Магазин заколдованной обуви - Юлия Дмитриевна Асланова

Спустившись по ступенькам, он прошел мимо кустов роз, которые выращивала тетя, и оказался на дорожке парка. Задумавшись, Дан побрел в сторону дома.

Мимо него вслед за ярко-красным мячиком пронеслась торпедой рыжая корги. Ее догоняла еще одна, за ней третья. Они пробежали с двух сторон от мальчика, задев его своими круглыми боками. Их хозяйка Эмилия закричала что-то издалека, но Дан не расслышал. Он шагнул, наступил на поводок, волочащийся за третьей собакой, запутался в нем второй ногой и, не удержавшись, упал вперед, больно стукнувшись ладонями о землю.

– …не наступите, – долетели до него последние слова Эмилии.

Ругнувшись, Дан перевернулся на спину, глубоко вздохнул и попытался подняться. Но ничего не вышло – внезапно он оказался придавлен весом трех собак, одна из которых лизала ему лицо, вторая дергала за рукав куртки, а третья прыгнула на грудь, выставив лапы с крепкими острыми когтями. Коготь скользнул по вороту куртки, угодив точно во вспухшую царапину над ключицей.

Дана пронзила дикая боль. Словно кто-то проткнул его насквозь, пригвоздив тело к земле. Боль ударила в одну точку, а потом брызнула в стороны, растекшись по груди и шее. В глазах замигало, потом потемнело, и Дан потерял сознание.

– Богдан, Богдан! – встревоженный женский голос звал его сверху. Открывать глаза не хотелось. Голова гудела, слегка подташнивало и почему-то дико щипало шею. Шея. Царапина.

Дан дернулся и сразу сел, напугав всех трех собак, которые рядком замерли около него. Эмилия стояла здесь же, набирая дрожащим пальцем номер на телефоне. Увидев, что он пришел в себя, она облегченно вздохнула и убрала телефон.

– Ты как? Я кричала, чтобы ты на поводок не наступил, но ты, наверное, музыку слушал, да?

– Задумался, – хрипло ответил Дан. Он провел рукой по подбородку – крови не было, только грязь.

– Испачкался сильно, – сокрушенно покачала головой соседка. – Вон и куртка вся грязная.

Дан сунул руку под куртку и тронул ключицу. Пальцы увязли в чем-то липком. Неужели столько крови? Он с тревогой глянул на Эмилию – сейчас как раскричится от испуга. Но та с интересом разглядывала его пальцы.

– У тебя ручка, похоже, протекла. Или Коха ее раздавила. Если что, я готова оплатить химчистку.

Дан посмотрел на свои пальцы. Они были покрыты чем-то синим и вязким.

– Держи. – Эмилия протянула ему пачку салфеток. – Может, ототрешь. Ты в порядке? Не нужно скорую вызвать?

– Н-нет, я дойду. Спасибо. Это не чернила, просто испачкался где-то, – быстро пробубнил Дан и встал, сжимая в руках салфетки. Едва переставляя ноги, он побрел к дому.

– Элене привет передавай, что-то ее не видно, – крикнула ему вслед Эмилия. – Мои девочки ее любят.

Дан замер на месте.

В голове, как в кино на быстрой перемотке, закрутилась лента событий. Кошка – женщина – фото – компьютер – женщина – пустота.

Он развернулся и, пошатываясь, побежал к автобусной остановке, на ходу вытирая салфетками грудь и шею. Синяя вязкая гадость больше не пульсировала внутри и не отравляла его воспоминаний.

Ему нужно было срочно добраться до Князевых.

Он все вспомнил.

Автобус останавливался около сквера, через который Дану пришлось идти пешком. Лучше было бы позвонить Князевым, но в автобусе он обнаружил, что телефона нет, – наверное, выпал из кармана при атаке корги. Шагая по дорожке между деревьями, Дан размышлял, как узнать точный адрес ребят. Но вывернув из-за густых кустов, увидел самих Князевых, стоявших у подъезда.

– Супер, – вздохнул он с облегчением.

Настя махала руками, что-то объясняя брату, и Дан заулыбался на ходу. Он уже хотел крикнуть что-нибудь веселое – мол, заколдовываешь брата, – но осекся. Сбоку к ребятам подходила худая высокая женщина в сером костюме.

Дан узнал ее. И побежал так быстро, как никогда в своей жизни не бегал.

Глава 14

План готов

– Илюх, и так все понятно. Надо набрать тридцать человек, чтобы они захотели вернуть девочек и Гришу.

– Не уверен. Хорошо бы все-таки найти договор.

– Это тебя Букин убедил? – рассердилась Настя. – У нас нет времени искать договор. Нас, может, самих ищут, и причем не обычные люди, а волшебники. Ой!

Настя отскочила в сторону, потому что мимо них на полной скорости промчался Дан, врезавшись в идущую по дорожке худую женщину. Женщина от удара отлетела на газон, где и замерла. Дан не удержался и тоже свалился рядом, но тут же вскочил, глянул в лицо упавшей и удовлетворенно кивнул.

– Дан? Ты… ты чего? – испугалась Настя. Илья, с опаской взглянув на Дана, направился к женщине.

– Отойди от нее! – прикрикнул Дан. – Это та самая, кошка. Я все вспомнил. Пойдемте отсюда скорее!

– Вспомнил? – обрадованно воскликнула Настя. – Что именно?

– Расскажу по дороге, – пообещал Дан, потянув Настю за рукав. – Похоже, она вас нашла. Это плохо.

– Предлагаю идти к нам, – сказал Илья. – Родители ушли, так что мы ей просто не откроем. Или полицию вызовем.

– В любом случае нам нужно забрать туфли, – поддержала Настя. – Они у меня в комнате.

Последний раз кинув взгляд на женщину, они быстро побежали к подъезду. Только заперев комнату Насти изнутри на ключ и задернув шторы, все, наконец, выдохнули с облегчением и уселись на ковер. Правда, Илья тут же встал и выглянул в щель между шторами.

– Ого, ее там нет, – сообщил он остальным.

– А кошка есть? – напрягся Дан. – Она ко мне на карниз забралась в виде кошки.

– И кошки нет. Ушла, наверное.

Настя закрыла лицо руками.

– Зачем, зачем я туда полезла, в этот магазин?

Дан посмотрел на нее с удивлением.

– Так хорошо же, что полезла, у нас появился шанс всех спасти. А то бы мы их никогда больше не увидели. Ну что, покажешь?

Он подвинулся поближе и вопросительно посмотрел на Настю. Та молча поднялась, подошла к шкафу и достала с нижней полки картонную коробку.

– Вот! – протянула она ее Дану. Тот взял.

Илья, который только что вернулся с кухни, притащив вазочку с конфетами и сушками, неодобрительно крякнул.

– Ты бы еще под кровать спрятала! Тоже мне секретное место.

Дан между тем открыл коробку и достал маленькую розовую детскую туфельку с блестящей лентой.

– Ох, Элена, – пробормотал он, но Настя вдруг покраснела и вырвала туфельку из его рук.

– Ой, это не Элена. Это моя, детская.

Дан смутился и снова