"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

рот. Поток силы, шедший через меня, сегодня ощущался неповоротливым, неуклюжим. Им, привычным инструментом, привычные манипуляции, дававшиеся обычно легко, шли туго, требуя всю мою концентрацию, всю ловкость до последней капли. Я вкладывала их - и по внешним и внутренним лучам гексы появлялись символы, вырезанные в земле силой, как скальпелем. Стихия. Направление. Специализация. Ограничения по потенциалу, внутренний круг- к чертям. Пороговые ограничения по мощности потока, внешний круг - по максимуму. Вдох носом, выдох через рот. Поток слушается все хуже, сильная, трудоемкая магия поиска, творимая рядом, теперь явно ощущается - и ощутимо мешает. Но я не отступаю. Слава Магии, самые важные линии, требующие наибольшей точности, уже нанесены, остались калибровочные символы, которыми можно и пренебречь -но я упрямо вывожу их внутри египетской звезды.

Пол, символическое изображение возраста, потенциал по Найлу, потенциал по шкале Свейсон, отражение Неверка. Традиционные базовые показатели для инициации. И кое-что лично от меня, не имеющее отношения к традициям, да и к обряду инициации относящееся слабо. Тестовый прогон силы. Гексаграма, внутренний круг, внешний круг... Знаки призывно отозвался пульсацией, линии медленно наполнялись силой. Всё, пожалуй? Подпорки. Главное, помни, Кейт - это все подпорки. Основное - внутри тебя.

В ушах мерно, ритмично билась сила. Пульс, которого я раньше не ощущала и не слышала. Пульс, живший с дыханием, с током крови в моих жилах. Часть меня - и одновременно огромная внешняя сила. Океан, в кромке волн которого я стою. Прибой, бьющийся в ноги. От главного входа что-то кричали, кто-то бежал, не смея колдовать рядом с разворачивающейся мощью обряда. Много же им понадобилось времени, чтобы засечь. А я говорила, от их поиска даже я могу укрыться. Я сделала шаг в гексу, и полностью открылась магическому потоку. Связь, которую мне раньше никак не удавалось обнаружить, расправилась, налилась силой и стала явной. Энергетический канал, старый, устойчивый и прочный. Я, конечно, не Ариадна - но путеводная нить у меня есть. Жди в гости, Минотавр! Ну что, воля моя крепка? Вперед, Кейт! И если принятое решение будет стоить мне выжженного дара - так тому и быть.

Инициация - это единовременный выброс огромного запаса силы. При такой задействованной мощи многое получается куда проще. Люди, спешившие ко мне от здания школы, явно не поддержку в проведении инициации собирались предложить, и я не стала дожидаться, какие активные действия они предпримут, а в последний раз мысленно повторила порядок действий, убедилась, что помню нужные заклинания, и открыла переход, ориентируясь на второго носителя связи, как на маяк. Это оказалось просто. Проще, чем я думала. Гексаграмма обряда с одной стороны, Феррерс с другой, связь, натянутая между ними струной. Я прошла через переход к Феррерсу, как бусина по нитке, захлебываясь во все прибывающей силе, удерживая контроль над собой и обрядом только усилиями воли, и отпустила чары, которые начала создавать еще в гексе, с опорой на нее, и привязкой ко вписанным в нее рунам - чтобы злоумышленник, каким бы сильным не был, не смог их разрушить.

При такой задействованной мощи многое действительно становится легче. Выпуская из рук заклинание полной магической тишины и теряя сознание от энергетической перегрузки, я знала - всё удалось. Как бы там ни сложилось, я оставила магам-безопасникам такой яркий маяк, что мимо не пройдет никто.

Эдвард

Безжизненное лицо Кейт Сеймур, использовавшей как оружие собственную инициацию - это образ, которому впоследствии наверняка суждено стать одним из самых ярких впечатлений моих детства и юности. Отсутствующее выражение, расфокусированный взгляд, обвисшие руки... Марионетка с обрезанными ниточками.

Курса с четвертого, а то и раньше, заучка-Кейт умела обратить в средство самозащиты все, что оказывалось в пределах досягаемости - наше затяжное противостояние приучило ее не зевать и не теряться. Вот и теперь. Заклинание, которое она использовала, было из арсенала чар для установления магической тишины, только в какой-то неизвестной мне вариации. От силы, влитой в него, заклинание обрело почти материальную плотность. Оно снесло все запретки и блокировки выставленные Рэндалом Шарге, и не просто связало свободную магию, сделав ее недоступной для использования кем угодно, оно развернулось с такой мощью, что выжгло все установленные здесь магические конструкты, сковало организованные потоки.

Инициация мага - это единомоментый выброс силы чудовищной мощи. Сеймур, вместо того, чтобы хоть как-то ограничить проходящий через её каналы поток, дополнительно раскачала его заклинаниями-распорками и теперь висела, оглушенная призванной силой. Сломанная кукла, подвешенная в воздухе... Всё, что сумела собрать, Сеймур влила в свой «Штиль». И тот не подкачал -маскировка над кругом камней, где нас с остальными похищенными из Андервуда студентами держал гребаный черный маг, просто выгорела, заклинания пут и блоки на пленниках лопались мыльными пузырями, нещадно проходясь по нам отдачей.

Рассчитала Сеймур все верно - такой выплеск не предусмотришь, и барьеры против подобного не ставят, слишком уж избыточные затраты для этого требуются, поэтому, когда «Штиль» сделает свое дело, магия останется только у нее. И значит, тот, кто организовал похищение семерых членов магических фамилий, не сможет представлять для нее опасность, а яркий след выброса в магическом эфире станет надёжным маркером для старших. Не учла она только того, что может не справиться с призванной силой и потеряет сознание. И теперь висела в воздухе бледной куклой - открытая любому удару, беззащитная.

Я плохо помнил, как мне удалось освободиться. Помнил, что совсем не удивился, когда понял, что моя магия по-прежнему со мной и доступна. Зато удивился Шарге и его приспешники, не хуже меня разобравшиеся в происходящем. Феррерс - огненный род. Атакующие заклинания любой сложности даются нам без труда. А атака по площадям и вовсе не требует высоких навыков, достаточно голой силы. И вот её-то у меня было предостаточно.

Я не собирался рисковать. Я вложил в удар всё.

«Белый пепел», одно из родовых боевых заклинаний ушло, оставив после себя сосущее чувство незаполненности, почти сразу сменившееся ощущением текущего в меня ручейка - магия спешила заполнить высвободившееся место. Смотреть на то, что оставило после себя боевое заклинание, не хотелось до тошноты - по живым людям я его никогда не работал. Но я посмотрел, выполняя давнее обещание, данное отцу, который хотел, чтобы его сын осознавал собственную силу и налагаемую ей ответственность.

Чары исполнили содержащееся в имени обещание. Все, что не было защищено магически, стало пеплом, истлевшим до грязной белизны, и камни магического круга покрылись светло-серой копотью, и тела магов, затеявших темный