Дотянуться до легенды 2 - lanpirot

— Туда! Там стреляли!

Я быстро пополз к телу Профессора. Худосочный диверсант лежал на спине с широко раскрытыми глазами и «звездой» во лбу — чёрной дыркой от пули. В руке он всё ещё сжимал вещмешок с золотом. Я разжал его пальцы и забрал драгоценности Вебера.

Теперь нужно было технично покинуть место перестрелки, пока меня не замели. Если и не убьют между делом, то объясняться в милиции, или куда там меня доставят, я не имел никакого желания. Мне нужно было срочно добраться до Зубова. Я отполз в густые заросли крапивы, осторожно двигаясь в противоположную приближающимся голосам сторону.

— Рома, сюда! Здесь труп!

Голос милиционера звучал совсем рядом, но постепенно увеличивал это расстояние, пробираясь сквозь бурьян, петляя между старыми яблонями и вишнями. Вещмешок глухо позвякивал на спине. Я придерживал его рукой, чтобы он меньше брякал.

— Слышь, Петров, тут ещё один лежит!

— Сколько их тут?

— Двое. Один мёртвый, другой… вроде тоже…

Голоса звучали в отдалении — я продолжил пробираться сквозь заросший сад старухи, затем через соседский, через канаву, тоже основательно заросшую бурьяном. Выходить на улицу было опасно — к патрулю могло прибыть подкрепление. Рано или поздно милиция и военные оцепят здесь всё и начнётся методическое прочёсывание территории.

Наконец я выбрался на узкую тропинку, которая вывела меня на какую-то маленькую тихую улочку. По обеим сторонам тянулись приземистые деревянные дома. Я остановился, хватая ртом воздух, и прислушался: погони за мной не было. Похоже, от преследователей я оторвался.

Но расслабляться было рано, вот когда доберусь до Зубова, тогда и переведу немного дух. Я шёл по улице, петляя между переулками, стараясь не попадаться на глаза патрулям. Вещмешок с золотом давил на плечо, но я не обращал внимания — адреналин ещё бурлил в крови после перестрелки.

И еще меня интересовала судьба Вебера: поймала его милиция или гадёнышу удалось вывернуться и в этот раз. Он тяжело ранен, и единственное место, куда он может вернуться — к остальным диверсантам. Так что надо как можно скорее ликвидировать и этот гадюшник. Время сейчас очень дорого.

Я свернул на Советскую, добрался до четырнадцатого дома и забежал в подъезд. Поднялся по скрипучей лестнице на второй этаж и остановился перед дверью, обитой потрёпанным дерматином. Главное, чтобы Зубов оказался дома. Я крутанул ручку механического звонка — где-то внутри глухо тренькнуло.

Ждать пришлось недолго. Минуты через две за дверью послышались шаги, затем щёлкнул замок, и дверь приоткрылась. В щель выглянул Зубов. Я облегчённо выдохнул — агент оказался дома! Он внимательно посмотрел на меня — и я увидел в его глазах не просто настороженность, а самую настоящую тревогу.

— Товарищ Панкратов? — тихо спросил он, едва узнав меня. — Что случилось? Вы же должны были…

— Пётр Михайлович, — произнёс я, перебив агента — дело, не терпящее отлагательств! Действовать нужно срочно!

Зубов на секунду замер, затем быстро оглядел подъезд и распахнул дверь пошире:

— Заходите. Быстро.

Я проскочил небольшой тёмный коридорчик и прошёл в комнату.

— Присаживайтесь, — произнёс он, указывая на стул. — Рассказывайте, что случилось?

Я сел и глубоко вздохнул. Вещмешок с золотом поставил рядом на пол. Зубов покосился на него, но ничего не спросил.

— Пётр Михайлович, — начал я, — сегодня мне пришлось ликвидировать двух ведущих диверсантов — Профессора и Айболита.

Зубов замер. Его глаза за стёклами пенсне расширились. Он медленно снял очки и протёр их полой пиджака.

— Как? — тихо спросил он наконец. — Они вас раскрыли?

— Нет, — мотнул я головой, рассказывая всё по порядку: про планы диверсантов, про то, что я вычислил и вторую базу, про написанную записку в тайнике, которую, похоже, еще не забрали, про золото Вебера, про перестрелку, мёртвых диверсантов и самое главное — про то, что штурм Рославля намечен на первое августа.

Выслушав меня, Зубов помолчал, пытаясь переварить услышанное. Потом тихо произнёс:

— Это немыслимо! Вам удалось ликвидировать две ключевые фигуры диверсионной сети, практически вывести резидента Абвера из строя и выяснить расположение их второй базы! Это огромная удача!

— В общем верно, — кивнул я, — но я не знаю, что с Вебером. Возможно ему удалось уйти! Надо спешить и взять остальных! Тогда уже точно с этой группой диверсантов будет покончено.

— Вы правы, — согласился Зубов. — А наступление действительно назначено на первое августа? — переспросил Зубов.

— Да, — кивнул я. — Когда Вебер ставил задачи группе, он объявил о начале генерального наступления Гудериана на Рославль.

— Нужно действовать немедленно! — воскликнул Зубов. — Я сейчас же свяжусь с начальником аппарата охраны оперативного тыла подполковником Ивановым. Именно его служба занимается сейчас немецкой агентурой.

Он подошёл к телефону, стоявшему на столе в коридоре, и набрал номер.

— Алло? Аппарат охраны тыла, пожалуйста… Да, срочно! Спецсообщение… Код доступа — «вспышка». Подполковника Иванова[1]… Да, срочно! Да, я подожду.

Через несколько минут он заговорил снова:

— Товарищ подполковник? Агент «Учитель». У меня срочная информация о диверсионной группе немцев в Рославле. Да, именно. Буду через полчаса.

Он повесил трубку и повернулся ко мне.

— Нас ждут в городском отделе НКВД. Это совсем рядом. Идёмте!

Мы покинули квартиру, спустились по лестнице и вышли на улицу. Городской отдел НКВД, в котором сейчас располагался аппарат охраны оперативного тыла, действительно оказался совсем рядом — мы дошли до него минут за пятнадцать. На вертушке Зубов показал документы дежурному, и нас пропустили внутрь.

Подполковник Иванов — высокий, худощавый мужчина с суровым лицом и холодными глазами — уже нас ожидал. Он слушал мой рассказ внимательно, не перебивая, только временами задавал уточняющие вопросы. Так я «пролил свет» на несколько случаев, когда патрули не смогли задержать диверсантов.

— Товарищ Зубов, — подполковник повернулся к Пётру Михайловичу, когда я закончил свой рассказ, — вы можете подтвердить, что товарищ…

— Панкратов, — подсказал я. — Называйте меня пока так.

— Что товарищ Панкратов вышел на вас по установленному каналу связи?

— Подтверждаю, товарищ подполковник, — кивнул Зубов. — Он знал пароль и отзыв, а я передал ему адреса тайников и явок, как и было условлено.

— В одном из тайников всё еще лежит записка с информацией, которую я вам сейчас передал, — произнес