Интуиция Харухи Судзумии - Нагару Танигава

Наводящая ужас перемещающаяся анатомическая модель: детали см. отчёт детективного клуба.

Гм, а ведь не перестающий улыбаться Коидзуми всё больше сачковал. Тут я отвернулся в сторону.

Что-то Асахина-сан притихла...

— ……… ссс…

Вот оно что: она, поставив локти на стол и уложив свой кукольный подбородок в ладошку, сладко посапывала.

— …………

А Нагато была поглощена шестым томом детских страшилок.

Видимо, каждая по-своему выражала то, что им было скучно.

* * *

— Теперь осталась всего-навсего одна тайна из семи.

Не думаю, что по этому поводу стоит расстраиваться.

Коидзуми перебрал листы распечаток.

— Популярные, но до сих пор не затронутые нами темы страшилок включают: танцующий скелет; меняющий лицо портрет Баха в музыкальном кабинете; позёвывающий портрет Моны Лизы в кабинете рисования; баскетбольные мячи, сами собой прыгающие в пустом спортзале; невесть кто хватающий за ноги купающихся в бассейне, пытаясь утащить на дно; обитающий в школе домовой и тому подобное.

Скелет — это то же, что и анатомическая модель. Портреты — просто оптические иллюзии: они по-разному выглядят под разными углами. Если какие-то невидимки просто в баскетбол играют, то кому до них какое дело. Чудище в бассейне — скорее всего «каппа»[35], так что просто откупимся от него огурцами. Что до школьного домового, то она в нашей клубной комнате вечно сидит.

— Ну а как насчёт такого? — зловеще сказал Коидзуми, ознакомившись с последним листом материалов от детективного клуба. — Никто не знает седьмую тайну. А кто узнает — потом пропадает без следа.

Такое ощущение, что ему уже просто лень седьмую тайну выдумывать. Конечно, мы и на шести уже выдохлись, так что последняя нам сейчас легко не дастся.

— Если она столкнётся с чем-то неведомым, то разве из-за этого не захочет всё разузнать?

Говорил я, разумеется, о Харухи.

— Едва ли стоит об этом беспокоиться, — сказал Коидзуми. — Изменение реальности со стороны Судзумии-сан ожидается минимальное. Всё же создание несуществующего и выяснение неведомого — это явления совершенно разной природы.

Ну и в чём же разница?

— Подумай сам, что́ окажет большее влияние на мир: поиски чего-то уже существующего или создание чего-то нового с чистого листа?

Второе по силу только богам и аферистам. С таким подходом наши перспективы убить целое лето на археологические раскопки становятся всё более вероятными.

— Кроме того, полагаю, было бы неправильным не оставлять Судзумии-сан никакого пространства для воображения.

Нелегко заботиться о том, чтобы Харухи оставалась довольной... Вечный геморрой. После того как взбалмошная командирша тебя год погоняет, хочешь ты того или нет, уже заранее начинаешь догадываться, что́ она может устроить в следующий раз.

В конце концов, посовещавшись, мы с Коидзуми сформулировали седьмую тайну следующим образом:

Седьмую из семи тайн никто не знает и знать не должен. Она потому и тайна, что её никто не знает.

— Звучит как-то грубовато.

Для Харухи сойдёт. Неведение — базовое условие загадки. Знанием ты загадки разрушишь, а вместе с ними рухнут и все тайны. Чтобы семь тайн оставались семью тайнами, в них должно быть нечто неведомое совершенно никому.

— Парадокс Рассела?[36] Ну, если так, пожалуй, Судзумию-сан удастся убедить.

Не знаю, что это за «если», но раз тебя убедило, то Харухи и подавно. А этому своему Расселу привет передавай.

— Осталось привести всё в порядок на компьютере, распечатать, и будет смотреться вполне пристойно.

Коидзуми положил на стол два листа формата A4, которые он успел исписать карандашом, и начал разминать руками шею.

— …………

Нагато, которая, оказывается, уже закончила чтение, молча взяла черновик, пододвинула к себе свой доставшийся от компьютерного кружка ноутбук и со скоростью света принялась набивать туда текст.

Едва ли на всё у неё уйдёт больше минуты.

Через несколько секунд после того, как Нагато нажала «энтер», стоявший в углу принтер запустился и начал печать.

Могло показаться, что она была поглощена книгой, но, похоже, Нагато нас внимательно слушала — к нашему большому облегчению. Подобный уровень многозадачности большого труда для неё не составляет.

Чего нельзя сказать об Асахине-сан, которая уже совсем задремала. Но это и хорошо: раз она спит, значит, её помощь не понадобится. Асахина-сан, каждый день усердно служившая горничной в клубной комнате, была надёжным барометром мирового спокойствия.

Принтер отключился, дав понять, что работа выполнена. Искоса увидев, как Коидзуми благодарит Нагато, я встал со своего места и взял выданную распечатку.

Заголовок был: «Перечень семи тайн префектурной Северной старшей школы, отобранных Командой SOS на конец мая».

А содержание такое:

1. Тайна статуи Ниномии Киндзиро

2. Тайна кабинета музыки

3. Тайна лестницы

4. Оборачивающее зеркало в коридоре……

Опущу остальное, но все семь тайн, утверждённых «Командой SOS» (без Харухи), о которых мы договорились с Коидзуми, с учётом советов от Асахины-сан и Нагато, были детально и безупречно пересказаны в распечатанном документе. Выглядел он как отчёт, который нужно было разослать, хотя предназначался для единственного человека.

Коидзуми всё поглядывал на экран своего телефона, что-то проверяя, потом убрал его в карман, а когда мы встретились глазами, подмигнул мне.

Стоило мне расслышать приближающуюся на скорости звука подпрыгивающую походку, как дверь распахнулась с такой силой, будто её вынесло взрывом.

— Внимание всем! У меня отличные новости!

Улыбка нашей командирши Харухи Судзумии сияла так, что затмила бы любое солнечное божество в полдень.

Казалось, одного вида её лица достаточно, чтобы повысить комнатную температуру на 0,5 °C.

* * *

От такого грохота и крика Асахина-сан издала «ххю?» и, перепугавшись, вывалилась из мира сновидений. Она поспешно вскочила на ноги.

— Э, а, Судзумия-сан, с добрым утром…

— С добрым, Микуру-тян, — ответила находившаяся в прекрасном настроении Харухи.

Она прошествовала к командирскому креслу, потом обернулась и глянула на нас, взмахнув пальцем будто жезлом.

— Этим утром до меня кое-что дошло.

Все молчали, так что я нехотя спросил:

— И что же?

— Мы ведь так зациклились на поиске чудес где попало, что совсем забыли, что из поколения в поколение о чудесах могут рассказывать прямо здесь, в этой самой школе, куда мы ходим каждый день!

И что, такие есть? Чтобы их из поколения в поколение рассказывали.

— Я пыталась навести справки, но ничего внятного не обнаружила. Но ведь это вполне естественно. Наша префектурная школа не может похвастаться богатой историей. И вот тут мы переходим к самому классному.