Темный Лорд Устал. Книга X - Тимофей Афаэль

и каждое слово впечатывалось в его сознание раскалённым клеймом. Они говорили о нём. Обсуждали, что записать в его память, словно он был жёстким диском, который форматируют перед загрузкой новых данных.

— А тепероь продемонстируй им то, о чем мы говорили, — продолжал голос Бездны. — Их лучшая магия была бессильна, и поэтому вшей им животный страх перед Эдемом на уровне спинного мозга. Сделай Стену символом их персонального ада.

Щупальца Паука шевельнулись, перестраиваясь внутри его черепа. Рейнхард ощутил, как что-то меняется в архитектуре его памяти — старые связи рвутся, новые формируются, целые блоки воспоминаний сдвигаются, освобождая место для чего-то иного.

— Сделаю, Хозяин. — ответил сухой голос Паука. — Для таких, как они, себя не пожалею.

Рейнхард хотел закричать и сопротивляться. Вырвать из себя эти чужеродные щупальца и растоптать их. Двадцать пять лет он был хозяином собственного разума. Его воля была несокрушимой крепостью, о которую разбивались допросчики и менталисты по всему миру.

Но теперь он был лишь куклой, которую перешивали по новым лекалам, и его воля значила не больше, чем воля тряпичного болванчика в руках кукловода.

Щупальца погрузились глубже, и Рейнхард почувствовал, как в опустошённые ячейки его памяти начинает загружаться новая ложная информация.

Сценарий, который ему предстояло прожить как свой собственный.

Сознание померкло. И вместе с этим…

* * *

…тут же включилось.

Казалось времени прошло всего ничего и новая «реальность» обрушилась на него как удар кувалды. Рейнхард даже не понял что произошло. Он осмотрелся.

Вой рельсотронов, крики раненых и дождь, хлещущий по забралу шлема. Рейнхард стоял за опрокинутым контейнером, прижимая к груди винтовку с разряженной батареей, и смотрел, как его отряд умирает.

Он вдруг понял, что никакого плена не было. Что ему это просто привиделось.

Вот же черт, нельзя стоять на месте! Время заканчивать бой и уходить. План провалился.

Альфа-два ударил в грудь Центуриона концентрированной плазмой. Броня лопнула, из пробоины хлынул дым, но тут же затянулась. Металл словно сросся на глазах, и Центурион шагнул вперёд как ни в чём не бывало.

— Не работает! — крик Альфы-два захлебнулся.

Альфа-три метнул молнию в Голиафа. Ветвистая дуга ударила в броню — и растеклась по ней, впитавшись без следа. Голиаф даже не замедлился, и его рельсотрон развернулся к новой цели.

Рейнхард видел это, и в его голове что-то щёлкнуло.

Он смотрел на Стену за периметром хаба. Перевёл взгляд на Центурионов и Голиафов, которые двигались с неутомимостью машин и регенерировали как живые организмы. И вдруг увидел связь.

Тонкие, почти невидимые потоки энергии, тянулись от Стены к каждой единице техники на поле боя. Энергия текла по ним непрерывным потоком, подпитывая броню, восстанавливая повреждения, усиливая щиты. Стена оказалась не просто защитным сооружением. Она являлась сердцем, которое качало силу во все конечности этого стального организма.

Вывод прост. Пока стоит Стена — они непобедимы.

Рейнхард влил остатки резерва в вакуумную сферу и швырнул её в ближайшего Центуриона. Сфера схлопнулась на груди машины, вминая броню внутрь — и металл тут же выгнулся обратно, выдавливая вмятину, словно его изнутри распирала неведомая сила.

— Отходим! — голос сорвался на хрип. — Все назад! Магия бесполезна!

Они бежали.

Сквозь дождь и темноту, спотыкаясь об обломки и волоча раненых. Купол над хабом мигнул и погас — то ли Эдем отпустил их, то ли у него были другие причины. Рейнхард не думал об этом, он думал только о Стене, которая возвышалась за спиной, и о нитях энергии, которые тянулись от неё во все стороны.

Стена — источник их силы и сердце, которое нужно остановить.

И магия тут не справится. Он видел это собственными глазами — их боевые заклинания были практически бесполезны против техники Эдема.

* * *

Рейнхард очнулся с хрипом, хватая ртом холодный воздух.

Над головой — кроны деревьев, сквозь которые сочился серый рассветный свет. Дождь прекратился, но с веток всё ещё капало, и холодные струйки стекали по лицу, по шее, забирались под ворот брони. Он лежал на спине, в грязи и прелых листьях, и несколько секунд просто смотрел вверх, пытаясь вспомнить, где он и как сюда попал.

Точно! Это был жаркий бой. И еще хаб с Центурионами, которых невозможно остановить. А также нити энергии, тянущиеся от Стены. После отступление.

Рейнхард осел. Мышцы отозвались тупой болью по всему телу. Рёбра ныли, левое плечо горело, а в черепе раскатывалась мигрень, от которой подташнивало. Он поднял руки и осмотрел их — ободранные костяшки, грязь под ногтями, запёкшаяся кровь на тыльной стороне ладони.

Он был на удивление жив, и это казалось каким-то извращённым чудом.

Вокруг него в таком же состоянии поднимались остальные.

Альфа-два сидел, привалившись к стволу дерева, и мотал грязную повязку вокруг предплечья. Его лицо было серым, под глазами залегли чёрные тени, но он дышал. Альфа-три стоял на четвереньках чуть поодаль и блевал желчью в папоротники. Браво и Чарли были разбросаны по небольшой поляне, кто-то уже ковылял на ногах, кто-то ещё лежал и тихо стонал, прижимая к себе повреждённые конечности.

Тут было пятнадцать человек — все живы. Да, все были помяты, избиты, измотаны до предела — но живы.

Рейнхард попытался встать и со второй попытки поднялся на ноги. Мир качнулся, в глазах потемнело, но он удержался, вцепившись в ближайшее дерево. Несколько глубоких вдохов, пока зрение не прояснилось.

Они были в лесу, далеко от границ Эдема. Как добрались сюда — он помнил смутно. Обрывки: темнота, грязь под ногами, хрипящее дыхание товарищей, которых пришлось тащить на себе. Детали ускользали, тонули в усталости и тумане в голове.

Лишь одно он помнил отчётливо.

Стену и технику, которую невозможно уничтожить, пока её питает Корневая сеть.

Ужас шевельнулся где-то в глубине. Рейнхард подавил его усилием воли — он профессионал, он не имеет права на страх — но ощущение осталось. Оно засело где-то на уровне инстинктов, которые древнее разума.

Эдем, казалось, был неуязвим. Пока стоит Стена, они ничего не смогут сделать.

Наконец и в наушнике затрещала статика.

Рейнхард дёрнулся, инстинктивно хватаясь за гарнитуру. Связь работала — они вышли из зоны подавления. Сквозь помехи прорезался голос, искажённый расстоянием, но узнаваемый.

— Рейнхард! — Это был Смит. Его обычно мёртвый голос срывался на что-то похожее на ярость. — Отвечай немедленно! Вы где⁈ Что происходит⁈

Рейнхард нажал тангенту. Пальцы дрожали, и он ничего не мог с этим поделать.

— База, — его голос был хриплым и чужим. — Это Альфа-актуал. Мы вырвались. Координаты передаю.

Пауза. Шипение статики.

— Статус операции?

Рейнхард закрыл глаза.