Солдаты Сумерек - Владимир Валериевич Стрельников

— Много вас тут, советующих!

— А ты попробуй! — вступился блондин.

Фантом молча открутил ванну от пола. Технари вытащили её и быстро срастили четыре оставшихся в нише конца кабеля в два. Мрачный инженер что-то повернул. Тотчас контрастный свет сменился мягким, зеленоватым.

— Ур-р-а-а!!! — взвыл переводчик, внеся диссонанс в дружный рёв молодых голосов. А со стен лился уже нормальный, эмоциональный перевод:

— Ура фантому!!!

— Вот это специалист!!

— Да выкинь ты эту рухлядь, дружище! Все уши повяли от его хрипа!

Подскочил теперь уже сияющий инженер, сильно стиснул руку:

— Извини, я тебя обидел! Мне так неловко.

— Да что ты, все в порядке...

— Я Мишнель! Будем знакомы.

А он видел лишь восторженные глаза той фантомочки. Тёплый комок подкатил к горлу. Инопространственники благодарили, жали руки, хлопали по спине — словно он был их давним приятелем. В ответ Вовка пытался улыбаться, не отводя взгляда от звёздной девушки. Она тоже подошла. Ком разросся до невероятных размеров, мелкая дрожь пробежала по телу. Все непроизвольно замолчали. А «фантомочка» взяла его за предплечья, с силой притянула к себе и долго чувственно поцеловала! Мягкая влажная сладость первый раз тогда обожгла ему рот. Жаркая волна ударила в голову, а сладкая истома охватила подбрюшье. Словно сквозь вату услышал одобрительный рёв. Под градом двусмысленных шуточек неожиданно понял, что инопространственники очень молоды. Не старше 25 лет. А главное, что и к нему они относились, как к равному!

Системы ожили, и фантомы весёлой толпой убежали работать. А Вовчика отвели в корабельную оранжерею, где причудливо сплетались листья, цветы, яркие непривычные плоды, стебли, корни и физрастворы. Буквально через пару часов работа экспедиции была завершена. На прощание молодые учёные наперебой начали дарить ему диковинные сувениры. Даже отдали злополучную анабиозную ванну. Да ещё и накормили обедом. Блюда из бортовой системы жизнеобеспечения оказались такими же приятными, как и их творцы. Умял аж три порции.

Долгим взглядом, держась за руки, простился с Зоринкой. Он ей понравился!!! А затем корабль-посредник рванул вверх, озарив небо пламенем фейерверка. Очевидно, это был ещё один, прощальный привет ему. От визита фантомов осталась лишь яма в «карьерах». Словно кто-то вывез оттуда пару кузовов глины.

* * *

Вовчик медленно выходил из грёз. В спальне по-прежнему бухтели младшая Феоктистова и одна из Зубровых. Но что-то произошло. Не сразу понял — гудения больше нет! Подскочил к «тюльпану». Тот оставался неподвижным, хотя теперь безмолвствовал. «Рычаг времени» стоял в прежнем положении. Блин! Что с ним? Взгляд метнулся вдоль аппарата, по сращённым шнурам, к розетке. Электричество?

Несколько раз щёлкнул выключателем. Точно! Свет отключили. Ёлки ж ты зелёные!!! Увлечённые разговором девчонки, похоже, пока не ощутили изменений. Но что делать-то?! Емельянов выдернул и снова воткнул в сеть приделанную ими вилку. Без толку! Попробовал руками отщёлкнуть рычаг. Тот будто залип во включенном положении. Паника накрывала всё больше. Все попытки наталкивались на равнодушие техники. Вот и девчачий разговор стих. Подросток изо всех сил вцепился в створку «лепестка» и попытался открыть.

Неожиданная вибрация отбросила назад. Громко загудел холодильник в коридоре. Девчата опять над чем-то засмеялись. Электричество дали! Теперь Вовчику уже хватило смелости осознанно выдернуть вилку. «Тюльпан» опять смолк. Но – не открылся! Пришлось включить. По некотором размышлении, Емельянов успокоился. Ведь если холодильник ненадолго выключается, продукты в нём не портятся. А анабиоз – это та же заморозка! Или нет?.. Непроизвольно представил, во что превращается оттаявшее мясо.

Неожиданная вибрация отбросила назад. Громко загудел холодильник в коридоре. Девчата опять над чем-то засмеялись. Электричество дали! Теперь Вовчику уже хватило смелости осознанно выдернуть вилку. «Тюльпан» опять смолк. Но — не открылся! Пришлось включить. По некотором размышлении, Емельянов успокоился. Ведь если холодильник ненадолго выключается, продукты в нём не портятся. А анабиоз – это та же заморозка! Или нет?.. Непроизвольно представил, во что превращается оттаявшее мясо.

Глава 4

6699 год от Сотворения Мира, 8 июня. Королевство Норман.

Гонец в пропыленном плаще и балахоне поверх кольчуги, остановился перед каменной громадой замка, требовательно протрубил. Когда в бойнице показался стражник, открыл бармицу железного шлема, начищенного до зеркального блеска:

— Шевалье д`Гисборн. С известием к барону де Шансону!

Отважного помощника Фалезского шерифа здесь хорошо знали, поэтому подъемный мост почти сразу опустился, а кованая решетка, закрывавшая вход, гулко поползла вверх. Всадник неторопливо въехал во внутренний двор, спешился у каменного колодца. Хозяйственно проследил, чтобы его дестриэ сначала поводили по кругу, прежде чем дать воды, а затем насыпали коню полную меру овса. И лишь убедившись, что с соратником всё в порядке пошел за услужливо открывающим двери солдатом.

Вскоре гонец уже сидел за столом в полутемном зале донжона — центральной башни замка. Проёмы узких стрельчатых окон пропускали мало света, поэтому на стене дополнительно горел факел. Гость ловко орудовал ножом, разделывая прожаренную ляжку кабана. Рядом грудились краюхи горячего хлеба, тарелки с зеленью и большая деревянная кружка, ячменное пиво в которую регулярно подливал сам хозяин. После каждой новой порции д`Гисборн с силой чокался с бароном, чтобы от удара эль выплёскивался и попадал в чашу сотрапезника. После этого можно было пить, не опасаясь наличия в предложенном яда. Де Шансона злила пунктуальность шевалье, выполнявшего при шерифе полицейские функции. Но, зная его нрав, барон сдерживался.

Сам он лишь пробовал новые порции пива, демонстрируя их безопасность. Грива соломенных волос лежала на широких плечах, а пышные усы придавали угловатому лицу добродушное выражение. Но холод бледно-голубых глаз говорил о жесткости обладателя. Наконец, гость насытился и откинулся на спинку скамьи:

— Третьего дня этот мерзавец, Робин Худ, напал в пределах твоего феода на святого приора из Тюри-Аркура.

— Да в дупло приора! — де Шансон словно только и ждал этого. — Мне глубоко плевать на всех толстых ублюдков, вместе взятых! Включая кретина Худа. За моими кошельками он не охотится. Ты же знаешь, что я хочу услышать!

Д`Гисборн улыбнулся и потёр пальцем переносицу:

— К сожалению, мы ещё не располагаем точной информацией.

— Я уже второй год это слышу! А между тем моих солдат по-прежнему режут!

— Да, ты прав. Дело действительно несколько затянулось.

— Затянулось?! Да я уже почти полностью сменил гарнизон!

— Успокойся, барон! Собственно, поэтому я и приехал. Мы поделимся с