Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

— Прям с самого, — уверенно кивнул директор.

— Это не проблема, — тут же заверил я присутствующих. — С императором мы скоро договоримся. Мне важно, чтобы вы со своей стороны максимально тормозили этот процесс, ссылаясь, например, на бюрократические сложности, дополнительные проверки, необходимость согласований и всё в таком духе. Время лечит многие раны, и я уверен, со временем этот вопрос утратит актуальность.

К сожалению, лица собеседников не отражали того участия, которое я предполагал на них увидеть.

— Алексей Михайлович, мы понимаем серьёзность ситуации, но вы должны понять и нас. Есть определённые предписания, которых мы обязаны придерживаться.

— К сказанному добавлю, — не обращая внимание на услышанное, продолжил я, — что пусть я и настроен крайне доброжелательно, но и уговаривать Вас никто не планирует.

Леонид Васильевич нервно кивнул, сжимая в руках ручку так крепко, что побелели костяшки пальцев.

Я мягко улыбнулся, стараясь придать беседе более дружелюбный тон.

— Разумеется, я не собираюсь угрожать вам применением силы, господа. Такое император без должного обоснования мне вряд ли простит. Однако, если мы не договоримся, сегодняшний день однозначно станет точкой отсчёта конца существования вашей прекрасной компании.

Я сделал паузу, позволяя им осознать смысл моих слов.

— Представьте: ключевые специалисты вдруг начинают беспричинно увольняться, сервера перегреваются из-за различных неполадок, а система то и дело даёт сбой. Как вариант, вдобавок к этому ещё и электрические магистрали неожиданно начнут выходить из строя. И всё это без явных причин, без следов каких-либо вмешательств. Просто стечение обстоятельств. Или вы думаете, те видеозаписи, на которых мои демоны покидают тела ваших специалистов — случайность? — нахмурился я, уставившись на директора. — Я просто не хотел, чтобы эти бедолаги пострадали. К примеру, записи происходящего сейчас в этой комнате вы не увидите ни на одной из трёх камер, установленных там, там и там, — поочередно указывая пальцем в разные стороны, произнёс я. — Впрочем, кое-кому из вас может и этого оказаться мало. Тогда можно вытащить в Москву из Европы Снегова Серёжу, например. И параллельно запустить ответную судебную кампанию, об отмывании денежных средств… Когда у меня возникают проблемы, мой мозг подкидывает самые разные варианты их решений.

Да, естественно, шёл я на эту встречу не без тузов в своём рукаве, и один из них только что был мной продемонстрирован. У любой компании есть грязное бельё в шкафу, и с моими возможностями что-то подобное найти было совсем не проблемой.

Юристы обменялись тревожными взглядами, а директор и вовсе попытался что-то сказать, но я жестом остановил его.

— Но, как я и заявил изначально, есть и другой путь. Искренне желаю, чтобы ваш популярный сервис продолжал успешно работать, принося прибыль вам и радость вашим пользователям. Более того, я собираюсь распорядиться, чтобы на счета пострадавших программистов были переведены хорошие компенсации от меня лично. Пускай парни съездят в отпуск, побалуют себя хорошей машиной или недвижимостью, и так же как и вы, забудут о произошедшем недоразумении.

Леонид Васильевич вытер вспотевший лоб платком, его голос слегка дрогнул.

— Ваше предложение звучит очень разумно и заманчиво. Мы… мы обещаем сделать всё, что в наших силах, — на этих словах он повернулся к подчинённым клеркам, которые в такт его словам уже усиленно кивали головами.

— Мы постараемся сделать всё возможное, — дополнил слова шефа один из адвокатов.

Получив удовлетворяющие меня ответы, я встал с кресла, давая понять, что встреча окончена.

— Хороших выходных.

* * *

В кабинете патриарха царил полумрак. Проникающий через витражное окно свет, тускнел в густом табачном дыму. Светлицкий, тяжело откинувшись в кресле, молча уставился на стоявших напротив двух своих сыновей, которые напряжённо выпрямились перед ним. Мужчина, закуривая очередную сигару, задержал её в руках, прищурившись так, словно изучал своих отпрысков впервые.

Александр, старший из братьев, застыл словно статуя, его лицо сохраняло холодное выражение. Он неотрывно смотрел на отца, в ожидании разрешения начать доклад. Виктор, младший, выглядел чуть свободнее, но его взгляд был таким же сосредоточенным, как у брата.

— Значит, Виктория по-прежнему упорствует, — медленно произнес патриарх.

— Мягко сказано, Ваше Святейшество. Она прямо заявила, что отказывается следовать вашему приказу, отец, — с готовностью произнёс Александр. — Мы попытались… сделать её более сговорчивой. Но… к сожалению, это ни к чему не привело…

— Так и сказала? — патриарх затянулся сигарой, блеснув своим холодным взглядом. — Хм. Очень интересно. А по мне, так она единственная из всех смогла ближе всего подобраться к цели.

Светлицкий намеренно сказал последнюю фразу таким тоном, чтобы максимально сильно подстегнуть эго стоявших напротив сыновей.

— Вам, Ваше Святейшество, конечно, виднее, но как по мне, чуда не будет — там уже всё предельно ясно, — осторожно произнёс Александр. Его голос звучал спокойно, но изнутри явно пробивалась едва сдерживаемая злость. — Она — бастард. У неё нет ни чести рода, ни силы.

— Я солидарен с братом, Ваше Святейшество, — коротко кивнул Виктор, отметив, что взгляд отца сместился в его сторону.

Патриарх не стал отвечать сразу; медленно вдыхая дым от сигары, он переводил взгляд с одного сына на другого. Ему было понятно, что их раздражение зреет не только из-за сестры, но и из-за его решения когда-то сохранить ей жизнь. Банальная детская ревность, прошедшая через года.

— Узко мыслите, — наконец проговорил патриарх, отряхнув сигару о мраморную пепельницу. — Как раз потому, что она бастард, — в его голосе скользнула едва уловимая насмешка, — у неё есть одна удивительная черта: в отличие от вас обоих, ей привычно скрывать свои истинные эмоции и лгать. Впрочем, иллюзий я никаких не питаю.

Александр и Виктор стояли неподвижно, не проявляя ни удивления, ни сомнения. Они лишь кивнули, подтверждая свою готовность исполнить любое распоряжение отца.

— И, — продолжил он, снова прищурившись, — если Виктория осмелится предать меня, — его голос на мгновение стал ледяным, — вы знаете, что делать. Но до тех пор не вздумайте мешать ей.

— Как скажете, Ваше Святейшество, — спокойно ответил Александр, его голос был твёрд и спокоен.

Слова патриарха звучали как приговор — как приказ, в котором не было ни малейших ноток колебания. Оба сына это понимали и молча кивнули в знак согласия.

В зале повисла тишина, тяжёлая и холодная. Светлицкий-старший снова затянулся сигарой, после чего перевел спокойный взгляд на сыновей.

— Теперь оставьте меня.

Братья одновременно склонили головы и бесшумно двинулись к двери. Тусклый свет лампы на столе хозяина кабинета отбрасывал их тени на стены.

«Если она предаст нас, — подумал мужчина, глядя на языки пламени в камине, — её кровь будет на её же руках».

Глава 9

Сосредоточенно склонившись над картами, мы