Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

отойти поезд, принадлежавший самому великому гетману. Этот поезд должен был вывезти из города часть сокровищницы Ходкевича, а еще кучу добра, принадлежавшую местным аристо, — цесаревич радостно рассмеялся, — это мы с тобой хорошо так заглянули в гости, очень хорошо. Если захватим этот поезд, лишим самого великого гетмана хорошего такого куска его состояния.

— Мысль интересная, — я кивнул, — можно и попробовать, почему нет. Вот что, Дмитрий, замок теперь наш, вот только расслабляться рано, — я глянул на часы, — наши только-только должны были начать атаку на город, а значит, поляки, когда поймут, в чем дело, ломанутся куда? Правильно, к нам. Так что поезду придется подождать, да и мне кажется, никуда он не поедет. Пара снарядов ляжет на пути, а рельсы хоть и из металла, но далеко не так крепкие, как многие думают.

— Как скажешь, граф, — цесаревич пожал плечами, — это твоя операция, а я, можно сказать, самый обычный пехотинец.

— Угу, и если с тобой что-то случится, твой отец сначала открутит голову мне, а потом сравняет Польшу с землей, — я рассмеялся, — и правда, самый обычный пехотинец.

Дмитрий ничего не ответил, лишь улыбнулся, после чего мы покинули донжон. Парень взял с собой часть бумаг, я же прихватил саблю коменданта. Ну а что, статусная вещь, многие оценят, особенно мои старики-разбойники. Когда мы вышли на улицу, бойцы уже заканчивали с поляками. Их всех вывели на улицу и сложили в самом центре крепости, словно мешки с картошкой. Конечно, в нашу сторону летели бранные слова на польском, вот только бойцы прекрасно знали, как это пресечь, вот и получали гордые поляки по мордасам только в путь.

— Что дальше, командир? — Ко мне подошел Женя, — приказать бойцам подниматься на стены?

— Именно, — я кивнул, — и пусть потрошат местные погреба, сам видел, сколько там добра. На десять осад хватит, Ходкевич запасливым оказался, даже очень.

Женя кивнул и принялся раздавать команды, а мы с Дмитрием направились на стену. Ночь все еще была в своем праве, так что мы не боялись того, что нас кто-то заметит. Да и мои бойцы в освещении не то чтобы нуждались, Моисей снабдил гвардию специальными артефактами, так что они все прекрасно видели в темноте. Правда, это все влетело моему роду в копеечку, но что не сделаешь ради гвардии.

— Никогда бы не подумал, что можно вот так просто взять целый город, — тихо сказал Дима, стоявший рядом со мной, — ты понимаешь, что сегодня мы перевернули с ног на голову представление многих о войне?

— Понимаю, — я кивнул, — и, честно говоря, меня это радует. Империя из-за своих огромных размеров очень долгое время была неповоротливой, медлительной, словно медведь, что только-только вышел из спячки. Да, это опасный хищник, но пока он нормально не проснулся, его можно больно ранить. Но эта кампания все изменит, и очень многие поймут, что империя может быть не только тяжелой, но еще и быстрой. И тогда они сто раз подумают, прежде чем устраивать очередную провокацию. Но для того чтобы это все закрепить, нам нужно закрыть вопрос с поляками, а потом еще и с турками. Забудем им про тот корпус янычар, и все усилия твоего отца пойдут коту под хвост.

— Согласен с этим, — Дмитрий криво ухмыльнулся, — да и отец не против, можешь не сомневаться.

— Ну вот и отлично, — я кивнул, глядя на то, как мои бойцы готовят стену замка к возможной обороне.

Пушки уже были тут, но вот почти все снаряды были в погребе, но под руководством Жени это все менялось прямо на глазах. А тем временем с окраин города донеслись первые выстрелы, и город тут же начал оживать. То тут, то там включался свет, а значит, очень скоро люди начнут выходить на улицы. Простые жители меня не сильно волновали, они вряд ли смогут причинить нам какой-либо вред, а вот дворянский квартал — дело другое. Там есть маги, там есть нормальные бойцы, и они точно будут сопротивляться. Что ж, пусть, ведь к ним движется Суворов со своими бойцами, уверен, они оценят человеколюбие старика.

* * *

Дворянский квартал. Это же время.

Грохот автоматных выстрелов и взрывы от гранат с каждой минутой были все ближе к кварталу, однако дворяне не зря жили обособленно, и весь их квартал был огражден стеной. Как раз вот на такие случаи, и все эти меры в очередной раз оправдали себя. В люблинском квартале жило около ста семей дворян, и, собравшись вместе, они могли выставить армию тысяч в десять бойцов и не меньше трех сотен достаточно сильных магов. Тут даже один архимаг был, правда, старик не сильно горел желанием воевать, но когда беда подбирается к твоему порогу тут уже не до желаний. Вот поэтому все дворяне и собрались в самом крупном особняке, пока гвардейцы готовили квартал к обороне.

— Это русские, сомнений нет, — сказал пожилой дворянин в дорогом костюме, — наш король в очередной раз показал свою слабость, вот их император видимо решил, что пора взять свое.

— И что ты предлагаешь, Вацлав? — с недовольством в голосе спросил другой, — поднять лапки и сдаться? Даже если это русские, нам нужно драться. Или нас поставят на колени как рабов!

— По себе судишь, Болеслав? — пожилой усмехнулся, — драться говоришь? А ты уверен, что мы победим? Я вот нет, потому что уже пытался связаться с замком, да вот только никто там не отвечает. Но зато на стенах его готовятся к отражению удара, но проблема в том, что бойцы на этих самых стенах совсем не похожи на гвардейцев великого гетмана.

— Хочешь сказать, что русские уже взяли замок? — спросил другой, — но разве это возможно?

— А хрен его знает, — пожилой пожал плечами, — но то, что они уже в городе — факт. Мы можем, конечно, продать свои жизни подороже, а можем попытаться договорится. Кому в итоге отойдут эти земли лишь богам известно, но ведь земли без людей — ничто. Мы можем предложить свои услуги, думаю, русские не откажутся.

Тот, кого пожилой назвал Болеславом, было вскинулся, чтобы выразить свое недовольство, когда сильнейший удар сотряс землю. По стенам особняка пошли трещины, а собаки на улице завыли с такой тоской, словно к ним явилась