Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

разницу между советским футболом и российским, а может быть, даже и мировым. Насколько я понимаю, только здесь, в Советском Союзе, между тренерами команд-конкурентов существовал вот такой вот обмен мнениями. И только здесь все тренеры по-настоящему делали одно дело — трудились, не побоюсь этих слов, на благо не одного конкретного клуба, а всего советского футбола.

Так что становилось понятно, что если мы хорошо покажем себя в Европе с помощью новой тактики, выиграем Кубок УЕФА, то если не к чемпионату мира, то к следующему сезону уже все советские команды будут играть в линию. А там уже и весь остальной мир подтянется.

Сразу после завершения сочинских сборов «Торпедо» получило небольшую передышку — буквально неделю, а затем мы снова должны были собраться вместе и готовиться к началу сезона. Но это не относилось ко мне, а также к остальным парням-сборникам, потому что сразу после завершения этого учебно-тренировочного сбора «Торпедо» мы — я, братья Савичевы и Заваров — улетели на Остров Свободы.

Именно там, на Кубе, недалеко от Гаваны, сборная Советского Союза провела первый после трагических испанских событий иностранный сбор. И самое важное и самое радостное для меня в этом было то, что Эдуард Васильевич Малофеев, наш главный тренер, полностью восстановился после болезни и полученных травм и присоединился к команде.

Валентин Козьмич Иванов, его помощник вот уже на протяжении двух лет, к сожалению, пока что восстанавливался. В отличие от Малофеева, инфаркт Иванова был настоящий, и мой первый тренер в основе «Торпедо» и легенда нашего клуба все еще находился на больничной койке. Как и два моих одноклубника — Харин с Добровольским. Ребята, правда, находились на больничной койке не буквально, а фигурально — они потихоньку уже приступали к тренировкам, правда, индивидуальным. Но в составе сборной их еще не было, что естественно.

А если говорить обо всех остальных, то сборная была в полном составе.

Само собой, что собрались мы на Кубе не для того, чтобы воздать должное горячим мулаткам и привезти домой пару десятков литров «Сантьяго де Куба», а для того, чтобы подготовиться и сыграть товарищеский матч с хозяевами следующего чемпионата мира — с мексиканцами.

Если бы не события на Канарских островах, то этот сбор мы провели бы не на Острове Свободы под охраной — такое ощущение, что всей кубинской армии и пары десятков сотрудников КГБ, — а в Мексике, непосредственно там, где нам, собственно, и играть. Но отголоски тех трагических событий все еще звучали в воздухе. Именно поэтому сборная Советского Союза готовилась к матчу на Кубе, а на игру мы прилетели в тот же день и спустя час после финального свистка улетели обратно в Гавану.

И что было хуже всего в этой ситуации — так это то, что на полном серьезе в федерации обсуждалась возможность сохранения той же схемы и на время проведения чемпионата мира. Наши чиновники действительно хотели, чтобы сборная базировалась на Кубе, а на матчи летала самолетами.

С точки зрения обладателей больших звезд на погонах — а мнение этих людей в данной ситуации было определяющим — можно было обеспечить безопасность. А то, что из-за постоянных разъездов и перелетов сборная Советского Союза будет в заведомо проигрышной по сравнению с остальными ситуации, никого не волновало. Повторение канарских событий не должно было случиться.

Ну а если говорить о самой товарищеской игре, которая состоялась на легендарной «Ацтеке» и собрала аншлаг, то сборная Советского Союза — это сборная Советского Союза. И когда с ней все в порядке, когда она в хорошей форме, бежит, дышит и думает, то мексиканцы — на самом деле не самая последняя страна в футбольном табеле рангов — мало что могут нам противопоставить.

И этот товарищеский матч показал это более чем наглядно. 3:1 — уверенная победа сборной Советского Союза. То превосходство, которое мы имели в этом матче… На самом деле все должно было закончиться для хозяев поля еще более печально. Ну а 3:1 — это нормально.Так что кубинский сбор удался.

После него я продолжил готовиться к сезону в составе «Торпедо». И спустя еще две недели можно было сказать, что мы подходим к первому матчу с «Варегемом» во всеоружии. Даже Харин с Добровольским были переведены в общую группу, и само собой, не в начале марта, но скорее ближе к его концу, парни займут свое заслуженное место в основном составе.

Ну а пока нас ждал первый четвертьфинальный матч Кубка УЕФА, а за ним и старт нового футбольного сезона в советском первенстве. футбольный 1986 год вот-вот начнется.

Аристарх Риддер

Ложная девятка. Шестой том.

Глава 1

5 марта 1986 года. Регенбогстадион Варегем, Бельгия. +8 градусов тепла. Пасмурно. 18:00 по местному времени.

Первый матч четвертьфинала Кубка УЕФА сезона 1985–1986 между командами «Варегем» и «Торпедо» Москва. 20000 зрителей

«Варегем»: Де Конинк, Де Краейе, Деслоувер, Денорме, Мауро, Да Силва, Гёрц, Миллекампс, Ван Бакел, Де Смет, Вейт.

Главный тренер: Урбан Хаверманс.

«Торпедо» Москва: Валерий Сарычев, Виктор Круглов (К), Сергей Горлукович, Валентин Ковач, Александр Гостенин, Александр Шавло, Леонид Буряк, Юрий Савичев, Александр Заваров, Николай Савичев, Ярослав Сергеев.

Главный тренер: Эдуард Стрельцов.

Ну что ж, вот и пришла пора настоящего футбола. У нас на носу первый официальный матч в 1986 году, и сразу одна из важнейших игр. Нам предстоит сыграть первый четвертьфинальный матч в Кубке УЕФА против бельгийского «Варегема».

Прибыли мы в Бельгию в сильнейшем составе, за исключением двух футболистов. Хоть Харин с Добровольским уже и тренировались в общей группе, но до выхода на поле нашего молодого вратаря и опорного полузащитника пока что далеко. Поэтому парни остались в Москве тренироваться по индивидуальной программе, а все остальные футболисты основного состава прилетели сюда, в Бельгию.

Бельгия встретила нас, прямо скажем, не очень футбольной погодой. Ветренно, холодно, плюс еще и дождь. Но если сравнивать с тем, что ждет нас дома по возвращению, то Бельгия — это практически курорт сейчас. Москва все-таки все еще занесена снегом, и начало марта в советской столице — это все та же зима. Так что очень хорошо, что по воле жребия мы первый четвертьфинальный матч с бельгийцами играем в гостях. Через две недели в Москве погода будет уже получше. Во всяком случае, я на это надеюсь, и ответка пройдет уже в более комфортных условиях.

Предматчевая речь Стрельцова в принципе мало чем отличалась от тех