Газлайтер - Григорий Володин

Рядом, уперев руки в бока, стоит Ледзор. Лицо у него довольное.

— Это я научил змееволосого, — гордо сообщает. — Женихаться помог! Объяснил, как за девушками ухаживать. Счас подарит снеговика Змейке.

— Ох, зря ты влез в их отношения, — качаю головой.

— Да нет, всё путём будет, хо-хо, — уверенно отвечает он, не меняя позы наставника.

И буквально через секунду судьба решает опровергнуть его. Мимо проходит Змейка. Горзул, расправив плечи, выкрикивает ей:

— Подаррок, фака! — и с гордостью указывает на снеговика. — Это ты, самка!!!

Змейка не останавливается. Подходит. Смотрит на снеговика, на кастрюли-груди, потом резко хватает Горзула за змеиные волосы. И резко вбивает его мордой в снеговика.

Он остаётся торчать ногами вверх из снежного живота. А Змейка, сплюнув, уходит.

Силы Змейке не занимать. Да, Горзул и покрупнее будет, и ростом выше, но я же усилил её. Дар Физика дал ей вторую Силу, так что теперь в рукопашке она уложит любого Горгона.

Ледзор смотрит на торчащие ноги, медленно чешет бороду и произносит:

— Ни хрена себе, как оценила…

— Позови дежурного Целителя, — вздыхаю.

— Да, пожалуй, надо бы… — бурчит он и отходит.

Сам я подхожу к Горзулу — он как раз выкапывается из сугроба, весь в снегу, фыркает, стряхивает с плеч ветки.

— Знаешь, — отправляю ему по мыслеречи, — тот подход, когда ты подражал пингвинам, был куда ближе к правильному. Только вот объект выбрал не тот. Горгона — это тебе не пингвиниха. Ей камень в подарок не подойдёт. Найди что-нибудь поинтереснее.

— Напримеррр, фака? — сразу отзывается он, глаза загораются.

— Ну… например, отсечённые головы поверженных гомункулов, — предлагаю я с лёгкой усмешкой.

— Головы, фааака! — с восторгом шипит Горзул и тут же поворачивается к Южной Обители.

— Только подожди до штурма, договорились? — киваю. — Ну лады, мне пора.

Иду к себе на «квартиру». Только собираюсь свернуть к срубу — и тут сверху раздаётся знакомое гудение. Вертолёт. На борту — львиная эмблема «Новостного Льва». Репортёры прилетели. Я вздыхаю. Ольга Валерьевна говорила, что они собираются снять кадры взятия Южной Обители, но чтобы уже сейчас?..

Хотя, в принципе, логично. Кто-то наверху в Царстве решил: пора показать подданным, что фронт у нас — по всему земному шару. Что интересы державы отстаивают даже на Южном полюсе. Что линкоры ползут по льду не ради парада.

Ну и мне, в общем, это в плюс. Увидят — граф Вещих-Филинов не на печке отсиживается, а здесь, в снегах, сражается за Царство. Ай да молодец.

* * *

Резиденция графов Опчикарских, Москва

Наследник рода Опчикарских, а теперь — уже бывший наследник клана Опчикарских.

Михаил Семенович метался по кабинету, словно зверь в клетке. Всё внутри клокотало. Кулаки сжимались сами собой. Он остановился у окна, резко выдохнул:

— Блин… Ты уже в курсе?

Дмитрий, младший брат, лучший аналитик рода, спокойно опустился в кресло и скрестил пальцы:

— О решении отца присягнуть Вещим-Филиновым? Да. В курсе.

— Дед с ума сошёл! — Михаил вскинул руки. — Ты вообще понимаешь, что он творит? Какой, к чёрту, клан Вещих-Филиновых? Они же мелочь пузатая!

— Только по количеству родов, — спокойно заметил Дмитрий.

— А что, по-твоему, может быть важнее⁈ — Михаил развернулся, глядя на брата с яростью. — Роды и одарённые — вот что делает клан сильным. Это мы можем включить их в наш состав, а не сами впихиваться к ним! У нас семнадцать родов, Дима. Семнадцать! А у них сколько? Три? Пять? Мы их поглотили бы и не подавились. А теперь — выглядим как младшая ветка. Черти что!

Дмитрий посмотрел в окно.

— Чем отец это объяснил?

— Он сказал: «Данила — конунг. С ним не пропадём», — зло передразнил Михаил. — С ним не пропадём! Это говорит человек, который полжизни вёл клан к независимости! Мы, Опчикарские, один из старейших и сильнейших ледовиков в Царстве — и теперь кому-то прислуживаем, чтобы не «пропасть»?

— Отец — Грандмастер, — тихо напомнил Дмитрий. — И глава рода. Он всегда был дальновидным. Прежде чем осуждать, стоит понять, что именно он увидел.

— Понял он, видите ли… — Михаил фыркнул. — А ты, кстати, сам-то в курсе, кто такой этот Вещий-Филинов? Конунг дикарей с Боевогo материка! Сам себя провозгласил. Какой он, к лешему, клан-лидер? Всего лишь племенной вождь!

Дмитрий не ответил сразу. Только спустя секунду, всё так же спокойно:

— Не всё так просто, брат. У Филинова Междуречье практически полностью под контролем. Плюс он уже начал формировать новое территориальное образование — нечто вроде альвийского государства. И на Боевом материке активно продвигается вперёд. А это, как ты сам знаешь, стратегический регион по добыче аномального мяса.

— Знаю, — рыкнул Михаил. — Знаю и то, сколько туда нужно вбухать, чтобы был хоть какой-то выхлоп. Междуречье лежит в руинах после гулей. А Боевой материк — страна дикарей. Там, чтобы обучить одного, надо двадцать человек сдерживать и десять раз объяснять. Полцарства потратят, и то не факт, что что-то выйдет.

— Значит, ты думаешь…

— Думаю, этот Данила просто прикрывает свои финансовые дыры. Поймал нашего старика в момент, когда тот мёрз в снегах в одиночку, и воспользовался ситуацией. Теперь он собирается тянуть наши ресурсы, чтобы затыкать провалы в собственных убыточных проектах — и, конечно, за наш счёт.

Он резко ударил кулаком по столу. Дерево глухо прогудело.

Дмитрий слегка качнул головой.

— Брат, я тоже не в восторге от этого решения. Но я уверен: за ним стоит нечто большее. Это не только экономика. Здесь и военный расчёт, и дипломатия. Возможно, и информация, о которой мы просто не знаем. Не забывай — отец уже третий месяц участвует в операции в Антарктиде. И не где-нибудь, а под эгидой Охранки.

Михаил сжал челюсти. Да, формально это был аргумент. Но в его глазах — слабый, недостаточный. И он таким и останется, пока не появится настоящая, весомая причина, способная оправдать всё это безумие.

* * *

Штурм начинается.

Как и было решено на совете Семибоярщины, я выстраиваюсь со своими у западной стены. Самый сложный участок за нами.

С юга и севера гремят первые залпы — это Семибоярщина с Паскевичем начала обстрел. Мои артиллерийские расчёты подключаются к атаке, бьют