"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

— Стоп! Не слишком ли жирный кусок получится? — резко остановил я. — Нет, не со Смоленской, а с Новогородской.

— Да, наверное, так будет лучше, — согласился Сольский, после секундной запинки.

— Думаю, что до января у вас найдётся время для подобного соединения всех украинных губерний, — решил закончить я долгий разговор. — В любом случае, его придётся рассматривать на Малом Совете и не исключено, что даже на Государственном. Если всё, то можете быть свободным.

— Всё, мессер, — подтвердил собеседник.

Собеседник открыл дверь, но вскоре вернулся.

— Не всё? — заметил я странное поведение статс-секретаря. — Что-то важное вспомнили?

— Вы поручили мне взять на себя рассмотрение вопросов аудиенций нетитулованного и мелкопоместного дворянства…

— Да, и вы хорошо справляетесь, — кивнул я. — В чём заминка?

— Явился некий мужчина, — медленно продолжил Сольский. — Из простолюдинов, как кажется.

— Что значит «кажется»?

— Он не смог представить доказательств благородного происхождения.

— И что? — продолжал не понимать я.

— Неизвестный утверждает, что ему необходимо получить у вас личную аудиенцию.

— Вот как… Хм… И что он хочет?

— Говорит, что скажет лишь королю.

— Гнать в шею… — я устало отмахнулся. — О чём мне с ним разговаривать, если он даже причину озвучить не может?

— Я так и ответил, но он продолжает приходить каждый день.

— И почему стражу на него не спустили?

Ответа так и не получил.

— Не похоже на вас, Василий Трофимович, — пожурил я своего помощника. — Да, не быть вам губернатором, — задумался я. — Хорошо. Сего незнакомца хорошенько обыскать. Причём дважды и разными людьми.

Упомянутый мужчина действительно выглядел непривлекательно. Мужицкое лицо, обезображенное оспой и грубыми шрамами, не внушало особого расположения и то, что он мелкий дворянин, можно было предположить с очень большим допущением. Но он держался спокойно и не слишком часто зыркал по сторонам, будто не раз бывал в подобных интерьерах.

— У вас немного времени, так что поспешите объяснить причину своего упорного желания встретиться с императором, — начал я.

— Я не могу изложить причину в присутствии посторонних, — не стесняясь, и без экивоков ответил незнакомец на каком-то грубом жемайтском диалекте.

— За менее наглые слова даже придворных раньше могли упрятать в местную тюрьму, — в тон ответил я, когда смог разобрать услышанное.

— Да чего я там не видал…

— Хм… — задумался я. — Вы там уже были?

— Не раз, и не два… — прозвучал уклончивый ответ.

— Как узник?

— Если бы оказался дураком, то мог, как и узник.

— Полибий Петрович, уведите своих лейб-гвардейцев.

Шаликов вопросительно взглянул на меня, но быстро взял себя в руки и отдал соответствующую команду подчинённым.

— Теперь можете говорить, поскольку от статс-секретаря у меня нет тайн, — почти честно сказал я незнакомцу.

Тот не спешил, изучая Сольского долгим взглядом, будто видит его впервые.

— Хорошо, Ваше Величество, — с неохотой согласился мужчина. — Могу я подойти ближе, ибо почти у всех стен в этом дворце есть уши. А уж в этом помещении и подавно.

— Можете сделать пять шагов, — милостиво разрешил я, поглаживая рукоятку кинжала, висящего на поясе.

Странно, но гость не стал выходить прямо в центр залы, а сделал несколько шагов в сторону.

— Отсюда голос разносится слабее, — прозвучал ответ на моё изумление. — Я здесь бывал не слишком часто, но всё же чаще, чем хотел.

— Продолжайте, — медленно кивнул я.

— Я буду говорить очень тихо, Ваше Величество, но это вынужденная мера, — почти прошептал незнакомец на неожиданно чистом русском языке. — Не обессудьте… — он ещё несколько раз оглянулся. — Покойный король Сигизмунд десять лет назад назначил меня главой своей тайной службы, и я руководил ею почти до конца недавних печальных событий. Моё имя Бронис Кгелейв, но вряд ли оно вам о чём-то говорит.

— Вы же понимаете, что нужны доказательства, — начал я так же тихо отвечать после длительного раздумья. — И, что не менее важно, хочется знать, почему вы сюда явились? Если всё на самом деле так, как утверждается, то вы должны быть здесь знакомы многим, ибо невозможно приходить в замок так, чтобы никто не видел.

— Да, но я приходил сюда, как правило, в окружении других людей, на которых внимание обращалось в первую очередь. Лицо моё всегда было покрыто специальной маской или гримом, или просто сильно припудрено, так что увидеть меня настоящим вряд ли кто мог. Да и работа моя предполагала стремиться к незаметности в тех случаях, когда это требовалось.

— Допустим. Но это не освобождает от бремени доказательств. И мне так и непонятна причина вашего неожиданного появления здесь.

— Причина проста, хотя может и не показаться достаточной. Я наблюдал за действиями Вашего Величества и пришёл к выводу, что лучшего короля из всех возможных кандидатур государству получить было бы очень сложно. Я мог бы скрыться в Европе или сменить личину, но не имею желания заниматься чем-то другим. Вот и пришёл предложить свои умения.

— И на что вы претендуете?

— На то, чем занимался и раньше — внутренней и внешней разведкой.

— Ах!.. — не удержался я, и этот возглас раздался по зале.

— Большинство моих агентов затаилось до особого приказа, и они ждут возобновления своей деятельности.

— Вот как?.. — начал я. — И почему я должен всему этому верить? И какова причина взять на службу именно вас после того, как король Сигизмунд погиб при самых позорных обстоятельствах?

— Прошу Ваше Величество продолжить беседу в другом, не прослушиваемом месте. Это может быть как подземная тюрьма, так и комната, известная под названием «Зелёная веранда». Там всего одна стена, так что беспокоиться о чужих ушах нет причин. Я дам себя связать, для предупреждения всяческих опасений, — чуть улыбнулся мужчина.

— Хорошо, — я неожиданно для самого себя согласился и дал знак статс-секретарю позвать лейб-гвардейцев для сопровождения.

Глава 25

История, поведанная более чем странным незнакомцем, не представляла чего-то удивительного.

Бронис Кгелейв был вторым сыном рижского купца, и этот факт вносил определённую степень свободы в его жизнь. Нет, о праздности и речи не могло идти, но парню нередко удавалось посещать