся между немкой и моими родителями? И еще…получается, Панасыч понимал, что о немке знает не только он, но и узнают фашисты. Это — вопрос очень скорого времени. Естественно, как только Мюллеру сообщили мое имя, он по-любому пробил по всем возможным каналам, кто такой Алексей Витцке.

Просто так явится и сказать, здравствуйте, я беглый шпион — мало. Немцы просто обязаны были проверить всю информацию. Значит, фрау Марта являлась тем элементом, который Панасыч тоже учитывал. То есть, как я и думал, немка играла, играет и будет играть немаловажную роль. Осталось только выяснить, какую именно. Хотя, опять же, скорее всего с точки зрения Шипко я Марту должен знать. Вернее Алексей Витцке ее должен знать. Как минимум, помнить.

В общем, риски, конечно, были. Чуть влево или вправо от запланированного Шипко сценария я мог отклониться, но основное действо один черт шло по намеченному им пути.

Вот теперь — Марк.

Когда я увидел его, несчастного и смущенного, пытающегося объясниться с персоналом ресторана, сначала в первые секунды настолько обалдел от радости, что не сразу понял — идет какая-то игра, какой-то спектакль. Естественно, главная роль в этом спектакле была не у официантов.

Во-первых, Бернес выглядел очень, очень скромно, практически бедно. Этакий обнищавший интеллигент. Во-вторых, он вел себя как сирота казанская. Буквально готов был пустить слезу.

Официанты, количество которых увеличилось до трех, подпихивали Марка к выходу, он в ответ что-то говорил им несчастным, виноватым голосом, но при этом сдвинуть его с места у кёльнеров не получалось.

— Бедный парень… — Высказался я грустным голосом. — Видимо, его сочли недостаточно подходящим для данного места.

— Да… — Фрау Марта, нахмурившись, как и я, наблюдала за тщетными попытками персонала выпроводить Марка из ресторана.

Из всех присутствующих только мне было очевидно, насколько сейчас Бернесу весело. Марк просто-напросто откровенно развлекался, издеваясь над официантами.

Он вроде бы не двигался особо с места, не сопротивлялся, но при этом ускользал из рук официантов, как самый настоящий хитрый карась. Тут — плечом повел, тут — чуть развернулся, тут — футляром невзначай задел одного из кёльнеров, а второму вообще ткнул в колено.

Поэтому трое вполне взрослых мужиков топтались на месте, хватали Марка за руки, но при этом вообще не понимали, что за чудеса такие происходят. Почему они его вроде бы куда-то двигают, однако он, вот ведь удивительное дело, остаётся на месте. Хотя сила и преимущество явно не на стороне этого худого, скромного парня. А парень просто очень грамотно использовал навыки, привитые нам Молодечным.

Видимо, схватить проходимца за шиворот и дать ему пинка под зад официантам не позволял внутренний устав заведения. Все-таки не забегаловка какая-то, а приличный отель с репутацией. Гостям сильно не понравится драка или скандал.

— Посмотрите, какой он худой, бледный… — Я покачал головой. — Жаль парня. Явно голодный. Вон, со скрипкой… Он, может, хотел заработать себе на кусок хлеба… Денег-то явно у бедолаги нет. Да уж…А ведь где-то сидит его мать и не знает, что ее сына сейчас выкинут на улицу. Хотя… Он скорее похож на сироту. Гляньте, какой несчастный у него вид. Мой ровесник где-то.

Фрау Марта тяжело вздохнула, а затем решительно поднялась, отодвинув стул в сторону, и направилась к официантам.

Около пяти минут она что-то тихо им вычитывала. Потом один из официантов резко стартанул куда-то, но достаточно быстро вернулся с управляющим. С тем самым, который был другом немки.

Судя по не очень довольному выражению лица этого гражданина, облаченного в костюм-тройку темно-серого цвета, он факту дружбы с Мартой уже был не рад. Мало того, сама таскается, так еще теперь просит пустить за столик какого-то нищеброда. Все это я вполне легко прочел по круглой, лоснящейся физиономии управляющего.

Моя спутница явно собиралась пригласить Марка в нашу компанию. И, конечно же, это было именно то, что мне нужно. К такому решению я ее и подталкивал. Возможно, с моей стороны не очень красиво пользоваться слабым местом фрау Марты — ее воспоминаниями о сыне. Но… Извините, мне так надо. А я уже понял, что Альфред — отличный рычажок давления на немку. Тем более, судя по ее обрывочным рассказам, которые и рассказами назвать сложно, сын Марты был одного со мной и Бернесом возраста.

В любом случае, недолгие переговоры закончились безусловной победой немки. Спустя еще пять минут она уже вернулась к нашему столику с довольным лицом. Следом за ней топал Бернес, который крутил башкой по сторонам, всем своим видом демонстрируя восхищение и растерянность. Он словно не мог поверить удаче, свалившейся ему на голову в виде мягкосердечной немки.

— Вот, Алексей, познакомься, это — Марк. — Фрау Марта кивнула в сторону Бернеса. — Марк Ибриан. Ты совершенно был прав, оказывается он — музыкант и пришел сюда в поисках работы.

— Алексей. — Я приветливо улыбнулся Бернесу. — Алексей Витцке. А вы? Извините, не могу сообразить, ваша фамилия, какого она происхождения?

Вообще, мой интерес был вполне искренним. Просто Марк, он как бы — Либерман. Германия сейчас не лучшее место для