Ночь Жатвы - Елена Новак

– Время, деточка, время… У меня еще куча дел!

После этого мы обсудили с мамой погоду, последние сплетни от миссис Бригс (протестанты хотят открыть церковь на месте закрывшейся прачечной, Батон объелся вредных сладостей и мучился расстройством желудка), затем, поймав еще один недовольный взгляд мисс Кроул, я попрощалась с мамой и пообещала ей позвонить через два-три дня.

– Люблю и скучаю, – сказала напоследок Джанетта Райн и повесила трубку.

– Тебе пора на ужин, деточка. – Мисс Кроул демонстративно начала разгребать завал на столе. Я кивнула и, пожелав ей приятного вечера, уныло поплелась в столовую.

Стива там не было, поэтому пришлось есть одной.

Внутри разрасталось странное предчувствие вперемешку с беспокойством, словно в скором времени должно произойти нечто ужасное.

6. Вечеринка Арабеллы

На часах было уже десять вечера, и я решила отдохнуть в своей комнате, а заодно еще раз посмотреть на карту Эрни.

Эвелин, похоже, веселилась где-то с подругами, и я, радуясь возможности побыть одной, легла на свою кровать, включив ночник. Затем открыла карту и начала внимательно разглядывать черный крест с надписью: «Комната, куда приходят ОНИ».

Кто они, Эрни? Что же ты все-таки узнал? От усталости слипались глаза, и где-то между сном и явью я услышала ворчливый голос:

– Аим Лерай скучает в своей тюрьме. Аим Лераю нужен контракт, но никого рядом нет, одни хитрющие ведьмы, возьми их мрак! Ах да, и еще одна человеческая девчонка, но какой от нее прок! Жаль, что минули времена былой славы и священной войны, когда кровь лилась рекой, а мечи рубили головы. Аим Лерай помнит это время! Помнит и скучает…

Наверное, это был сон. В любом случае мне было лень открывать глаза, и я продолжила лежать, свернувшись калачиком и слушая завывания ветра за окном.

Постепенно к завываниям ветра присоединился топот чьих-то ног из гостиной, звонкий смех и кокетливый голос Арабеллы:

– Майкл! Да ладно тебе…

Стоп! Майкл? Откуда он в женской гостиной? Я резко открыла глаза и села на кровати. Похоже, поспать мне все равно не дадут.

В этот момент дверь в комнату отворилась, и меня чуть не ослепил яркий свет.

На пороге стояла Эвелин в короткой юбке и тонкой рубашке с рисунком в виде смайликов.

– Нина? Ты что, спишь в такую ночь? Вставай! Сейчас ведь вечеринка самой Арабеллы! – Она схватила меня за руку и начала трясти за плечи: – Не будь букой. Там все веселятся!

– Подожди, – хрипло сказала я, – но ведь такие вечеринки под запретом. Громкая музыка после десяти и парни в женской гостиной…

Эвелин рассмеялась:

– Пф-ф… Ну и зануда ты! Все запреты снимаются, если это вечеринка самой Арабеллы Ридели!

– Вот как, – я надела обувь и поплелась за соседкой, проклиная все вокруг.

Кто-то включил музыку, и на всю комнату зазвучала попсовая песня.

На диванах в гостиной сидели мои одноклассники. На столе стояли динамики и бокалы с подозрительного вида напитком ярко-малинового цвета.

Кучка подростков толпилась у балкона. В центре комнаты на двухместном диване расположились Арабелла и Майкл.

Они чокнулись бокалами, и по комнате разнеслось пронзительное «дзынь».

Рядом с ними сидели и стояли одноклассники, словно пытаясь быть поближе к своим кумирам.

От всего этого шума у меня разболелась голова.

И тут я увидела, как мне машет рукой Стив. Он сидел рядом с камином в компании двух девчонок, одна из которых со скучающим видом слушала моего приятеля.

Рыжие волосы и карие глаза. Несомненно, это была Лиза. Мысленно пожелав Стиву удачи, я подошла к ним ближе.

Из динамиков доносилось: «Помни нашу малиновую любовь».

– Любо-о-овь, – нараспев произнесла Арабелла, передразнивая исполнителя.

За моей спиной раздался громкий смех и звон бокалов.

Признаться, оделся Стив довольно странно. Черный костюм с белой рубашкой был ему маловат, и на фоне одноклассников в джинсах и футболках выглядел он весьма гротескно.

Поймав мой взгляд, Стив вздохнул. Его и без того красное лицо стало совсем пунцовым:

– Понимаешь, мне сказали одеться на праздник во все самое лучшее. Наверное, надо мной снова подшутил этот чертов Майкл!

– Да, досадно…

Лиза протянула мне руку, и мы обменялись рукопожатиями.

– Ты ведь новенькая! Нравится у нас? – с улыбкой спросила она.

Я кивнула:

– Вполне, только мистер Берри немного раздражает.

– О да, его все ненавидят, – с готовностью ответила Лиза. – Кстати, Стив, ты так и не рассказал, почему тебя заставили отмывать спортзал.

– Ну, – глаза приятеля забегали, – мы с Ниной прогуляли физкультуру.

– Вот как. – Лиза наклонилась к нему ближе. – И где вы были?

– В… в лесу. – Стив посмотрел на меня с мольбой в глазах. – Просто гуляли.

– Так значит, вы не встречаетесь?

– Нет, – хором ответили мы.

Любопытство в глазах Лизы сменилось равнодушием.

– А, ну тогда отдыхайте, я к вам подойду немного позже. – Она грациозно поднялась с дивана и проскользнула в шумную толпу одноклассников.

Стив смотрел на огонь в камине с глуповатой улыбкой:

– Лиза подошла ко мне сама, представляешь?

Я отвела взгляд и кивнула. Отчего-то мне показалось, что рыжая девчонка просто разнюхивала последние сплетни. Толстый Стив и новенькая зазнайка – похоже, наша дружба вызвала нездоровый интерес среди не очень-то дружелюбных одноклассников.

Стив протянул мне бокал с красновато-коричневой жидкостью:

– Попробуй, это глинтвейн из местного магазина. Вполне себе вкусный.

Поймав мой растерянный взгляд, приятель улыбнулся:

– Не переживай, он безалкогольный, так сказала Лиза.

Я с недоверием взглянула на мутную жидкость и взяла бокал из рук Стива. На холодном стекле сразу же появились следы от моих пальцев.

– Спасибо.

На вкус глинтвейн оказался вполне приличным.

Стив продолжал мечтательно рассматривать огонь в камине. Я думала о карте и странном месте в библиотеке Нортенвиля. Месте, куда приходят ОНИ.

Так мы и сидели молча. Где-то рядом раздавались звуки музыки и смех. Кто-то уже танцевал, кто-то лениво потягивал глинтвейн.

В камине плясали языки пламени. Они отражались на стенах гостиной причудливыми тенями. Внезапно тени увеличились, среди них появилось чье-то темное лицо с прищуренными глазами. Лицо из сердца мрака и теней смотрело на меня в упор.

Я поставила на стол опустевший бокал. Сердце учащенно забилось.

Неужели галлюцинации? Я опасливо взглянула на стену еще раз. Теперь там ничего не было, только тени от камина на светло-синих обоях.

Мне стало душно. Внезапно захотелось выйти на улицу, и я нашла взглядом спасительную дверь на балкон.

Стив в полусонном состоянии допивал второй бокал глинтвейна. Кажется, он даже не заметил, что я ушла.

Дверь на балкон со