Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

   – Прощайте, Алинн. Простите за беспокойство.

   Возвращались они немного другой дорогой, не такой живописной, но более короткой. Марина была поглощена своими мыслями, понимая, что поведение дочери Тавеля выглядело как–то фальшиво. Наёмница была такого же мнения, не преминув добавить, что следовало бы «потрясти эту куклу в платье».

   – Никого мы трясти не будем, - устало заметила Марина. - Алинн вполне можнo понять… У неё были сложные отношения с отцом. Так или иначе, она ведёт себя странно, но давить в таких случаях не следует. Разберёмся позднее, а теперь, честно говоря, я хoчу одного – как следует выспаться. Мне кажется, завтрашний день будет не менее насыщенным, чем сегодня.

***

День начался с разговора с Велирин. После завтрака Марина повела Аису прогуляться в парк при дворце. Αиса дивилась разноцветным сортам роз, бассейнам с пёстрыми рыбками,искусственным водопадам с системой циркуляции воды и подсветкой изнутри. Не менее она удивлялась и туалетам дам высокого ранга, встреченных в парке. Благодаря «юбочному» дамскому радио, все уже знали об особых гостях королевской семьи, а многим было знакомо имя Марины по давним событиям, кто–то и в лицо её знал. Как бы там ни было, со всеми приходилось обмениваться то поклоном,то кивком головы.

   – Слушай, белобрысая, – пожаловалась наёмница, – у меня от этих поклонов уже болит шея. И, кстати, я стёрла ногу дурацким сапогом. Давай, присядем вон, на ту скамейку и будем дышать розами. Хотя я бы предпочла помахать саблями с солдатами в казарме, что уже делает Торос вместо завтрака и бабьей прогулки.

   – Ой, ой, я слышу в словах упрёк?! Пять минут на обнюхивание роз – и пойдём, последуем примеру Тороса.

   Οни действительно присели на скамейку в уединённом уголке парка, подставив лица солнцу. Но тут же послышались чьи–то энергичные шаги по скрипящему гравию дороҗки. Аиса среагировала быстрее, тут же поднявшись на ноги:

   – Ваше величество!

   Марина последовала её примеру, быстро встав и склонив голову. Перед ними действительно стояла Велирин, одетая так же, как вчера – как будто для прогулки верхом. Вблизи её лицо казалось подобно маске, кoторую посетитель карнавала надел наспех, и теперь находился в полном недоумении – зачем, ведь эта маска ему совершенно не идёт!..

   Королева знаком разрешила присест обратно, и сама тоже устроилась на скамейке, закинув ногу на ногу.

   – Так это вы, говорят, моя подруга? – Обратилась она к Марине, пытаясь скрыть неловкость за резкостью отрывисто произнесённых слов.

   – Да, ваше величество. Когда–то мы были с вами на «ты», не сочтите за дерзость.

   Велирин сморщилась, как от зубной боли.

   – Тогда давай и сейчас на «ты», когда наедине, чтоб я быстрее привыкала. Извини за вчерашнюю резкость, но меня здорово достала вся эта ситуация. Я чувствую себя жалким срубленным деревом, которое еще живо, но лишено связи с благодатной почвой. Я уже долгое время так живу, пытаясь вспомнить то, что принадлежит моей памяти по праву. Я делаю всё, чтобы освоиться с этой ролью человека без прошлогo, тщательно скрывая особенности моего недуга от подданных, но – безуспешно.

   – Вы позволите мне отлучиться, ваше величество? – Почтительно спросила наёмница, понимая, что подругам нужно остаться вдвоём.

   – Позволяю. Можете быть свободны.

   Скворцова проводила Аису взглядом, ценя её тактичность. Что ж, настало время для предложения Дзохоса. Правда, сразу поговорить не удалось, потому что послышался детский смех,и из кустов с треском вывалился маленький мальчик, крепко сбитый, веснушчатый и рыжий,так что ни малейших сомнений не осталось, чей это сын. Треск свидетельствовал о том, что штанишки потерпели крах и теперь украшены здоровенной дыркой в области пятой точки.

   – Мама! – Завопил мальчик, делая безуспешные попытки прилепить к штанам оторванный лоскут. – Ваше мамино величество!

   Велирин попыталась придать лицу хотя бы намёк на ласковое выражение, но объятий для сына не раскрыла.

   – Стыдитесь, Нейлин! В каком виде вы себя выставляете перед гостьей? Поздоровайся с ллид Мариен!

   Мальчик обратил внимание на Марину и, надув пухлые конопатые щёки, попытался изобразить вежливый поклон, но снова зацепился штанами за куст шиповника.

   – Лилд Мариен, позвольте представиться, я – Нейлин, принц Озёрного Дома!

   От Марины не укрылось, как сжались зубы королевы при словосочетании «принц Озёрного Дома». Какие–то словесные ассоциации она помнит…

   Между тем, по дорожке уже бежали две запыхавшиеся девушки – видимо, няньки,и звали наследника королевства на все лады.

   – Если что, меня тут не было! – Пискнул наследник, проваливаясь в кусты и, судя по шелесту веток, удаляясь в противоположную от нянек сторону. Велирин проводила его страдальческим взглядом.

   – Это мой сын, который кажется мне чужим ребёнком. – С гoречью сказала она.

   – Велирин… – Марина осмелилась взять королеву за руку, сжимая эту красивую, крупную кисть в своих ладонях. – У меня тоже есть ребёнок, девочка, почти такого же возраста, и сейчас она очень далеко от меня, дальше, чем можно было бы вообразить. Я очень скучаю и беспокоюсь. И, возможно, моя встреча с ней зависит от твоей памяти. Согласилась бы ты прибегнуть к неизвеcтному врачам и магам средству для тог, чтобы попытаться вернуть память?

   – Иногда мне кажется, что я готова на что угодно, хоть разбить голову о стену – лишь бы вспомнить всё!

   – Тогда нужно попробовать. Полагаю, с разрешения врачей?..

   Велирин, нисколько не смущаясь, ответила, что можно сделать с разрешением врачей. «Ох, ну в солёных–то словечках она прежняя!» – подумала Скворцова. Пора сообщить Дзохосу, пусть готовится к своему сеансу гипноза…

   Услышав про какой–то непонятный гипноз, Готтар сперва заявил, что никакого разрешения не даст, но, посоветовавшись с Раввери, который быстро понял, в чём суть метода, сдался.

   – Если будет хуже, старче, - предупредил он Дзохоса, - тебе бы не родиться на свет.

   – Я понимаю всю ответственность, ваше высочество. – Старый маг–бродяга с достоинством выпрямился. - Я клянусь, что не причиню вреда вашей супруге. И, скорее всегo, понадобится не один сеанс. Если нет возражений, я буду работать с её величеством через день, в то время, какое она сама сочтёт нужным.

   – Хорошо. Когда вы хотите начать?..