Два в одном: Во все тяжкие - SecretKeeper

class="p1">Неожиданно откуда-то сверху-справа раздался звук бьющегося стекла, и на пол упали три небольших предмета… гранаты! Я даже опомниться не успел, как рука дернулась на рефлексе, жест и формула невидимой стены сработали сами собой! Но это не помогло, потому что через мгновение гранаты взорвались, озарив все вокруг ярким светом, ослепив сильно вдарив по ушам. Я рефлекторно вскрикнул и зажмурился, закрыл уши ладонями… и в помещении начался переполох. Звуки ударов, короткие очереди выстрелов, осколки и крошка летят в разные стороны. Я сжался в позу эмбриона и забился подальше под стену, надеясь, что меня не прошьют шальной очередью. О невидимой стене я даже не подумал, когда откатился в сторону — скорей всего она спала, так как для ее поддержания нужно удерживать жест рукой. Откуда-то я это знал…

Когда наконец шум и гам прекратились — меня рывком подхватили за руки и грубо поволокли по грязи, и ступенькам наверх, колотя о каждую попавшуюся задницей, и запихнули в приоткрытую дверь небольшого буса…

* * *

Руки мне сковали за спиной наручниками, пальцы обмотали скотчем, лишив их подвижности.

— Ну наконец-то, попался, — произнес уже слышаный мной ранее голос. Кажется, к этому человеку обращались по имени Алкинус. — Какой же ты оказался проблемный, сученыш… Обыскивали его? Подвал внимательно обшарили на предмет… необычных устройств и оружия? — спросил он у своих шестерок.

— Все проверили. Ничего нет. При нем был только телефон, корпоративная банковская карта Сирогане, ключи… Еще часы на руке, но они обыкновенная механика…

Часы? Сердце в груди бешено заколотилось. Руку все еще сдавливал ремешок… Часы! Это же маяк! Во я дебил! Надо только дотянуться до колесика…

— Часы? Уверен, что это не замаскированный электротехнический гаджет или… прототип? С последними данными…

— Уверен. Да и они разбиты вдребезги, так что…

Надежда угасла тут же. На всякий я кое как повернул руку в наручниках за спиной уткнулся пальцем, замотанным в скотч, нащупал колесико и несколько раз надавил… колесико не нажималось, так как было деформировано и, похоже, заклинено. Еще и палец поранил о разбитое стекло… дерьмо.

— С телефоном что?

— Едет в мусоровозе, уже почти в противоположном конце города, скоро на свалке окажется. Это надолго собьет со следа если что.

— Отлично… Мне вот интересно, как он еще до сих пор держится после такой дозы… Отвечай, вонючий сученок! От дозы яда в твоем теле тебя должно сейчас наизнанку выворачивать. Я думал придется дать тебе замедлитель, но ты слишком живой и активный, еще и умудряешься огрызаться! Как?

Сглатываю, закрываю глаза, стараясь не перенапрягаться. Отвечаю спокойно:

— Это только кажется… меня срубает, а в животе словно ножом елозят… Как вы меня отравили? И чем?

Сидевший напротив тип загыгытал, скорчив довольную рожу.

— Скажи спасибо своей милой и сговорчивой подружке… знаешь, сколько мы ей отвалили за содействие?

Качаю головой, закусывая губу.

— Ты врешь. Она не могла. Да и как? В кофе подсыпала? Так она сама его отхлебнула при мне! — Здоровый тип заулыбался еще шире. — И она бы не согласилась ни за какие деньги…

Окружающие бандиты переглянулись и мерзко засмеялись, все кроме самого старшего рыжебородого мужика, смотрящего на меня с явным желанием выпустить кишки.

— Хочешь узнать, сколько стоит твоя шлюшка-подружка и ее верность? Всего то полтора ляма. Если будешь послушным, сученыш и каким-то чудом выживешь — получишь убойные доказательства.

— Даже если и так… вы ее запугали до смерти… Просто за деньги она бы не согласилась. Я не настолько тупой…

— Тупой! Еще какой тупой, — снова заржал накачанный парень весь в татушках, но рыжий мужик щелкнул пальцем и тот затих.

А во мне проснулась злость. Интересно, насколько они уверены в том, что это сойдет им с рук? Пощупать их страх? Попробуем…

— Ну хорошо, возможно, я самую чуточку туповат, раз дал себя поймать так легко. Зато вы все — трупы. Я сейчас разговариваю с мертвецами… — ухмыляюсь, стараясь не показывать гложущее меня изнутри чувство страха.

— Что ты несешь! — Алкинус брезгливо бросил окурок в окно.

— Что несу? Вы напали на слугу рода Сирогане. Прекрасно понимая, что это нарушение перемирия. Я уточнял у Китсу-но-ичи Сирогане что это за договор, что запрещено, и главное — что будет с нарушителями. С момента, как вы напали на меня и моих друзей — вы вне защиты своих, и останетесь с Сирогане один на один. Факт нападения скрыть вы не сможете, вокруг камеры, кто-то что-то да видел… всех свидетелей не уберешь и следы не потрешь. Вам конец, — сделал я вывод, стараясь говорить максимально уверенно. — Однако, этого еще можно избежать… Остановите машину, высадите меня. И я не стану выдвигать обвинения. Более того — возьму прототип и помогу вернуть когнитивность Никеасу и его шестеркам…

Алкинус глянул на меня, и мне даже показалось, что всерьез задумался. Затем покачал головой.

— Ты пытаешься торговаться без козырей на руках, и считаешь нас глупее себя, щегол малолетний? Думаешь, что хитрее и умнее всех вокруг? Когда-то и я мыслил схожим образом… думал, что умнее всех… Даже жаль тебя, немного…

Он достал из кармана телефон, что-то пощелкал на экране, и включил погромче.

«Я тебе верю, просто как ты сможешь без прибора… Да нет никакого прибора! Я сам и есть прибор! Что? Что слышала… потом объясню, пошли давай!»

Я с большим трудом сдержал покер-фейс.

— И что? Мне нужно было что-то сказать тупой перепуганной бабе…

— У нас есть все записи самых интересных моментов, касающихся тебя. Ваша потасовка в университете, запись с камер в кафе, и запись камер наблюдения дома Градова — тоже.

Сердце пропустило удар, но я старался не показать тревоги.

— Допустим. И что?

— Ты не используешь никаких прототипов, приборов и вообще технических средств. По крайней мере — ничего похожего при тебе нет. Значит, либо какая-то мутация, либо, что наиболее вероятно — имплант. Я уже понял, что перед каждой атакой по мозгам тебе нужно указать пальцем цель. Значит, пока ты связан — ты не опаснее младенца. Оставим пока за кадром как тебе удается делать все эти фокусы…

— И тем не менее — если согласитесь — я готов сотрудничать. Я уберу психосоматическую блокаду, которая держит их в состоянии овощей. Добровольно. Решайтесь…

Рыжий снова покачал головой.

— Не убедил. И что касается второй затронутой тобой темы, а именно — перемирие с Сирогане… ты прав, это серьезное препятствие для нас. Мы не можем навредить тебе, твоим друзьям, вашим родственникам, даже дальним…

— Тогда что я здесь делаю? Вы сейчас удерживаете меня