Сорок третий - Андрей Борисович Земляной

Вербовочные центры находились в каждом районе, но дворянину следовало обращаться в центральный, и закончив обед, Увир Ардор, взял такси, чтобы через десять минут остановиться у солидного пятиэтажного особняка армейской кадровой службы, за высокой оградой, и тяжёлыми въездными воротами у которых стояли парочка гвардии рядовых в парадной форме, с короткими метателями.

Для таких как он, молодых дворян ищущих службы, всюду висели указатели.

«Кандидатам — дворянам, иметь с собой»: далее перечень документов. Ниже стрелка куда пойти, и всё в таком духе.

Естественно табель о рангах, заливался в голову будущего слуги среди самой важной информации, и Ардор мгновенно считал нашивки мужчины стоявшего посреди кабинета, где кроме него за столами в два ряда, трудились ещё шесть женщин в военной форме, с сержантскими нашивками.

— Господин гвардии капитан. Разрешите подать документы к службе?

— Опа. — Капитан резко развернулся к Ардору и оценивающе пробежался взглядом по фигуре. — Я так понимаю, папа и мама прилично вложились в твоё обучение, кандидат?

— Более чем, господин гвардии капитан. Но при этом они хотели, чтобы я стал юристом.

— А ты? — Начальник приёмной службы пытливо вгляделся в лицо молодого человека.

— Они погибли, господин гвардии капитан, и это уже не имеет значения.

— А такую штуку видел? — Офицер подхватил со стола «Старгал» и небрежно кинул его Ардору.

Легко поймав оружие в воздухе, он отсоединил магазин, проверил большим пальцем упругость клапана водяного резервуара и гнездо для кристалла-накопителя.

— Армейский карабин ближнего боя Старгал. К бою не приведён. Магазин пуст, бункер пуст, кристалла нет.

— О как. — Капитан с улыбкой покачал головой. — В старшины метишь?

— Да я бы и от лейтенантских погон не отказался бы. — Спокойно ответил Ардор, в прошлой жизни дослужившийся до генерал-майора. — Ну для начала.

Капитан хмыкнул, и бегло просмотрев документы, протянул одной из девиц, сидевших за столом.

— Оформляй парня в егерский корпус.

Глава 6

Альда вон Зальта, дочь герцога ан Зальта ‑ одного из богатейших людей королевства и, без всякого преувеличения, человека из десятки самых богатых людей мира, в этот вечер была предельно собрана и серьёзна. Никакой привычной мечтательности, никаких рассеянных улыбок.

Похищение, шантаж отца, избиение и изнасилования здоровенными «быками» Бугра.

И вдруг ‑ как радужная вспышка во всём этом чёрном, липком безумии ‑ освобождение неким мужчиной, скрывшим лицо платком, а руки ‑ перчатками. Он вошёл через порог комнаты в её личный ад так, будто Великий Примиритель, сделал своё дело и ушёл.

Но всё это не мешало ей оставаться в абсолютной уверенности, что она узнает его, даже если пройдёт мимо в толпе. Голос, тембр и интонации, взгляд уверенный, тяжёлый и манера двигаться — точная, экономная и мощная.

Одним своим появлением он словно смыл с неё всю ту грязь, что нанесли бандиты. Не отменил произошедшее, нет. Но дал ей другое измерение ‑ не жертвы, но и свидетеля воздаяния и казни.

Теперь Альда сидела в беседке и ждала появления отца для серьёзного разговора, к которому приготовилась куда лучше, чем он мог предполагать.

А всесильный герцог в это время беседовал с лечащим врачом семьи ‑ магистром‑целителем Нуру Шингором.

Они стояли в полутени мраморной галереи, откуда сад просматривался как на ладони. Лёгкий ветер шевелил листья, где‑то щебетали птицы, и всё вокруг казалось умиротворённым и чуть застывшим словно муха в янтаре, в противовес тому, что пережила его дочь.

‑ Понимаете, ваша милость, ‑ негромко говорил Нуру, сложив руки на груди, ‑ то, что пережила ваша дочь, никак не могло не оставить самых негативных последствий в её душе.

Герцог чуть заметно дёрнулся, но промолчал.

‑ Но, ‑ целитель сделал мягкую паузу, ‑ как видно, дочь ваша сделана из очень крепкого материала. Ни истерик, ни суицидальных настроений, ни попыток закрыться от мира. Напротив, лишь собранность, уверенность и невероятная жёсткость. И это не поза для окружающих, а реальное состояние её духа. — Он говорил не спеша, подбирая слова, как хирург ‑ инструменты. ‑ В ауре ни капли черноты, узелков, и провалов, ‑ добавил Нуру. ‑ Есть следы боли, да. Есть напряжение, но оно не разрушает её, а, скорее, собирает. Она сейчас очень… острая. И очень внимательная. Ей нужно время и правильная нагрузка, но, на мой взгляд, негативной деформации личности не произошло и я не вижу к этому предпосылок.

Герцог медленно выдохнул, чувствуя, как немного отпускает сжатое внутри.

‑ Спасибо, ант Нуру, ‑ он коротко, но искренне кивнул.

В этом «спасибо» содержалось больше, чем просто вежливость. Это означало, «Я помню кто лечил мою девочку, я ценю ваши услуги, я не забуду.»

Расставшись с целителем, он свернул на боковую дорожку и пошёл дальше по саду, размышляя о происшедшем. Гравий мягко хрустел под ногами, фонтан негромко журчал, а в голове у него крутилась одна и та же мысль.

Конечно, ему ничего не стоило заплатить выкуп. Сумма, потребованная похититеями, для него не более чем неприятная цифра на бумаге. Но проблема заключалась не в деньгах. Эти люди уже прославились тем, что не возвращают похищенных, даже получив всё, что просили. Они брали деньги ‑ и убивали.

Именно поэтому тысячи приглашённых людей и специалистов ‑ армии, контрразведки и Королевского Сыска ‑ уже несколько дней занимались поиском похищенной принцессы. Люди с погонами, с печатями и регалиями. Лучшие поисковики, маги слежения, аналитики.

И тут раздался звонок из полиции. Ему доложили об освобождении дочери. Сначала герцог машинально потянулся к привычному решению ‑ щедро премировать полицейских, оформить благодарности, дать понять, что он ценит расторопность. Но уже через час, когда на стол легли первые подробности и пояснения, желание премировать сменилось раздражением, почти яростью.

Выяснилось, что бандиты свили гнездо вовсе не в какой‑нибудь трущобной дыре, а во вполне приличном районе, где стража и сыскари ходили регулярно. Ходили, смотрели ‑ и проходили мимо. Люди пропадали, слухи ползли, а в отчётах всё было «ровно».

А всё сделал пока ещё неизвестный мужчина, который просто пришёл, зачистил мерзавцев в ноль и ушёл, прихватив по дороге из сейфа немалую сумму. Да, среди пачек лежали специально помеченные купюры: эфирные метки, редкая краска, номера из «особого списка». Но это всё дохлый номер. Те, кто нужно, легко снимали эти метки, а деньги с известными сериями сначала просто лежали, выжидая, потом постепенно уходили в