Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин

— Как тебя зовут, женщина? — наиболее простыми словами попытался спросить я, на что на меня уставились, явно не понимая сказанных мною слов.

— Саша, давай лучше я. Тебе ещё предстоит научиться тому, как общаться с противоположным полом, — предложила Кей и целеустремлённо направилась к девушке, застывшей в входных дверях.

— Так-то я женат. Дважды! — отметил я, однако демоница на это даже ухом не повела.

Подойдя практически вплотную к представительнице иного мира, Кей начала говорить с ней практически шёпотом. Полагаю, она ещё умудрилась скрыть от меня диалог с белокурой девицей, дабы я не подслушал женских тонкостей. Признаться, вокруг происходил какой-то сюр, а я был его прямым участником. Вместо того, чтобы зайти в дом, так сказать, «с ноги», мы стоим на пороге и пытаемся уговорить, должно быть, хозяйку этого дома, чтобы та нас впустила внутрь. И всё из-за того, что она была почему-то дорога лежащему без сознания Романову. Настолько, что тот предпочёл сидеть в Заповеднике, обустроив переход в Рифт вместо того, чтобы вернуться к своим жене и детям.

В какой-то момент я почувствовал отток энергии из своих источников в сторону ядра кицунэ. Очевидно, красноречие Кей точно также, как и моё, дало сбой, и демоница приступила к ментальным практикам. Всего бы ничего, но с каждым мгновением поток энергии, шедший к хвостатой, увеличивался. Я боялся представить, чего же такого там готовит кицунэ, чтобы пробиться в голову белокурой девицы, имя которой нам всё ещё не было известным. Мне, понятное дело, энергии жалко не было, однако такими темпами я через две минуты слягу с энергетическим истощением.

«Ты что творишь, морда блохастая? — воскликнул я мыслеречью. — Она же наши истощённые тела заживо похоронит. Ей даже цветы нести нужды не будет, она просто над нами собственный сад создаст, так сказать, в назидание.»

«Я экспериментирую!» — было мне ответом.

«Что конкретно ты пытаешься сделать? — напрягся я. — Последние твои эксперименты закончились крайне неприятным образом.»

«Пытаюсь научить эту белобрысую красавицу русскому языку, а ты мне мешаешь, — продолжила пояснять Кей уже раздражённо. — Представь, какой объем знаний сейчас попадает в голову этой юной особы. Одна ошибка, и её неподготовленные мозги, которые не поддерживаются Печатью Концентрации, мгновенно сгорят.»

От того, чтобы спросить, можно ли так вообще, я воздержался, дабы не отвлекать демоницу от её попытки закачать знания русского языка в голову дорогого Романову-старому человеку. Наоборот, вместо этого я закинул в себя несколько Пилюлей Восстановления, чтобы действительно не словить энергетического истощения.

Свои манипуляции Кей проводила ещё около получаса, в течение которого мне приходилось постоянно подпитывать себя алхимией Прета. Сказать, что это было изнурительным занятием, — ничего не сказать. К концу накачки белокурой девицы знаниями я был выжат как лимон и хотел прилечь на деревянное покрытие крыльца рядом с Волковым и Романовым, чтобы в дальнейшем забыться в царстве Морфея.

— Готово! — громко воскликнув, Кей привела меня в чувства, вырвав из прострации.

Поднявшись на ноги, я подошёл ближе к кицунэ и молодой девушке. Внешний вид их было немногим лучше моего. Я бы даже сказал, что моей хвостатой помощнице досталось куда больше, нежели мне: её уши и хвосты безвольно опустились вниз, а из глаз пропал тот задорный огонёк, который был неотъемлемой частью моей кицунэ. Похоже, демонице понадобится отдых после её очередного эксперимента.

— Ну что, дорогуша, теперь объяснишь нам, что здесь вообще происходит? — устало, без всякого энтузиазма, спросила кицунэ у белокурой девицы.

— Пока вы не разбудите Михаила, я вам ничего не расскажу! — заявила девушка и замерла, удивившись самой себе и тому, что может изъяснять свои мысли на русском языке, как и понимать их. Она даже рот прикрыла ручкой.

Устало взвалив тело Романова себе на плечо, а Волкова по старинке схватив за ногу, я направился внутрь здания. Девушка опять хотела было преградить мне дорогу, однако в моём взгляде она прочитала нечто такое, отчего решила не учинять мне препятствий. И правильно сделала, ведь я уже изрядно подустал от творящейся здесь вакханалии и попросту вырубил бы девицу, чтобы затем привести её в чувства одновременно с Романовым.

Внутри дом выглядел весьма скудно. Никаких излишеств. Из мебели в большой комнате, занимавшей половину территории сруба, был один диван и пара кресел, которые пропавший император явно притащил из нашего мира. На диван я сгрузил тело прошлого императора, когда тушку представителя Сибирских Волков принял решение оставить у входа в здание, предварительно припечатав его своим Даром, дабы тот не проснулся раньше положенного.

— Ну же, старик, просыпайся, — безучастно буркнул я, приземлившись в одно из кресел и вперившись взглядом в заворочавшегося на диване Романова.

Тот словно почувствовав, что всё самое интересное позади, медленно открыл глаза, уставившись в деревянный потолок, состоящий из того же бруса, что и весь дом. Недолго погодя, Михаил осознал, где он находится, отчего одним резким движением принял положение сидя, чтобы в следующую секунду оказаться в объятиях беловолосой девушки.

— Романов, тебе придётся изрядно постараться, чтобы объяснить мне то, по какой причине тебя сейчас крепко обнимает молодая девка при наличии жены и пятерых детей, — хмуро заявил я, глядя на милую картину, что развернулась перед моим взором.

— Михаил, у тебя есть жена и дети? — с огромным подозрением в голосе спросила девушка, отстранившись от Романова.

Глава 14

— Александр! Всё не так, как выглядит со стороны! — попытался было оправдаться пропавший император, однако его подруга уже подбоченилась и готова была сорваться в раж.

— Это ты будешь Анастасии и своему сыну, Михаилу, втирать, — отмахнулся я устало. — Сейчас тебе следует тщательно подобрать слова. Пусть с семьёй Романовых у меня не самые тёплые отношения, но знание того, что глава их семейства не просто пропал без вести в Великом Рифте, а фактически нашёл себе в нём новую пассию и уже успел заделать очередного ребёнка, станет для императорского Рода колоссальным потрясением. В текущие времена, когда Российская империя стоит на грани краха и раздробленности, я, пожалуй, готов взять на себя ответственность, как Канцлер, и избавиться от вас здесь и сейчас, нежели подвергать империю очередным шатаниям, — мой голос был спокоен, как ствол могучего дуба в молодом лесу.

— Александр! — чуть было не завопил Романов. — Никого я не находил и никого не заделывал! Мать этой чудесной девушки фактически спасла меня. После финальной битвы в Великом Рифте, когда мы закрыли все смежные аномалии, а также разбили колоссальные якорь-сферы, я оказался выброшен через