Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

И третий торпедовский гол в этом матче уже записал на свой счет я. Заваров вошел в штрафную, отдал мне под удар, и бельгийский вратарь ровным счетом ничего не смог сделать с моим ударом в левую шестерку. 3:0!

И по большому счету, учитывая то, как протекает эта игра, вопрос с, как минимум, победителем сегодня уже решен. Спасти «Варегем» может только чудо, которого не случилось.

* * *

Да, их тренер сделал две замены, да, они пытались играть во втором тайме более активно и даже в какой-то момент прижали «Торпедо» к своим воротам. Но четвертый гол в свои ворота остудил «Варегем», и автором этого четвертого гола стал Серега Горлукович.

Который до этой 60-й минуты не ходил вперед — розыгрыши угловых проходили без участия нашего новичка. Но в этом эпизоде Горлукович пришел в штрафную «Варегема» и был вознагражден тем, что после моей подачи мяч заметался в штрафной бельгийцев и отлетел точно в ноги Сереге, который не растерялся и, хоть достаточно коряво, но пробил по воротам и забил в первой же официальной игре за «Торпедо».

Конечно, голы — это не его прямая обязанность, но для любого футболиста забитый им мяч — это повод для гордости. Так что дебют Горлуковича за «Торпедо» можно было назвать не просто успешным, а даже в какой-то степени триумфальным. Тем более что и в защите и он, и Ковач справились на пять баллов, толком не дав бельгийцам ничего сделать.

И можно было сказать, что наши шансы на полуфинал Кубка УЕФА — процентов, наверное, 95.

* * *

В тот вечер не только московское «Торпедо» играло свой первый четвертьфинальный матч в Кубке УЕФА. В тот же день сыграл и «Днепр». Так как Днепропетровск является закрытым городом, Протасов с Литовченко вышли на поле стадиона «Металлург» в Кривом Роге. И там, в присутствии 35 тысяч болельщиков, «Днепр» камня на камне не оставил от «Невшателя Ксамакс». Швейцарский клуб получил 2 в первом и 2 во втором, что в итоге привело к тем же самым 4:0, как и в нашем с «Варегемом» матче.

И эти успехи «Днепра» и «Торпедо» наводили на мысль, что в сезоне 85–86 в Кубке УЕФА вполне может состояться такая редкая для любой европейской лиги и уникальная для нашего чемпионата ситуация, как финал еврокубка, в котором сыграют две команды из одной страны. Волею турнирной таблицы мы с «Днепром» шли к финалу так, что могли встретиться как раз в двухматчевом финальном противостоянии. И сейчас, после синхронных 4:0, наше место в полуфинале было, можно сказать, очень и очень вероятным.

Ну а если говорить про остальные европейские кубки и участие в них советских команд, то там все было тоже хорошо. Киевляне точно так же, как «Торпедо» и «Днепр», забили 4 своему сопернику — «Рапиду», притом сделали это подопечные Лобановского в гостевом матче. Дубль Беланова и голы Раца с Яковенко обеспечили киевской команде очень и очень комфортный задел перед ответным матчем.

Ну а в главном европейском турнире — Кубке чемпионов — избежавший позора в Финляндии «Зенит» поехал в гости к «Стяуа» и в Бухаресте команда Садырина сыграла результативную ничью 1:1. Это давало ленинградцам достаточно хорошие шансы в ответном матче. Так что и здесь для советского футбола все было более чем хорошо.

Но если возвращаться к нам, к «Торпедо», то после успешного старта в еврокубках нас ждал чемпионат Советского Союза, который вообще-то уже начался. 2 марта были сыграны матчи первого тура, но нашу игру с «Араратом» в Ереване перенесли в интересах подготовки команды к четвертьфиналу Кубка УЕФА. Так что начать в чемпионате Советского Союза мы должны были 9 марта в Баку — именно там должен был пройти наш матч с «Нефтчи».

Глава 2

6 марта 1986 года, Дмитров, Московская область

Мартовское утро выдалось ясным, но холодным. На испытательном полигоне НАМИ в Дмитрове еще с утра началась суета. Почти три десятка рабочих высыпали на поле полигона, чтобы к полудню подготовить его для визита высоких гостей из Москвы.

Об уровне делегации говорило то, что возглавлял ее Виктор Васильевич Гришин, член ЦК КПСС. Несмотря на свой почтенный возраст, он все еще принимал деятельное участие в управлении страной, особенно если речь касалась проектов, к которым Гришин приложил свою руку. И сегодняшний день не был исключением — то, что должно было произойти в Дмитрове следующие несколько часов, как раз и было одним из проектов Гришина.

А еще об уровне делегации говорило наличие в ней Валерия Тимофеевича Сайкина, нового председателя Моссовета, который на своем посту развил бурную деятельность по очень многим направлениям, но все равно не забывал о родной советской автомобильной промышленности, на благо которой он отдал несколько очень продуктивных лет своей жизни. И сегодня в Дмитрове должны были представить взглядам высоких гостей машину, которая на самом деле была венцом карьеры Сайкина на посту директора ЗИЛа.

Но само собой, сегодня здесь был и сменщик Валерия Тимофеевича — Евгений Алексеевич Браков, новый директор завода имени Лихачева. Он не мог пропустить сегодняшнее мероприятие. Все-таки машина, которой предстояло выйти на испытательный полигон НАМИ, занимала очень важное место в планах ЗИЛа на будущее. Можно сказать, что на нее руководители этого гиганта московской индустрии делали такую же ставку, как и на новое поколение грузовиков.

Ну а в роли ведущего выступал главный инженер строящегося завода в Мценске — Сергеев. Именно он должен был представить начальству абсолютно новый для Советского Союза автомобиль.

Машина стояла в центре асфальтированной площадки, и когда Сергеев сдернул чехол — больше характерный для машин из стран загнивающего капитализма — стало понятно, что это не советская машина в привычном понимании.

ЗИЛ-42012 выглядел как пришелец из будущего на фоне «Жигулей», «Волг» и даже «Чаек» и правительственных лимузинов производства все того же ЗИЛа. Кузов цвета «серебристый металлик» переливался в мартовском солнце. Аэродинамические линии, не очень свойственные советским машинам, придавали новинке стремительность, но одновременно и солидность даже в неподвижном состоянии. Передняя часть с наклонными фарами и интегрированными указателями поворота выглядела современно и дорого.

— Красавец, — тихо произнес Браков, обходя автомобиль по кругу. — Ни дать ни взять, итальянская работа.

— Наша работа, советская, — поправил Георгий Александрович. — Локализация узлов и механизмов — сто процентов. Пока что все собрано в Москве, в экспериментальных цехах ЗИЛа и НАМИ, но у нас во Мценске работы