Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин

На сцену вышла вся команда, но вновь по имени назвали только Нику, обозначив остальных «и команда». Наверное, это что-то значило. Но думать вообще ни о чем не хотелось. Вернее, хотелось знать ответ на один вопрос — но его я сейчас и так получу. Ника все равно будет выходить мимо нас. Такой порядок, потому что Шуваловы выходили с другой стороны.

— Внимание, оценки! — пролетело над головой. — Один… Два! Владетельный Куомо… Три!.. Сиятельный герцог Бюсси! Хозяин трона из черепов Мгобе! Вестник Неба на Земле Ли! Отец духов Кри Паундмейкер… Великий раджа Миттал! Десять! Будет ли побит рекорд этого дня?!

— Вот сейчас что ему не так?! — возмущенно всплеснул руками Федор, так и не дождавшись вместе с остальными света в последнем, одиннадцатом окне.

— Ребята, пора готовиться, — неуклюже приседая, прокрался к нам Игорь.

— Одну минуту, — попросил я его.

— У нас нет одной минуты! — возмутился Паша.

— Одну минуту, — чуть строже попросил я, терпеливо глядя на сцену и на то, как раскланивается команда.

Через десяток секунд ребята спустились со сцены, еще раз помахали руками зрительному залу и спокойно зашагали к выходу — как и предполагал, к тому, что располагался рядом с нами.

Я встал с места и внимательно смотрел на Нику. Узнает? Узнала.

Шаг девушки замедлился, взгляд встретился с моим. Замер на секунду, а затем равнодушно скользнул по рядам ввысь.

— Сочувствую, — похлопал по плечу Артем, стоило Нике и ее команде исчезнуть. — Не расстраивайся. Это жизнь.

В груди было холодно. Выстужено и проморожено.

— Ребята, у нас график! — волновался почему-то Игорь.

Зачем он переживает? Я не могу проиграть. Той девочке из детства с мороженым на берегу теплого озерца и неловкими, но искренними извинениями — мог бы уступить. Но ее больше не существует.

— Идем? — предложила руку леди Зима.

— Идем.

Рядом зябко поежился Игорь.

— С тобой все в порядке? — уцепился за руку Федор, тревожно посмотрев мне в глаза.

И наваждение холода исчезло, будто не было.

Я ведь здесь для другого. И даже цель — вовсе не выиграть. Цель — она в дружбе и в том, чтобы эту дружбу через соревнования пронести и сохранить. А уже для этого надо выиграть соревнования. Победа — всего лишь путь к цели.

— Квантовая физика — вообще не мое, — вырвалось из груди искренне и невпопад.

Ребята выдохнули с видимым облегчением.

— А ее вообще редко кто понимает, — махнул рукой Артем, двигаясь в указанном Игорем направлении. — Обычно только к старости, да и то не всегда.

— И как же тогда жить? — обеспокоенно зашагал рядом Пашка.

— Как говорит теорема Белла, если две частицы связаны, то никуда они друг от друга не денутся. Ищи свою частицу.

Паша пристально и с интересом посмотрел на Свету.

— Но не здесь и не сейчас, — припечатал Артем, придавая Паше ускорение рукой в спину.

Нас вели чуть в сторону от выхода и ближе к сцене, за гигантское полотно экрана. Справа высились массивные колонки в рост человека и металлические фермы, увитые проводами, приборами со смутно угадываемым назначением. А сам зал технической части тянулся еще на добрую сотню метров внутрь. Но нам туда было не надо.

— Уважаемые дамы и господа! Последнее выступление первой половины дня! — прозвучало за спиной до того момента, как неприметная дверца у стены плотно закрылась за спиной.

Нас уже ждали — пришлось изрядно прибавить скорости, буквально пробегая по выкрашенным в желтый и зеленый коридоры, краем глаза отмечая попытки устроителей все тут облагородить и украсить. Но аскетизм места, где зарождалось чудо, достойное сцены, неохотно пускал в себя роскошь, делал ее вид нелепым и ненужным в залитых белым светом подземных помещениях. Всюду сновали люди, с любопытством поглядывая на наш бег — это те, чья работа уже завершена или начнется после нас. Другие, кто непосредственно отвечал за выступления, пытались консультировать на бегу и подсовывали планшетки с бумагами на рассмотрение и подпись. Всех их как-то незаметно завязал на себя Артем, умудряясь читать одновременно два листка, держать футляр от бессменной скрипки, отвечать на вопросы и бежать в том же темпе, что и мы. К слову, работники выдыхались довольно быстро и со всем соглашались.

— А удобно, — задумчиво хмыкнул скрипач, стоило очередному «консультанту» полузадушенно согласиться, что обедать со всеми мы не будем и нам вместо обычной машины после выступления вполне подойдет вертолет.

— Так, все, сцена, — опираясь руками на колени, выдыхал слова Игорь, глядя на конструкцию в круглой комнате. — Осторожнее, двигаемся только по дорожкам.

Махнув рукой, Долгорукий указал на в общем-то единственные пути движения, окрашенные в желтый. Кроме них пола как такового в помещении не было — через дыры проглядывал подъемный механизм, отчетливо пахнущий металлом и маслом. Рядом с входом обнаружился широченный пульт механиков, оборудованный двумя рядами экранов, захватывающих как сцену со всех ракурсов, так и виды на всю подземную машинерию. Техники подсунули Артему под нос очередную бумажку, дождались задумчивого кивка, отняли листик обратно и полностью потеряли к нам интерес.

— Фортепиано есть, — облегченно произнес Пашка. — А как оно будет видно со сцены? Справа или слева?

— Справа.

— Сойдет, — согласился он и внезапно оробел, встав перед дорожкой соляным столбом.

— Так, отставить панику, — затряс я его за плечо. — Вон Федор даже не переживает.

— Пф, — с демонстративным пренебрежением отреагировал брат. — Это ж не прививка!

— Вот.

— Если страшно, — начал успокаивать Артем, обняв Пашку за плечо, — то представь зрителей голыми. Говорят, помогает.

Паша с оторопью поднял взгляд и отчего-то посмотрел на Свету.

Та звонко отвесила ему пощечину.

— Работает, — сосредоточенно кивнул капитан и сел за фортепиано.

Сверху уже гремело объявление нашей школы и княжества. Вот только странно — ни одной фамилии.

Примерно прикинув, где сцена, мы заняли свои места и дали отмашку Игорю, стоявшему рядом с пультом механика.

— Удачи! — прозвучало под гул подъемных механизмов и шелест отъезжающего в сторону потолка.

— И вам тоже!

— А им зачем? — заинтересовался Пашка, поднимая крышку инструмента.

— Мало ли что, — с сомнением произнес я.

— Ребята, ничему не удивляйтесь, — сосредоточенно произнес Артем, освобождая скрипку от чехла. — Если произойдет… всякое, не останавливаемся и доигрываем. Не забывайте, если что — нас ждет вертолет!

— Золотые слова, — растроганно всхлипнул я.

Над головой уже добродушно шумел зал.

— Фортепиано готово! — солидно доложил Федор, отходя от Пашки и поднимая с пола свои инструменты. — Маракасы готовы!

— Всегда готов! — отозвался я.

— Вертолет — это хорошо! — поддержала перекличку Света.

Через десяток секунд сцена